Пустое сердце Матвея - Хаан Ашира

Увы, если ты женщина, начинаются большие проблемы. От юриста ждут серьезного вида, поэтому, конечно, тоже костюм.

Но не слишком строгий, «ты же девочка!»

Лучше юбку, но не короткую, а то решат, что ты делаешь ставку совсем не на профессиональные качества.

Каблуки – но не высокие, а то несерьезно. И не плоская подошва – недостаточно элегантно.

Декольте – скромное, но подчеркивающее вторичные половые признаки, потому что «синий чулок» считается таким же непрофессионалом, как и «секси-кошечка».

Цвет – только темный, нейтральный. Ни в коем случае не пастель и тем более не розовый! Ты не «блондинка в законе». Юристкам в розовом доверяют только в фантастических фильмах.

Надо строго выдержать баланс между сексуальностью и невидимостью.

Показать, что ты женщина, но напомнить, что профессионал.

Ах, ну да.

И ни в коем случае не называть себя «юристка». Знай свое место – это мужской мир, играть в нем надо по мужским правилам и притворяться мужиком. В юбочке.

Короче, в те моменты, когда юристы мужского пола благословляют небеса, что у них есть такой простой и понятный дресс-код, я вынуждена тратить последние часы перед собеседованием на то, чтобы вертеться перед зеркалом, прикидывая, что там обо мне говорят эти серьги с рубинами. Что я успешна? Или что я трачу деньги на бабские цацки?

Вместо того, чтобы еще разочек пробежаться по форумам и глянуть, какие там интересные кейсы по договорам в крупных компаниях. К моим услугам все же чаще прибегают фирмочки помельче, которые не могут позволить себе содержать юриста в штате.

Вика скинула мне адрес офиса, и я ничуть не удивилась, узнав ту самую высотку бизнес-центра рядом с которой я нашла ее на помойке. На ресепшене я даже не успела договорить свое имя, как меня со всеми расшаркиваниями отвели в просторную переговорку, принесли кофе, настроили кондиционер и попросили немного подождать.

На этом хорошие новости закончились.

От назначенного времени собеседования прошло уже пятнадцать минут, но ко мне никто так и не пришел. Я взяла со стола бутылку воды, налила в тяжелый бокал, больше подходящий для виски и встала, чтобы прогуляться к окну.

Отсюда, с одного из самых высоких этажей бизнес-центра, открывался шикарный вид на город. Все как любят риелторы – от горизонта до горизонта переплетение улиц, желто-зеленые оазисы парков, разнокалиберные дома, похожие на разбросанный детский конструктор.

Это называется «позволяет насладиться ритмом мегаполиса прямо из дома».

Не знаю, может быть, кому-то это и правда нравится, все люди разные.

Мне всегда были ближе уютные дома в старых районах Москвы, где сирень нагло сует тебе ветки прямо в окна. Хотя согласна – на всех сирени не хватит, построить высоток с «захватывающими панорамами столицы» можно гораздо больше.

Я посмотрела на часы. Двадцать пять минут. Терпения мне не занимать, для юриста это одно из ключевых качеств. Но как же я не люблю этой манеры распоряжаться чужим временем! Именно за это, в том числе, я ненавижу офисы. Бессмысленные митинги, отсиживание рабочего дня, бесконечное ожидание, пока начальство освободится и соберется с силами.

Не ушла я до сих пор только по одной причине.

Матвей.

Страшно хотелось посмотреть на него вживую.

Каким бы ни был мужик красавчиком – нельзя так по нему сходить с ума, как Вика.

Но вдруг в реальности у него бешеная харизма, перед которой никто не может устоять?

Любопытство, конечно, сгубило кошку.

Но я была совершенно уверена, что у меня полный иммунитет к красивым мудакам.

Тем не менее, раздражение росло с каждой утекающей минутой. Я понимала, что оно пробивает брешь в моей броне, что я уже испытываю эмоции, а значит – уязвима… И это злило меня еще сильнее.

Когда спустя ровно тридцать четыре минуты с назначенного времени открылась дверь и вошел Матвей, я уже была на взводе. Стиснула в пальцах стакан с водой, буравя взглядом высокую мужскую фигуру в угольно-сером костюме.

– Садитесь же, эти стулья специально для посетителей, – бросил он небрежно, проходя к креслу во главе стола. – Или переговоры вы тоже ведете стоя?

Горячая волна ударила мне в голову, перед глазами встала красная пелена.

Он с одной фразы, еще до приветствия, вывернул все так, будто я полчаса ждала его на ногах, стесняясь присесть.

Матвей расстегнул пиджак, скинул его и повесил на спинку кресла, демонстрируя шелковую подкладку с фирменным логотипом «Версаче» – головой Медузы Горгоны. Развалился в кресле, закинув ногу на ногу, сверкнул алыми подошвами ботинок. Звякнул об стол браслет «Ролекс Субмаринер» – любимые часы понтярщиков, надрачивающих на бренды.

Пыль в глаза, все это только пыль в глаза.

Нисколько не сомневаюсь, что и галстук у него тоже понтовый, и машина какая-нибудь выдающаяся, и ручка – золотой «Паркер». Известные бренды, чтобы даже самый далекий от мира роскоши человек хоть краем уха слышал название и мог проникнуться.

Наверное, он хотел подавить меня этой демонстрацией, но вместо этого – успокоил.

Я эти игры знаю. И не собираюсь в них играть.

Сев напротив Матвея, я придвинула к нему папку со своим резюме и рекомендациями, заметив, что он пришел с пустыми руками.

– Меня не интересуют эти бумажки, – он отодвинул папку обратно. – Фотошопом я сам умею пользоваться. Расскажи лучше про реальный опыт работы… Как там тебя? Маша?

– Марта. Андреевна.

Что ж, сражение мне предстояло непростое.

Как удачно, что это мое любимое занятие – побеждать мудаков.

– Ну что ж, Марта… – Матвей проигнорировал мое отчество. – Расскажи, почему ты хочешь работать у нас?

Хороший вопрос. К сожалению, правдивый ответ на него совершенно неуместен. Мы с Викой на скорую руку сварганили кривую и слабую версию, добавив в нее две тонны лести. Она подсказала, чем руководство гордится сильнее всего, я попробовала вспомнить, зачем люди вообще уходят в найм.

Что-то там про надежность и стабильность, гарантии и карьеру, любовь к работе в команде…

На последнем пункте было особенно сложно держать лицо.

Ненавижу эти офисы, где только погрузишься в работу, как тебя тут же кто-нибудь отвлечет по идиотскому поводу.

А где у нас ромашковый чай?

Видела последнее выступление Данилы Поперечного?

Давайте проветрим!

И на то, чтобы погрузиться обратно, уходит минут двадцать. А там – заново.

Матвей, впрочем, меня не слушал. На первых же словах он достал телефон и пока я говорила, ни разу не поднял глаза от экрана. Что-то печатал там, перелистывал, даже запустил голосовое и прослушал его, прислонив динамик к уху.

В общем, всячески показывал себя вовлеченным и заинтересованным руководителем.

В момент, когда я перечисляла достоинства компании, дверь переговорки открылась и внутрь скользнула секретарша. Высокая длинноногая блондинка, на вид лет двадцати трех в короткой и узкой юбке. Она кинула на меня затравленный взгляд и быстро положила перед Матвеем несколько листов бумаги.

Возможно, это одна из тех, кого он трахает, игнорируя Вику?

Но она не выглядела счастливой и довольной судьбой. Даже на меня не глянула ревниво – а я всякое видала. Обычно так сильно приближенные к начальству девочки подозревают в каждой женщине конкурентку.

Что-то здесь не сходится…

– Вот, возьми. Просмотри договор и найди в нем все косяки.

Матвей толкнул ко мне скрепленные степлером листочки, не дав даже фразу договорить.

Ну что ж…

Пока я просматривала договор, он уже не сидел в телефоне. На этот раз он демонстративно скучал. Смотрел на часы, менял позу, то разваливаясь в кресле, то придвигаясь на самый край и даже пытаясь заглянуть в бумаги, которые я читала.

Встал и дошел до окна, постоял там, насвистывая что-то.

Вернулся и налил себе воды в мой стакан.

Снова посмотрел на часы.

Наблюдать за ним было даже забавно. Я все ждала, каким будет следующий ход, но дождалась не сразу.