Софи Астраби
Секрет Жанны
Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436–ФЗ от 29.12.2010 г.)
Главный редактор: Яна Грецова
Заместитель главного редактора: Дарья Башкова
Арт-директор: Юрий Буга
Руководитель проекта: Елена Холодова
Литературный редактор: Анна Синицына
Корректоры: Оксана Дьяченко, Зоя Колеченко
Дизайнер: Денис Изотов
Верстка: Павел Кондратович
Разработка дизайн-системы и стандартов стиля: DesignWorkout®
© Flammarion, 2025
© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина Паблишер», 2026
* * *
Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.
Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.
Пролог
Накануне вечером на сцену одного парижского театра вышел человек и начал говорить о своем отце, художнике. Он рассказал, что после того, как тот написал за многие годы десятки и десятки самых разных картин, однажды он начал рисовать капли воды. Круглые капли, овальные капли, капли неправильных форм. Прозрачные, светящиеся. Одинаковые и в то же время совершенно разные. Капли. Только капли. Ничего, кроме капель. Тысячи капель.
До самой своей смерти он ничего другого больше не писал. Рисовал дождь. Когда сын спросил отца об этой навязчивой идее, тот ответил, что ему просто нравится рисовать капли.
Но за несколько дней до своей смерти он признался, что лишь вода могла омыть трагедии, случившиеся в его жизни.
Бабушка Алекс умерла две недели назад, и в тот день шел сильный дождь.
В последние перед смертью дни людей часто тянет на откровения.
Александра
Понедельник, 1 июля 2013
Алекс живет в студии площадью 15 квадратных метров недалеко от вокзала Монпарнас, на шестом этаже многоквартирного дома, в 14-м округе Парижа. Она не знает почему, но близость места, откуда отправляются и куда прибывают поезда, успокаивает ее. Конечно, мысль о том, что можно сбежать в любой момент, довольно банальна. Куда? Она не имеет ни малейшего представления. Но разве не все побеги совершаются в места, о которых мы не знаем заранее?
Из своего единственного окна она видит рельсы – тропинки, с которых невозможно свернуть. Поезда отправляются и уносят с собой множество разных судеб, которые тем не менее движутся в одном направлении. Иногда она пересекает бульвар, проскальзывает на вокзал и садится в одном из кафе с видом на платформы. Оттуда она наблюдает, как пассажиры в спешке выходят из вагонов, тянут за собой чемоданы с непослушными колесиками, внезапно останавливаются, как будто на этой планете нет девяти миллиардов человек, которые могут в них врезаться. Алекс смотрит на людей и пытается подобрать для них роли в зависимости от времени года, расписания поездов, на которых они прибыли или куда-то отправляются. Потягивая кофе, она придумывает их истории. Истории тех, кого ждут, и тех, кто сам уже ничего не ждет. Тех, кто счастлив, и тех, кто не очень.
Именно этим она и собиралась заняться в то утро – прикоснуться к пульсу потока, который движется вперед в обществе, где большинство людей не знает, куда они идут. Но ровно в тот момент, когда она собиралась выйти из своей студии, зазвонил телефон. Номер неизвестный, и она не стала бы отвечать, если бы ее палец случайно не скользнул по кнопке «Снять трубку», когда она клала телефон в карман.
– Алло? Алло? – повторяет мужской голос откуда-то изнутри брюк.
Она достает мобильный и подносит его к уху.
– Да? Кто говорит?
– Добрый день, мадемуаз… я Гийом Галь… нотариус из Кана. Вы… дочь господина Дюр…?
– Подождите, в моей квартире очень плохой сигнал. Дайте мне минуту.
Перепрыгивая через ступеньки, она сбегает вниз по лестнице и выходит на улицу.
– Простите, я слушаю.
– Я звоню по поводу вашего отца, месье Дюрана. Вы его дочь?
– Да… верно.
– К сожалению, у меня для вас плохие новости: ваш отец скончался. Мне очень жаль… Вы меня слышите?
– Да.
– Он умер десять дней назад, и я занимаюсь формальностями, связанными с его наследством…
– Вы уверены, что речь идет о моем отце? – перебивает она его.
– Вероятность ошибки довольно мала, мадемуазель. Я работаю с экспертом по генетической генеалогии, который проводил исследования, чтобы найти вас. Это заняло у нас некоторое время: похоже, вы были не слишком близки с вашим отцом. Возможно, вам понадобится несколько дней, чтобы осознать эту новость. Может быть, вы перезвоните мне по этому номеру, когда будете готовы? Ваш отец не оставил завещания, так что нам необходимо будет оформить вступление в наследство по закону. Как прямой потомок вы имеете на это право.
– Э-э-э… да, хорошо.
– Хочу, чтобы вы знали, что я всецело к вашим услугам. Я пришлю вам необходимые документы, и мы сможем назначить встречу в моем офисе в удобное для вас время.
Он продолжает говорить, но мозг Алекс больше не воспринимает информацию. Когда он наконец вешает трубку, она еще несколько секунд прижимает телефон к уху.
Мужчина только что сообщил ей о смерти ее отца.
Но ее отец… умер семнадцать лет назад.
Николь
Октябрь 1973
Когда Николь впервые увидела Марка, она смотрела на Жака.
Она сидела на террасе кафе с Маризой, девушкой, с которой познакомилась два года назад, в начале обучения на курсах секретарей. С тех пор они подружились и часто встречались после занятий или на деревенских танцах.
В тот вечер Мариза решилась надеть мини-юбку, а Николь ограничилась платьем в горошек, которое доходило ей до колен. Теперь она об этом жалела. Она жалела, что ей не хватает смелости даже в выборе одежды.
Она прекрасно видит, как мужские взгляды лишь скользят по ней и задерживаются на изгибах тела Маризы. Николь считает себя слишком зажатой. Слишком полной. Слишком неуклюжей. Если верить ее матери, она просто недостаточно хороша.
Запрокинув голову, Николь допивает последний глоток мартини и, едва ее бокал касается стола, поднимает руку, чтобы заказать еще один.
Мариза смеется.
– Ну и ну, ты сегодня времени не теряешь.
Николь делает вид, что ничего не слышала, и отворачивается в сторону музыкантов, которые еще не начали играть. Немного погодя она спрашивает Маризу, уверена ли та, что Жак появится сегодня вечером.
