Евгения Горская
Смерть в стиле аниме
© Горская Е., 2026
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026
* * *
Я страшный консерватор, особенно когда речь заходит о детективе.
Я всегда выбираю книги со всей серьезностью: долго хожу туда-сюда вдоль заставленных полок магазина, придирчиво читаю аннотацию, пролистываю несколько страниц из середины, внимательно разглядываю обложку, нюхаю свежеотпечатанные страницы, иногда пробую корешок на зуб. Просто я должна быть заранее уверена, понимаете?.. Чтобы не было никаких неприятных неожиданностей, а напротив – одни приятные: тайны, загадки, погони, перестрелки, любовь опять же. И – главное! – чтобы в финале зло оказалось наказано, а добро восторжествовало! А чего ради еще читать?..
Особенно бывает обидно, когда знакомые авторы вдруг «берутся за ум»: писал-писал, хорошо писал, отлично даже, всем нравилось, а потом какая-то высокоумная «достоевщина» начинается. Зачем?..
А вот моя любимая Евгения Горская из тех авторов, в которых можно не сомневаться. Принимаясь за ее новый детектив, можно быть твердо уверенным: вечер удастся на славу!
Горская – непревзойденный мастер интриги. Ей удается придумывать нетривиальные, захватывающие, многоходовые сюжеты. Я прекрасно знаю, как сложно придумать историю со множеством взаимосвязанных детективных линий. Они то расползаются в разные стороны, то норовят намертво спутаться, и выстроить их в стройную логическую цепочку порой просто невозможно. Но Евгения Горская без труда управляется с несколькими детективными нитями одновременно, превращая их в единый стройный, до мельчайших деталей выверенный рисунок сюжета. В своих романах она водит за нос, отвлекает, пускает нас – читателей – по ложному следу. И никак не разобраться в сюжетных перипетиях, пока сама Евгения все нам не объяснит. Читаешь – и дух захватывает!
Но что еще важнее, Евгения Горская сумела вычислить «золотое сечение» детектива – здесь в самый раз… всего: и страхов, и предательств, и приключений, и тайн, и любви, – а это верный признак мастерства и опытности автора.
Он мог себя похвалить, он проявил хладнокровие и мужество. Действовать пришлось быстро, но он сумел не допустить ошибок. Он сделал почти невозможное.
Он мог себя похвалить, но испытывал только горечь и радовался, что девушка не успела испугаться, умерла быстро и почти безболезненно.
5 июня, пятница
Добираться до старого дедовского дома удобнее было на поезде, но Тина поехала на машине.
Как когда-то Ирочка.
Пять лет назад двоюродная сестра не стала дожидаться Тину, которой предстояло сдать ещё один экзамен. Тина тогда на сестру обиделась.
Ещё сильнее обиделась, когда сестра не пришла встретить её к поезду.
Тина шла по узкой зелёной улице и злилась. Сестры не оказалось и в незапертом доме. Тина бросила рюкзак около двери, прошлась по заросшему травой саду, ещё не догадываясь, что для всей их небольшой семьи истекают последние счастливые часы.
Разрядившийся Ирин мобильник она заметила, когда вернулась в дом.
Но и тогда ещё не испугалась.
Испугалась она только вечером.
Сегодняшний день был такой же солнечный, как тогда. Тина опустила козырёк машины.
Ехать предстояло долго, окраины городка показались только через шесть часов.
За пять прошедших лет город изменился, появилось много новых добротных домов, она едва не проехала нужный поворот.
А вот дедов дом не изменился, он не казался заброшенным и мрачным, как всё это время Тине представлялось. Впрочем, родители каждый год сюда наведывались, оплачивали счета, навещали могилы бабушки и дедушки. Правда, приезжали всего на два-три дня, задерживаться в доме не хотелось никому, кроме тёти Риммы, Ирочкиной мамы.
Но тётю Римму они зимой похоронили.
Тина открыла ворота, завела машину в гараж. Гараж, как и полтора этажа над старым домом, родители надстроили лет пятнадцать назад. Предполагалось, что семья будет проводить здесь летние отпуска.
– С домом нужно что-то решать, – печально сказала мама на похоронах тёти Риммы.
Ей никто не ответил. Все понимали, что дом нужно продавать, но решиться на это было трудно.
В каком-нибудь романе написали бы, что дом хранил слишком мрачную тайну.
Смеркалось. Из заросших кустов малины у забора вышел чей-то кот. Увидев Тину, опять лениво скрылся в кустах.
Она отперла дом, поставила на пол дорожную сумку. На первом этаже всё было как когда-то при бабушке и дедушке. Старая мебель, старинные часы на стене. Плотные шторы на окнах.
Тина поднялась на второй этаж. Дверь в Ирину комнату была закрыта, она торопливо прошла мимо. В бывшей своей комнате немного постояла, не включая свет. Последний раз ночевала здесь, ожидая приезда родственников.
На следующий день её отправили на поезде в Москву.
Она снова спустилась, достала из сумки пачку чая, хлеб и нарезку колбасы, которые догадалась купить по дороге.
Нужно было принять душ и ложиться спать, но она, выпив чаю, долго сидела за обеденным столом, глядя в окно.
И в доме, и за окном стало совсем темно.
Стараясь не налететь на мебель, Тина пробралась к двери, протянула руку к выключателю и замерла, чувствуя, как от ужаса тело делается непослушным.
Надо бежать! Сейчас произойдёт что-то жуткое, и её никогда не найдут, как Ирочку.
Совсем рядом, в метре от неё, с тихим шуршанием поворачивалась вертушка внутреннего замка.
Убежать она не успела.
* * *
Секретарша заглянула под конец рабочего дня.
– Степан Сергеич, к вам… – Она посмотрела на зажатую в руке бумажку. – Фёдор Анатольевич Коренев. Говорит, что журналист.
– Пусть зайдёт, – решил Степан.
Интереса для журналистов он не представлял. Стоит выяснить, какого лешего кто-то им заинтересовался. Обычно такой интерес ничего хорошего не несёт.
Дверь закрылась и тут же открылась снова.
Пять лет назад Степан видел его всего несколько секунд, но узнал сразу.
Впрочем, он должен был догадаться раньше, услышав фамилию.
Посетитель лгал. Журналистом он не был. Он был айтишником. Впрочем, за прошедшее время профессию можно сменить.
– Фёдор Анатольевич Коренев, – представился мужчина.
Чуть выше среднего роста, худощавый, очки в тонкой оправе.
Степан не помнил, был ли он в очках пять лет назад.
– Я муж Милены Кореневой. Несколько лет назад она у вас работала.
– Садитесь, – кивнул Степан.
Милена свела его с ума сразу и почти до полной потери разума.
Тогда он часто ездил в Москву. Днём болтался по кабинетам, вечером ехал домой. В тот день хождение по кабинетам затянулось, всех, кого требовалось, увидеть не успел и решил остаться на ночь. В гостиничный ресторан зашёл вымотанный, как будто вместо переговоров весь день занимался разгрузкой вагонов.
Милена ужинала за соседним столиком.
Она не была классической красавицей, но он почему-то всё время косился на чёрные кудри и чёрные глаза.
Раньше с ним такого не случалось. Раньше он не пялился на незнакомых женщин. Он и на знакомых не пялился, ему было хорошо с нежной, тихой Надей.
– Остановились в этой гостинице? – наконец решился спросить он.
– Нет. – Милена весело потрясла головой. – Доем и поеду домой. Я из Тулы.
– Хотите, я вас отвезу? – вырвалось у него.
– Вы тоже туляк? – Удивлялась она тоже весело.
– Нет. Просто хочу подольше с вами побыть.
Она подумала перед тем, как ответить.
Всем было бы лучше, если бы она отказалась, но Милена, тряхнув кудрями, весело решила:
– Поехали!
Степан зачем-то тронул мышь на столе, оживляя компьютер.
– Моя жена погибла пять лет назад. Она работала на вашем заводе, и мне хотелось бы поговорить со всеми, кто её помнит. – Посетитель поправил очки.
