Джули Кагава
Лишенная судьбы
Посвящается Эцио и Альтаиру, которые вдохновили меня на создание этого мира. И Ташии, благодаря которой он воплотился в жизнь
Пески Времен не ждут никого. Зимы сменяют лета, солнца всходят и заходят, и никто, даже Бессмертные Короли, не властны воротить просыпавшиеся крупицы.
Пословица Первого Королевства
FATELESS
by Julie Kagawa
© Дарья Андреева, перевод на русский язык, 2025
© Издание на русском языке, оформление.
ООО «Издательство «Эксмо», 2026
Soda Press
Copyright © 2025 by Julie Kagawa
Часть I
Глава 1
Близился Адов Час.
Я стояла в тени под козырьком балкона, глядя на улицы Ковасса. Люди суетились внизу, словно муравьи, в чей муравейник ткнули палкой. Высоко над головами Соласти, первое из двух солнц, раскаленно белело на безоблачном голубом небе. Его звезда-близнец, Намайя, уже выбралась из-за горизонта и теперь стремительно надвигалась на нас. Адов Час, когда оба солнца стояли в зените – словно разъяренная богиня испепеляла своим взглядом все живое, – наступал в Аркиенне ежедневно. В этот час воздух обжигал горло, пески плавились и всякая твердая поверхность под безжалостным сиянием двух солнц превращалась в раскаленную жаровню. Животные разбегались в поисках тени, забивались в логова. Торговцы запирали магазины и укрывали прилавки. Простые люди расходились по домам вздремнуть, а самые богатые аристократы отдыхали в личных купальнях, в окружении слуг, которые обмахивали их пальмовыми ветвями. На час Ковасс вымирал: всякое живое существо – большое или малое, молодое или старое, бедное или богатое – искало навес, тень, любую темную щель, где можно переждать чудовищный зной.
Отступив от перил, я сделала глубокий вдох – горячий воздух наполнил легкие – и медленный выдох. За лабиринтом белокаменных стен и серых черепитчатых крыш Намайя взбиралась все выше по небосклону. Адов Час как таковой еще не наступил, но предшествовавшие ему полчаса, когда температура нарастала вместе с паникой и напряжением – ведь все торопились доделать свои дела, – были самыми суматошными и бестолковыми в Ковассе.
Это было очень удобное – и совершенно невозможное – время, чтобы заняться тем, что хотелось сохранить в тайне от чужих глаз. Потому-то я и стояла здесь, на этом балконе, а не сидела дома, в привычном жилище. Это здание располагалось ближе к тому месту, куда мне надо было попасть, – и чем меньше времени я проведу под солнцами, тем лучше.
– Уже пора?
Мягкий дребезжащий голос вплыл в комнату, прилегавшую к балкону. Я обернулась. На лестнице, шаркая и тяжело опираясь на палку, появилась сгорбленная фигура в балахоне. Шадир подняла покрытую капюшоном голову, и ее молочные, почти совсем белые глаза воззрились сквозь меня.
– Еще нет, – отозвалась я так же мягко. – Но уже скоро.
– Хм-м. – Она пересекла комнату и замерла ровно там, где падавшее с балкона солнце прочерчивало грань между светом и тенью. Подняла иссохшую руку и кончиками пальцев коснулась солнечных лучей. – Совсем скоро, если хочешь добраться до Садового квартала раньше зенита. Надеюсь, ты оделась подобающим образом.
Поверх ее головы я бросила взгляд в треснувшее зеркало, висевшее над комодом возле кровати. Девушка, взглянувшая на меня из отражения, была худенькая и неприметная. Каштановые волосы, карие глаза и совершенно не запоминающееся лицо. Впрочем, никто его обычно и не видел. Я тоже всегда носила капюшон и одежду выбирала светлых, нейтральных тонов, по которым взгляд скользит, не цепляясь. В городе известняковых стен, выгоревших крыш и пыльных, надраенных солнцем улиц темные цвета смотрелись бы слишком мрачно, а яркие привлекали бы внимание. Что, учитывая специфику моего рода занятий, совершенно не входило в мои планы. Я блестяще справлялась со всеми поручениями – именно потому, что умела слиться с толпой и стать невидимкой.
– А как же, – ответила я. – Когда такое было, Шадир, чтобы я не подготовилась?
Она отдернула руку и спрятала ее в складках балахона.
– Странно, что в этот раз ты одна, – задумчиво проговорила она. – Где Джеран? Я думала, вы всегда работаете вместе.
– Сегодня особый случай. – Я пожала плечами, хотя она не могла видеть этого движения. – Ван настаивал, чтобы я пошла одна. Да и не надо мне никого. – Я снова бросила взгляд на крыши, щурясь от ослепительного сияния. – Без Джерана обойдусь. В одиночку я даже лучше управлюсь.
Хотя он бы не на шутку обиделся, если б это услышал. Джеран был на год старше меня, высокий, долговязый, темные волосы, не лишенная обаяния улыбка. Он работал хорошо, но не так хорошо, как я, – и мы оба это знали.
– Ну-ну, нос-то не задирай. – Шадир похлопала меня по руке своей костлявой ладонью. – Я и сама служила Гильдии, пока глаза не стали подводить. Всегда лучше, когда кто-то тебя прикрывает, смотрит, нет ли патруля. Особенно в Садовом квартале. Там стражи вдвое больше, чем здесь.
Я фыркнула.
– Ну да, и вся эта стража будет сидеть по караулкам и рубиться в кости! – отозвалась я. – Даже если кто что и увидит, то сильно сомневаюсь, что в разгар Адова Часа они сломя голову бросятся в погоню. Но не волнуйся. – Я улыбнулась старухе, зная, что она услышит улыбку в моем голосе. – Я не попадусь. Сроду такого не бывало.
– Ты дразнишь Судьбу, воробушек Спэрроу, – предостерегла меня Шадир. – Считаешь, что со всем справишься в одиночку, но так дела не делаются. Я знаю! – Она снова похлопала меня по руке. – Знаю, чтó вам там внушают в Гильдии. Но иногда стоит довериться кому-то еще, кроме себя. Что гласит наше учение? Все наши нити переплетены в Гобелене Мира. Вместе они крепки, но каждая нить в отдельности тонка и легко рвется.
Мне вдруг стало зябко в этой маленькой нагретой комнатке. Шадир ведь не знает о моих намерениях? Да нет, конечно, откуда ей знать. Я никому о своем задании не рассказывала. То, что она упомянула Гобелен Мира, просто совпадение.
Я на шаг отступила и усмехнулась.
– Может, конечно, отдельная ниточка и тонка, – проговорила я, – зато она гораздо гибче, когда ее не спутывают и не держат другие нити.
Шадир шумно фыркнула и покачала головой, словно сожалея, что я так ничего и не поняла.
– Намайя все выше, – сказала она. – Ты готова?
Я быстренько перебрала в уме все, что мне понадобится. Вроде ничего не забыла. Мягкая, но прочная кожаная обувь, чтобы бегать по крышам. Кожаные перчатки, чтобы касаться перегретых камней и металлических перил. Орудия моего ремесла, надежно упрятанные по потайным карманам. Пара кинжалов на поясе и нож в голенище. И бурдюк – чтобы спасаться от свирепого жара солнечной двойни. Все при мне. Пора выдвигаться и посмотреть, что сегодня приготовила мне Судьба.
Я накинула белый капюшон, скрывая лицо от посторонних глаз, и повернулась к Шадир:
– Готова.
Та коротко кивнула:
– После дела вернешься сюда?
Я покачала головой:
– Нет, пойду прямиком в Гильдию. Ван меня ждет.
– Отлично. Передавай старому прохвосту привет. – Шадир улыбнулась и, ковыляя, сделала несколько шагов назад. Молочные глаза смотрели сквозь меня в небо. – Пусть Судьба улыбнется тебе, воробушек Спэрроу.
– И тебе, Шадир.
Я снова шагнула на балкон и на миг замерла под козырьком, глядя на город. Задание у меня было трудное, но если я все правильно рассчитала по времени, то до нужного места доберусь, как раз когда солнца окажутся в зените. А вот если я ошиблась… Впрочем, в обоих случаях приятного меня ждет мало.
Воздух над крышами уже рябил. Подойдя к краю балкона, я напоследок втянула в легкие относительно прохладного воздуха – после чего перемахнула через перила и очутилась под открытым небом.
Меня обдало жаром солнц, палящим и безжалостным. Перелетая через улицу, я бросила взгляд на копошащихся внизу людей. Ни один не поднимал головы. Посмотришь наверх – и в лицо ударят обжигающие лучи. Взгляды были опущены, капюшоны, накидки и платки натянуты поглубже – жители Ковасса спешили укрыться от солнечной двойни. Никто не видел фигуру в белом, которая взмыла над узкой пропастью между крышами и приземлилась на другой стороне улицы.
