Спокойный Ваня — 5
Глава 1
— Чем могу служить, господа? — Мэнни изучающе смотрел на двух выходцев с востока, которые были одеты в приличные европейские костюмы.
— Вы Эммануил Витольдович, если не ошибаюсь? — Вполне неплохо на русском спросил тот, что был пониже ростом. — Я Фарук Озер. Отец Билги. — Представился он. Могу я увидеть свою дочь?
— Проходите Фарук. — Мэнни отступил в сторону. — Ваша дочь гуляет по городу. Представьте мне своего друга.
— Это господин Ама. К сожалению, он не знает русского языка. — Фарук произнёс несколько слов на турецком, после чего Ама вежливо кивнул.
Несмотря на расслабленное состояние и улыбку на лице, он цепким взглядом осматривался вокруг.
Пропустив гостей в номер, Мэнни закрыл дверь.
— Присаживайтесь, господа.
— Уважаемый Иммануил Витольдович, а когда придёт Билги?
— Не знаю. Я её не ограничиваю в передвижениях. Лишь слежу за безопасностью вашей дочери. Поверьте, в Санкт-Петербурге много мест, на которые стоит посмотреть. За время нашего знакомства Билги показала себя на удивление рассудительной особой.
— Но вы здесь, а она там. — Фарук кивнул на окно с явным намёком. — Одна в чужом городе.
— За ней присматривают. Я нанял для неё лучшее охранное агентство. 'Призрак". Они специализируются на скрытном сопровождении и охране. — Поспешил успокоить его Мэнни. — Может вам чего-нибудь перекусить или выпить предложить?
Фарук переадресовал вопрос спутнику. Тот, отвечая, разулыбался ещё больше.
— Если можно, нам бы горячего чая. — Перевёл его ответ Фарук. — У вас холодный климат. Билги тепло оделась, когда пошла гулять?
— Не переживайте за девочку. У неё молодой и здоровый организм. — Мэнни подошёл к стене и подёргал за шнурок. Скоро раздался вежливый стук в дверь. Перечислив заказ пришедшему посыльному, он вернулся на своё место. — А я ведь знаю вашего друга. Амазинг…
Договорить он не успел. Услышав своё полное имя, Ама стремительно выбросил раскрытую ладонь вперёд, призывая Мэнни остановиться. А потом быстро заговорил.
— Ама не хочет, чтобы лишний раз звучало его имя. И мастером он себя больше не считает. — Перевёл Фарук.
— Давайте я угадаю. — Мэнни сделал вид, что задумался. — Он считает мастером Ивана.
— Вы правы, Эммануил Витольдович. Когда Иван убивал охрану султана, он также мимоходом убил учеников Ама.
— Может, ученики были плохо обучены? — Мэнни оказался неоригинальным в своём предположении.
— Я тоже так решил, но Ама утверждает, что они достигли одного с ним уровня мастерства. И не справились. Поэтому он перестал считать себя мастером и хочет учиться дальше у Ивана.
— Ясно. Про боевые навыки Ивана я ничего сказать не могу, кроме того, что в Аберрацию он ходил, как к себе домой. — Согласно кивнул лекарь. — Вы уже разговаривали с Иваном?
— Да. Это он нас сюда отправил. Вас я нашёл через канцелярию Петра Николаевича.
— А господин Ама, почему не остался у Ивана? — Не понял Мэнни. — Как я понял из его довольного вида, Иван не отказал ему.
Фарук понимал, что нехорошо обсуждать человека, сидящего рядом, даже если тот не понимает, о чём идёт разговор. Поэтому быстро перевёл для Ама последнюю часть разговора.
Выслушав перевод, Ама привычно разулыбался и быстро заговорил. Так, Мэнни узнал обстоятельства знакомства Ама с Умут.
— Но почему он не оставил Ама на обучение? Ведь Умут тоже не говорит по-русски. Но её Иван учит.
— У Умут талант или дар копирования движений. Я даже не знал, что такой существует. Иван считает, что она потенциальный маг, но я в этом сильно сомневаюсь Мала ещё Умут для обретения магических способностей. Они в таком возрасте не просыпаются.
— Если мы говорим о чём-то, происходящем возле Ивана, то ни в чём нельзя быть уверенным. — Безапелляционно заявил лекарь. — Уверен, что у Ама тоже талант какой-нибудь вскоре найдётся, если он будет находиться рядом с Иваном. В этом у Ивана тоже дар. — Мэнни решил сменить тему. — Господин Озер, вы же талантливый финансист. Чем планируете заниматься в дальнейшем? Вернётесь к торговле на бирже?
— Нет. Я поклялся, что если сделка пройдёт успешно, то больше к торговле не вернусь. Мне заработанных денег хватит на всю жизнь. Ещё и Билги останется с внуками. Хватит с меня торговли.
— А почему бы вам в таком случае не поступить на службу к Ивану? Билги почти на год окажется отрезана от вас стенами университета. Если не найдёте дело по душе, то сопьётесь. — Уверенно произнёс лекарь.
— Я не употребляю алкоголь. Аллах запретил.
Мэнни вежливо улыбнулся и покачал головой.
— Я такое много раз слышал за свою жизнь. Запрет на алкоголь не гарантия. Есть много веществ, которые Аллах запретить не успел, а убивают они намного быстрее. Поверьте моему опыту.
— У вас есть конкретное предложение? — Спросил Фарук.
— Идите министром финансов к Ивану. Уверен, вы вряд ли пожалеете, что согласитесь на эту работу.
— Мне её ещё никто не предлагал. Иван даже не поинтересовался моими познаниями в области финансов.
— А он вообще этой областью мало интересуется. — Хмыкнул Мэнни. — Насколько я понял, деньги у него делятся на две категории: мало, тогда он начинает экономить каждую копейку, или достаточно, тогда он их тратит, не задумываясь. Заметьте, не транжирит, а именно тратит. К роскоши Иван относится совершенно равнодушно. В том смысле, что она для него ничего не значит. Он предпочитает функциональность.
— Думаете, с таким подходом, ему нужен министр финансов?
— Непременно! Нужен кто-то знающий цену денег и следящий за ними. Вы, как успешный игрок на бирже, знаете её. Причём, не как умирающий с голоду крохобор, а как человек, ворочающий миллионами. Что тоже немаловажно.
* * *
После утренней тренировки Маша не побежала сразу в душ, как приучил её майор. Она подошла ко мне и протянула листок с очередным рисунком. На нём не оказалось неведомого города, какие обычно рисовала девочка, там был изображён ярко-жёлтый медведь, с тоскливым видом положивший голову на передние лапы. Очень знакомый по очертаниям медведь.
— Где ты его видела? — Удивлённо посмотрел на девчушку.
Та вместо ответа начала усиленно тереть глаза, изображая плач, а потом ткнула пальцем в изображение.
— Ты слышишь, как он плачет? — Догадался я.
— Знакомый медведь, разве что поза у него другая. — Подошёл к нам майор.
— Спроси у Маши, где она его видела и почему он плачет? — Попросил я его. Вряд ли девочка успела хоть что-то выучить по-русски за прошедшее время.
— Он иногда к ней приходит во сне и хочет, чтобы ты дал ему своей крови. Он боится умереть. В ответ медведь обещает охранять эту гору от чужих. — Перевёл майор. — Надеюсь, ты не собираешься этого делать? Медведи только в сказках добрые. — Подозрительно посмотрел он на меня.
— А ты сам, что чувствуешь? Что говорит твой дар? — Задал я встречный вопрос.
— Молчит. — После небольшой задумчивости ответил майор. — Но это ничего не значит. — Тут же добавил он. — Надеюсь, ты не собираешься следовать совету маленького ребёнка?
— А почему нет? Демьян, я не принимаю решения с бухты-барахты. И про медведей, возможно, знаю побольше тебя. Но у меня есть уже три подтверждения из разных источников, что вреда от этого медведя не будет. — Глядя майору в глаза, ответил я. — Лучше уточни у Маши, как он с ней разговаривал? Словами или образами? Если образами, то насколько они были ясными и понятными?
Я внимательно наблюдал за Машей. Она не чувствовала страха, увлечённо отвечая майору, задававшему ей вопросы. Следовательно, медведь её не запугивал.
— Он общается образами. Тебя медведь показывал, как окружённого мыльным пузырём, через который трудно пробиться. — Майор помялся, но всё же признался. — Я тоже помню похожие сны, но не придавал им значения. Я много снов вижу. Не всегда они приятные, поэтому стараюсь выкидывать их из головы, как только открываю глаза.
