Злодеи выбирают себя. Том 2 - Середой Соня

Облачённый в дорогую одежду дворянина, Юань Юнь без особого интереса к развлечениям попивал чай, вероятно, ведя беседу с молодой дамой, сидящей напротив. Но стоило дверям распахнуться и показаться на пороге Чэнь Син, он лениво обернулся, а вот удивление едва ли смог спрятать.

«Во имя Сына неба, ты хоть притворись радостным, а то выглядишь, будто увидел смерть», — недовольно подумала Чэнь Син, со сдержанной манерностью отвесив глубокий поклон.

— Госпожа, прибыла дева Ляньхуа из дома Сокола, — представила её провожатая.

— Госпожа, — поприветствовала её Чэнь Син.

— Выпрямись, красавица, и покажи, что за луна приковала к себе внимание стольких звёзд. Ну или хотя бы одной очень яркой звёздочки, которая обещала разгореться только при виде той единственной.

Чэнь Син постаралась выразить удивление при виде Юань Юня и затем обратила внимание на девушку, сидящую у столика на низком диванчике в россыпи подушек. Как бы иронично это ни звучало, но в первый миг Чэнь Син пришла ассоциация с лисьей красотой из-за острых черт лица и лукавого взгляда новой госпожи Алой яшмы. Заколки с алыми лентами украшали тёмные волосы, отливающие едва уловимым каштановым отблеском в свете ламп. Но не во внешнем виде заключалась притягательность девушки, от неё веяло концентрированной инь-энергетикой, напоминающей липкие щупальца.

Дверь закрылась.

— Тебе незачем прятать лицо в моём доме, красавица. Сними вуаль. — Несмотря на мягкость, в голосе слышался приказной тон. — Если, конечно, ты не стесняешься своего личика.

Чэнь Син подчинилась. Как она и ожидала, госпожа Алая яшма никак не отреагировала на её лицо. Вероятно, за последний месяц видела столько симпатичных девушек и парней, что все они стали для неё одинаковыми.

— Ну, что я говорил, госпожа? Моя Ляньхуа затмит луну и посрамит все цветы своей красотой! — с восхищением отозвался Юань Юнь, да в столь приторной манере, что у Чэнь Син едва лицо не свело.

Она скромно улыбнулась и отвернулась.

— Милая Ляньхуа, не сыграешь ли нам на гуцине? Мне говорили, что здешние девушки играют словно богини, но только твои руки могут принести этому скромному господину истинное удовольствие.

«А что-то ещё более двусмысленное ты не мог придумать?» — прокричала в мыслях Чэнь Син.

Изобразив лёгкую растерянность и неловко обернувшись к госпоже Алой яшме, наблюдающей за сценой без особого интереса, Чэнь Син произнесла:

— Если Ляньхуа вызвали, чтобы развлечь молодого господина и госпожу, она сделает всё возможное, чтобы скрасить их вечер.

Оказалось непросто держать лицо в сложившейся ситуации. Чэнь Син то и дело одолевало волнение, а игра на музыкальном инструменте требовала сосредоточенности. Помнится, первые попытки игры на цитре закончились содранными подушечками пальцев. Но со временем Чэнь Син приноровилась, последние полгода она часто уделяла внимание музыкальному классу.

Струны вибрировали под её пальцами, разнося по залу успокаивающие звуки. Она сосредоточенно исполняла музыкальную композицию, и как только её сердце успокоилось, Чэнь Син дерзнула посмотреть на своих слушателей. Госпожа Алая яшма наблюдала за ней с интересом, на хитрый манер прищурив глаза. А вот какие эмоции пытался показать Юань Юнь, трудно сказать. Поймав взгляд Чэнь Син, он словно испугался и затаил дыхание.

«Сделай уже лицо попроще, серьёзно», — вернув внимание струнам, подумала Чэнь Син.

Как только она сыграла последний аккорд, раздались тихие хлопки похвалы. Госпожа Алая яшма удовлетворённо улыбнулась, жестом приглашая Чэнь Син присоединиться к трапезе. Однако, помня наставления госпожи Сокол, она не смела становиться гостьей, а любезно предложила Юань Юню наполнить его пиалу.

— Госпожа Ляньхуа, этот достопочтенный господин отзывался о вас столь тёплыми словами, а что вы можете сказать о нём?

— Молодой господин милостив и добросердечен, не передать словами, насколько эта недостойная благодарна небесам за нашу встречу.

Одно из наставлений госпожи Сокол гласило остерегаться выражения опасений касательно заинтересованности и влюблённости клиента. Конечно, об этом можно спрашивать в игривой манере, но только принижая свои достоинства. Иначе клиент мог всерьёз задуматься, а нужно ли ему тратить время и особенно деньги на женщину, решившую сделать из игры реальность.

— Но… — Хитро улыбнувшись и стрельнув взглядом в Юань Юня, Чэнь Син с лёгким отголоском капризности спросила: — Что же молодой господин делает в доме Алой яшмы? Ведь молодой господин говорил, что заинтересован только в компании Ляньхуа.

— А-а-а… я лишь желал убедиться, что никого красивее тебя нет в этом мире.

На мгновение улыбку Чэнь Син перекосило от нервозности. Слова звучали до боли избито, тем не менее, решив отыграть уязвлённую женщину, которой вертели как зонтиком в дождливый день, она украдкой глянула на госпожу Алую яшму. И что-то в её улыбающемся, отчасти насмехающемся взгляде не понравилось Чэнь Син.

Озарение пришло довольно быстро. Несмотря на то, сколь обходительно они ворковали, их жесты не напоминали общение возлюбленных. Они сидели рядом друг с другом, но их тела не соприкасались. Юань Юнь даже не пытался, например, поправить ей волосы или дотронуться до плеча. Неужели тому причина — её резкая реакция на прикосновение?

Тихо хохотнув, Чэнь Син решила действовать решительно. В конце концов, она отыгрывала роль куртизанки и, чтобы остаться в доме Алой яшмы, требовалось заинтересовать лисицу.

— Ну что вы так скромно себя ведёте, молодой господин? — Подсев поближе, Чэнь Син лукаво улыбнулась и прильнула к плечу Юань Юня.

Почувствовав, как он напрягся, Чэнь Син вдруг ощутила проснувшееся озорство. Довольно забавно наблюдать этого притворщика таким нерешительным. Положив руку на его колено, Чэнь Син лёгкими ласкающими движениями начала выводить невидимые круги.

— Ма… — осёкся Юань Юнь, сведя брови к переносице и нерешительно глянув на Чэнь Син, у которой от его «ма» чуть сердце не упало. Он что, хотел сказать «мастер Чэнь»?! — Моя госпожа… Прошу, на нас же смотрят.

— А вам разве должно быть дело до меня? — ухмыляясь, уточнила госпожа Алая яшма. — Вашего внимания требует любимая женщина. Неужели вы упустите момент? Или же?.. Она вам не так уж дорога, молодой господин? А то, пока мы её дожидались, вы так заинтересованно наблюдали за моими танцовщицами.

В реальности Чэнь Син было плевать, на кого там засматривался Юань Юнь и засматривался ли вообще, ведь лисица могла и врать. Однако образ Ляньхуа требовал соответствующей реакции.

— Молодой господин?.. — Изобразив растерянность, Чэнь Син дёргано убрала руку с чужого колена и отстранилась, с немым вопросом посмотрев на Юань Юня. — Ох, вы ведь… просто наслаждались их танцем, верно?

— Разумеется, моя Ляньхуа. — Аккуратно спрятав пальцы Чэнь Син в своих широких ладонях, он обворожительно улыбнулся. Воистину, с такой улыбкой и сладости не нужны. — Что этот господин может сделать, чтобы доказать вам свою любовь?

Внимание! Обнаружен риск раскрытия госпожой Алой яшмы. Придумайте что-то, что убедило бы её в правдивости ваших чувств. В случае провала будет назначен штраф в 50 баллов.

«Серьёзно?» — с трудом удержавшись от желания закатить глаза, подумала Чэнь Син.

— Поцелуйте меня.

Да-а, похоже, это единственное, что она могла ляпнуть, спасая их положение. Во взгляде Юань Юня Чэнь Син обнаружила с десяток пролетевших эмоций. Она запоздало сообразила, что для людей этой эпохи мог означать банальный поцелуй. Вот и Юань Юнь застыл, подобно глупой деревянной курице¹⁹, хотя выражение его лица ни на мгновение не изменилось.

Чэнь Син уже думала отпевать их прямо здесь.

Моргнув, Юань Юнь, всё так же не меняясь в лице, потянулся к её щеке и, накрыв ладонью, обжёг её губы поцелуем. Хотя как обжёг? Обожгла скорее неожиданность его действий, заставившая удивиться и мигом позже облегчённо подумать, что положение спасено. Только вот в искренность чувств возлюбленных не поверил бы ни один здравомыслящий человек. С такой же «страстью» Юань Юнь мог поцеловать и труп.