Главный инженер 8
Глава 1
Я пришёл за пять минут до назначенного времени и увидел Свету за столиком у окна. Она сидела боком к залу, положив телефон рядом с чашкой, и смотрела на улицу. После нашего ужина я успел привыкнуть вспоминать её другой, в платье, с распущенными волосами и улыбкой, которую не приходилось заслуживать объяснительными. Сейчас она даже сумку поставила на соседний стул, хотя обычно оставляла его для меня.
Кофейня занимала первый этаж углового дома. Вдоль окон тянулся мягкий диван, напротив стояли небольшие столики на чёрных металлических ножках. У стойки две девушки выбирали десерт с такой обстоятельностью, будто собирались купить кондитерскую, а не кусок торта. Между нашим столом и выходом оставался узкий проход, заставленный кадками с растениями. Место было людное, спокойное и совершенно не подходило для разговора, после которого мне могли предложить больше не звонить.
Светлана повернулась, когда я подошёл, убрала сумку на подоконник и коротко кивнула. Я снял куртку, повесил её на спинку стула и сел. В голове не было подготовленной речи. Несколько удачных заходов я придумал по дороге, но все они начинались с обстоятельств, заботы и необходимости, а заканчивались тем, что виноватым оставался кто угодно, кроме меня.
— Никакого умершего друга в Краснодаре не было, — сказал я, положив руки на стол. — Я ездил туда искать бывшего охранника Орлова. Историю с похоронами придумал, чтобы ты не спрашивала о поездке.
Она не потянулась за телефоном, не выпрямилась и даже чашку не отодвинула. Только большой палец перестал двигаться по ручке. Несколько секунд Светлана смотрела мне в лицо, а потом перевела взгляд на подошедшую официантку.
— Вам что-нибудь принести? — девушка остановилась рядом, заметила наши напряжённые лица и не стала предлагать сезонные напитки.
— Американо и воду, пожалуйста, — попросил я.
Светлана дождалась, пока официантка уйдёт, и чуть подалась вперёд.
— Рассказывай с начала, Максим. Кто этот охранник, зачем ты его искал, и кто ездил с тобой. Только не начинай с того, что хотел меня уберечь, потому что тогда мы закончим гораздо быстрее, чем принесут кофе.
— Его зовут Антон Мельников. В день гибели Орлова он дежурил у служебного входа в башню. Потом уволился и переехал в Краснодар, работал на складе. Со мной была Вероника Ланская, она занималась защищёнными программами для Орлова и помогала искать людей, которые могли что-то знать о его смерти. Да, это та самая помощница, о которой я тебе рассказывал.
Я говорил не торопясь, стараясь не перескакивать к выводам. Рассказал о складе, начальнике смены, который отказался показывать камеры, о визите мужчины в кепке и тёмных очках. Потом перешёл к квартире Антона, парням возле подъезда и соседке, видевшей его с сумкой.
Светлана слушала молча. Обычно она уточняла время, возвращала к фамилиям, обрывала мои слишком уверенные предположения. Сейчас этого не было, и я неожиданно понял, насколько удобными были её перебивания. За ними можно было спрятаться в споре, начать доказывать, что я всё предусмотрел. Теперь спорить было не с кем.
— Мы нашли его у Ирины, женщины, с которой он жил, — продолжил я, когда передо мной поставили кофе. — Антон показал копию объяснительной. По его словам, после гибели Орлова он написал, что Савельев велел пропустить человека через служебный вход, а потом отправил его проверять камеру. Пост оставался без него около сорока минут. Я видел копию, но с оригиналом её не сверял.
— Савельев, который потом погиб в аварии? — уточнила Светлана, впервые отведя взгляд от моего лица.
— Да. Мельников утверждает, что распоряжение дал именно он. Ещё Антон говорит, что узнал в посетителе склада того человека, которого впустил в башню. Мы этого подтвердить не можем, в тот день нас у входа не было.
Она подвинула чашку, освобождая место перед собой, хотя записывать пока ничего не собиралась.
— А человека со склада вы видели?
— У дома Ирины появился мужчина. Мельников сказал, что это он. Средних лет, коротко стриженный, виски с сединой, старый шрам на щеке. Он потребовал, чтобы Антон вышел, потом попытался помешать нам уехать. Я отвлёк его, пока остальные выходили через заднюю калитку.
На слове «отвлёк» Светлана посмотрела на моё плечо, потом снова в глаза. Я не стал дожидаться вопроса и рассказал о короткой стычке, отобранной трости и погоне. Без удачных манёвров в моём исполнении, без собственной предусмотрительности, которая почему-то раз за разом приводила меня под чужие удары. За рулём сидела Ника, и вытаскивала нас оттуда тоже она.
— На дороге он пытался вытеснить нашу машину, — сказал я. — Вот это я видел сам. Что он собирался сделать после остановки, не знаю. У заправки, где были люди, он уехал. Личность мы не установили, номер оказался от другой машины, поэтому привязывать его сейчас к Артуру, Виктору или ещё кому-то я не могу.
— Хоть этого ты не можешь, — тихо произнесла Светлана и провела пальцем по краю блюдца. — Мельников сейчас где?
— Уехал с Ириной. Собирался в Казахстан, но где они находятся в эту минуту, я не проверял. Не хочу говорить тебе, что он в безопасности, потому что я этого не знаю. Связь с ним есть.
— Сохрани всё, что у тебя осталось: сообщения, копию объяснительной, сведения о машине, даты и время. И Нику предупреди, чтобы ничего не удаляла. Мы отдельно поговорим о том, что из этого можно проверить, — Светлана ненадолго прикрыла глаза, потом откинулась на спинку дивана. — А теперь объясни мне, почему ты вообще этим занимаешься.
Я взял стакан воды, хотя пить не хотелось. До этого момента у меня были события, люди, места и чужие слова, которые можно было честно отделить от собственных наблюдений. Теперь начиналась часть, где я собирался признаться в обмане при помощи следующего обмана. Он был лучше продуман, держался на настоящих фамилиях и не требовал срочных похорон, но от этого правдой не становился.
— Орлов помог мне в тот период, когда я уже почти ничего не решал без бутылки, — сказал я, повторяя версию, которую прежде изложил Нике. — Не за один разговор, не одним переводом денег. Дал возможность заняться делом, потом стал просить присматриваться к некоторым людям. К Петру Ильичу, к тем, кто крутился возле него с поставками, ремонтом и наличными расчётами. Его интересовали посредники, через которых можно было выйти на Штерна. У него давно были подозрения, что его компаньон занимается «леваком».
Светлана чуть наклонила голову. На лице ничего не изменилось, но я ощутил знакомое давление чужих чувств. «Резонанс» улавливал злость, обиду и усталость, которые не исчезли, пока я говорил. Никакой полезной надписи о том, поверила она или нет, не появилось. Способность сообщала мне, что женщине напротив больно, хотя это я и без неё уже понимал.
— Значит, Орлов выбрал человека с алкогольными проблемами, чтобы тот негласно помогал ему разбираться в делах подрядчиков? — спросила она без насмешки, и от этого вопрос прозвучал хуже. — Почему именно тебя?
— Потому что я уже находился там, куда его собственных людей не подпустили бы без лишних вопросов. Сантехник из ТСЖ мог зайти в подвал, поговорить с рабочими, услышать, кто привёз материалы и кому не заплатили. Я не изображал следователя и не сидел на совещаниях. Смотрел, запоминал, иногда передавал то, что казалось важным.
— И никто об этом не знал?
— Объявлять такое сотрудничество он не собирался, а я не настаивал. Моё прошлое не добавило бы ему уважения. Представь, как это выглядело бы со стороны: владелец строительной компании доверяет сведения человеку, которого вчера искали по двору, чтобы он открыл техническое помещение.
Я упомянул несколько фамилий из подлинных записей чёрной папки, назвал связанные с ними мелкие работы и посреднические расчёты. Это были знакомые Светлане сведения, а не новые доказательства моей истории. Я понимал разницу и постарался не делать вид, будто совпадение имён подтверждало всё сказанное.