Маг Эфира. Вспомнить всё 1
Пролог
Московская область, коттеджный поселок Изумрудный город
Грязно серая дымка покрывала всё вокруг, стелилась по земле как туман, на сколько хватало глаз, не давая рассмотреть хоть что-то. Я сидел, прислонившись спиной к дереву и в поле моего зрения периодически пролетали жёлтые листья, падая мне на колени. Своего тела я не чувствовал, а вот дерево, да, огромное, старое дерево, которое росло здесь очень давно и было мощным и сильным, но оно умирало. Я чувствовал, как жизнь уходит из него с каждым падающим листом. Безысходность и уныние накрывали меня всё сильнее, и когда я попытался закричать… проснулся. Как всегда, в холодном поту. Чувство безысходности отпускало очень медленно. Пошёл в ванную, умылся, хотел вернуться доспать, но посмотрев на часы, которые показывали без пятнадцати шесть утра решил, что смысла ложиться уже нет, и отправился на кухню делать кофе.
Опять этот сон. Давненько его не было. Сколько себя помню, он всегда приходил накануне важных событий в моей жизни. Не имело значения хороших или плохих, но важных — всегда. Подхватив чашку горячего кофе, вышел на террасу, уселся в любимое кресло и, пока смотрел, как наступает рассвет и просыпается лес за забором, быстро проанализировал недавние и предстоящие события. Ничего интересного в голову не пришло. В бизнесе рутина. На личном фронте пока затишье. Здоровье в норме, первым делом, что я сделал, уйдя в отпуск, так это полный медицинский чек-ап с анализами и врачами. Ну что ж, значит ждём новостей.
И новости не заставили себя ждать, я ещё не успел допить кофе, как зазвонил телефон. В отпуске я всегда включал белый список, в этот раз в нём было всего четыре абонента, родители с сестрой и Андрей, мой партнёр по бизнесу и по совместительству единственный друг ещё со школы. Неприятно кольнуло в груди, по хорошему поводу в шесть утра не позвонят. Неужели что-то с отцом, который последнее время жаловался на самочувствие, но категорически не хотел идти к врачам. С некоторым трепетом я взял телефон со столика и повернул экраном к себе. Дурацкая привычка класть его на экран, если не держу в руках. Вызывающим абонентом был Андрей. Меня немного отпустило, и я ответил на звонок:
— Привет, братан, ты чего в такую рань?
— Вить, привет, извини, что в отпуске, но… — голос Андрея был какой-то не свой и такое ощущение, что говорит он сквозь зубы. Чувство тревоги опять поднялось в груди.
— Тут такое дело… — после паузы продолжил друг.
— Да не томи ты, говори, что стряслось! — я уже не выдержал и повысил голос.
— Ничего особенного, просто я сегодня должен был лететь в Питер, если ты помнишь и встречаться с Матвеевым. Обговорить последние детали контракта и, если что, договор подписать.
— И⁈ — я уже реально закипал. — Ты можешь наконец сказать, что случилось⁈
— Ну… Похоже в Питер лететь придётся тебе. — Андрей добавил скорби в свой и без того не нравившейся мне голос.
— Андрей, мать твою! Говори прямо, что происходит, иначе я за себя не ручаюсь! — мне уже реально хотелось, встать, собраться и поехать. Только не в Питер, а к нему — и начистить ему лицо.
— Да ладно тебе, не переживай, — друг рассмеялся — Просто сейчас меня грузят в скорую помощь с острым приступом апендицита. Прикинь, в тридцать пять лет!
— Фух — выдохнул я — Петросян недоделанный. Выйдешь из больнички, я тебе морду набью, шутник хренов.
— Эй, что началось-то? Это, кстати, серьёзная операция, меня после неё месяца три нельзя даже пальцем трогать!
— Ладно, это мы с тобой после обсудим. А с Питером то мне что делать? Я вообще же не в курсе ваших переговоров был. И с чем я туда поеду?
— Я попросил Алёну тебе скинуть проект договора, все правки, что вносились и нашу переписку. Разберёшься. И напоминаю, что просрать этот контракт нельзя. Да ты и сам это знаешь. Всё, давай, у меня уже телефон забирают. Как прооперируют, наберу.
— Давай. Держись там. Как вернусь принесу апельсинков. Хоть ты и мудак порядочный.
Закончив разговор, я посидел ещё немного, приводя в порядок мысли. Ну что ж, Питер, так Питер. Этот контракт был очень важен для нашей фирмы. Он открывал нам выход на федеральный уровень. Удивительно, но нам удалось выиграть тендер на застройку целого квартала муниципального жилья. Я, в принципе, особо не верил, что что-то выгорит, когда Андрей прибежал ко мне с выпученными глазами и сообщил, что его институтский приятель занял большую должность в департаменте строительства Питера и может поспособствовать в выигрыше какого-нибудь значимого тендера по стройке. Но, похоже, я ошибся.
Я отключил белый список на телефоне, зашёл на почту, убедился, что Алёна скинула всю инфу по контракту, и попытался купить билет на самолёт. Вот именно, что попытался. Ближайший рейс, на который можно было их купить вылетал в семнадцать десять, а встреча в девятнадцать. Не успею. С сапсаном понятное дело тоже было глухо. День в день там билетов не купить. Ладно, поеду на машине, благо Москву пересекать не придётся, дом у меня как раз по Ленинградскому шоссе и был. Поэтому я спокойно позавтракал, пока ел, заказал гостиницу, собрал сумку и в восемь утра выдвинулся. Как раз часа в три прибуду и там уже пообедаю.
Ехать по М11 на тесла Long Range одно удовольствие, включил автопилот и занимайся своими делами. Я несколько раз успел перечитать и контракт, и пояснения Алёны, и наконец переписку Андрея с Матвеевым, и даже не заметил, как пошёл дождь. Казалось бы, дождь и дождь, эка невидаль в начале сентября на дороге между Питером и Москвой, но мне пришлось даже отключить автопилот, потому что это уже был не дождь, а какой-то тропический ливень. Только бывая в странах юго-восточной Азии, я видел такой дождь, когда уже не возможно различить не то, что капель, а даже струй. С неба падает сплошная пелена воды.
Да уж, такой ливень лучше, конечно, переждать, но судя по навигатору ближайшая стоянка будет через двадцать три километра. Но тут, посмотрев на автомате в очередной раз в зеркало заднего вида, я увидел мельтешащие огни фар. Пятнашечники, чтоб их. Нашли время и место. Я решил от греха по дальше уйти в правый ряд и встать за грузовиком, пусть проедут, идиоты. Я перестроился, но это не помогло. Машины стремительно приближались, заняв обе полосы, видимо отстающий пытался обойти лидера по правой полосе за счет более мощного мотора. И это у него почти получилось. Почти. Видимо водитель, до последнего надеялся нырнуть влево перед соперником, но не рассчитал, начал тормозить, машину бросило в занос.
Я не успел отреагировать, полагаю даже Шумахер не справился бы в такой ситуации. Удар пришёлся левое заднее крыло. Нас закрутило, ещё удар, теперь в отбойник, следом в колесо фуры, что ехала передо мной, и полёт над разделительным отбойником, я успел даже подумать, что каким-то чудом разминулся со столбом освещения, а следом в глаза ударил свет фар встречной бетономешалки. Время замедлилось, я отчетливо видел, как округляются от ужаса и удивления глаза водителя, когда он увидел, что прямо в лоб ему летит красивая, чёрная машина.
Странно, что до сих пор не сработала ни одна подушка, пришла мне в голову совершенно не уместная мысль. Ну ничего, сейчас сработают. Но вряд ли это меня спасёт. Говорят, что в такие моменты жизнь проносятся перед глазами, но нет, моя жизнь не пронеслась, я успел лишь почувствовать сожаление, что так и не встретил настоящую любовь и не обзавёлся детьми. Ещё успел прошептать, простите, адресованное семье, понимая какое горе у них будет. И всё. Удар… Темнота…
* * *
Пока не понятно где
Сознание возвращалось медленно. Первой пришла боль, голова просто хотела взорваться, но вспомнив последние события, я обрадовался, если больно, значит жив. Попробовал пошевелится, и не смог, я тупо не чувствовал тела. Мне пробил холодный пот, и возможно из-за него чувствительность вернулась. Пошевелил пальцами рук, ног, удивительно, но кроме головы ничего не болело. Очень странно, после такого удара меня точно должны были собирать по частям. Или так и было, а я просто валялся в коме неизвестно сколько и только вот прихожу в себя? Холодный пот вернулся. Но тут прорезался слух, и я услышал разговор двух людей, судя по голосам явно в возрасте.
