Вместе с этим я остановил воду из крана, пока водопровод не успели перекрыть. И подошёл к нему поближе.
Кирилл весь вспотел, раскраснелся. Его глаза метались из стороны в сторону, а дышал он так часто, словно только что пробежал марафон и резко остановился.
– Вот тебе не везёт, конечно, – вздохнул я. – Раннее пробуждение схлопотал.
– Что? Что это такое⁈
Он испуганно взмахнул рукой, и вместе с этим волна магической энергии пронеслась по комнате, снова круша всё вокруг.
– Ай, я не хотел! – взвизгнул бедняга.
А затем дёрнулся в сторону и снова послал волну магической энергии.
– Да тихо ты, успокойся, – терпеливо произнёс я. Мне пришлось схватить его за плечи и влить немного своей магии в только что пробудившийся Источник. – Пацан, всё в порядке. Такое бывает. Не у всех, правда, но тебе вот подфартило схлопотать раннее пробуждение дара.
Причём интересный у него дар, однако. Кажется, стихия у него ещё не пробудилась, а вот особенный дар уже есть. И нефиговый такой… действительно повезло.
Тут в палату вбежала Марина.
– И ты здесь! – воскликнула она.
– И тебе здравствуй, – ответил я.
Лекарка явно хотела что‑то высказать мне. И, возможно, не очень приличное. Но сдержалась и быстро переключилась на заботу о пацане. Прильнула к нему руками, провела по телу, вливая понемногу магии в напряжённое тело.
Я увидел, как её дар лекаря понемногу смягчает состояние Кирилла. Он начал дышать ровнее, глаза успокоились. И даже Источник, который сейчас больше походил на обнажённый нервный узел, медленно и плавно успокаивался.
– Мне больно… – процедил парень сквозь зубы.
– Тише, тише, тише, – успокаивала его Марина. – Скоро будет легче… У него раннее пробуждение, – это уже относилось ко мне.
– В курсе, – кивнул я. – Знаешь, что делать?
– Знаю, – Марина пыталась выглядеть стойко, но в её голосе скрывались очень заметные нотки сомнения. – В смысле, в теории. Сама ещё никогда с таким не сталкивалась.
– А ты точно детский доктор? – усмехнулся я.
И заслужил вполне справедливый раздражённый взгляд.
– Ладно, ладно, – примирительно поднял руки, чтобы не нервировать её в такой ответственный момент. – А я встречался. И будет лучше, если мы отнесём его в твою тайную лабораторию.
– Она не тайная, – буркнула Марина.
– И в этом её недостаток, – пожал я плечами.
– Сейчас скажу, чтобы принесли носилки.
– Не стоит, – возразил я. – Сам отнесу. А ты не отходи от него далеко и поддерживай состояние. Будет лучше, если пацан вообще уснёт.
━─━────༺༻────━─━
Кирилл лежал в высокотехнологичной капсуле под присмотром нескольких мониторов и целой Марины Вячеславовны в качестве личного оператора.
Она видела его состояние от и до. Наверное, даже могла прочесть структуру ДНК и узнать что‑нибудь интересное про его предков до седьмого колена. Иначе не знаю, что там за буквы и цифры постоянно мелькали в скучных чёрно‑белых окошках и зачем их столько нужно.
Но Марина очень заворожённо и, надеюсь, с полным пониманием дела следила за всеми этими данными.
Я же сосредоточился на магической системе пацана.
Поначалу не мог понять, что происходит. Раннее пробуждение – это, во‑первых, не очень приятный процесс, но вполне себе переносимый.
Происходит это, когда Источник раньше времени пробуждается, но при этом организм молодого мага не приспособлен к такому выбросу энергии. Каналы не сформированы, узлы ещё хлипкие, мышцы недостаточно окрепшие.
В общем, больно и очень неприятно. Но под присмотром врачей вполне себе можно пережить и даже поиметь с этого некоторые ништяки в виде форы перед сверстниками.
Всё‑таки чаще всего ученики пробуждаются к концу первого курса. Особые торопыги успевают к середине.
А тут на тебе! Первый курс, и уже полноценный маг. Пройди восстановительные мероприятия и можно стартовать в этом «марафоне» раньше всех.
Но есть одно «но». Раннее пробуждение, как правило, вызвано чем‑то извне. И если неправильно среагировать на это, последствия могут быть тяжёлыми.
Поначалу я предположил, что виноват особый дар. Чаще всего это происходит именно с такими детьми. Тем более дар мощный, ничего не скажешь. Он встречается не так уж редко, но крайне полезен и его можно применять в очень многих ситуациях.
Телекинез – классная штука!
Однако затем я заметил некоторые помехи в магической системе. Они были скрыты под общим хаосом и беспорядком, поэтому увидел не сразу. И затем догадался взглянуть на Источник Кирилла с другой частотой сенсора.
– Вот же засранец, – пробурчал я.
– А? Чего? – окликнула Марина. – Ты что‑то сказал?
– Бедняга, говорю. Сначала кошмары мучили, а теперь и заснуть не сможет без обезбола в ближайшие дни.
– Да, бедный мальчик, – с сочувствием произнесла Марина. – Столько испытаний, и это только начало учебного года. Никому такого бы не пожелала.
Говорила‑то она с сочувствием и действительно грустным голосом. Уверен, она была искренна в своих словах.
Но в её глазах горел научный интерес. Причём безумного доктора, как в самых настоящих ужастиках.
Тайная подпольная лаборатория. Подопытные молодые маги с особенностями развития источников. И глаза, горящие энтузиазмом при виде мучений бедных маленьких школьников.
Так, погодите‑ка. Если она – безумный доктор, а я тут сижу рядом и помогаю… Не, не, не, не, не. Так не пойдёт. Игорем я не буду.
– Получилось нормализовать его состояние? – спросил я.
– Почти. Но ему, наверное, дня три придётся провести в этой капсуле. Источник обнажён. Ты правильно сказал – он как нервный узел, – по пути сюда я поделился с Мариной своими соображениями. – Магическая энергия вырывается из каналов и просачивается наружу. И кажется, у него есть особенный дар.
– Да, верно, – кивнул я. – Телекинез.
Марина удивлённо захлопала глазами и уставилась на меня.
– Правда? Откуда ты знаешь⁈
– Да это было не так уж и сложно, – пожал я плечами. – Ты думаешь, он перевернул всю палату одной лишь аурой? Это были выбросы телекинетической энергии. Кстати, что он вообще делает в больнице?
– Он сам пришёл! – воскликнула Марина, будто я в чём‑то её обвинял. – Сказал, что голова раскалывается и кости ломит. Даже мышцы сводит! Ну, я решила на всякий случай положить его на больничную койку.
– Правильное решение, – вздохнул я. – Вполне возможно, ты спасла ему магическое будущее. И даже чьи‑то жизни… Пробудись он где‑нибудь в общаге, мог бы угробить соседей, да и самого себя.
– Да, нам повезло… Но что делать дальше, я пока не знаю, – призналась Марина.
На экранах продолжали бегать какие‑то цифры и знаки. Я был знаком только с одним из этих мониторов. На котором считывался пульс.
Пик… пик… пик… пик…
Ровный, хороший, стабильный. Это самое главное. С остальным разберёмся.
– Зато я знаю, что делать, – сказал я вслух. – Поначалу нужно стабилизировать его состояние до такой степени, чтобы капсула не потребовалась. Думаю, недельку придётся полежать, а не пару‑тройку дней. Он должен находиться в сознании, чтобы справиться со всем этим окончательно.
– Ты что‑то знаешь? – осторожно спросила Марина.
– Знаю, – я не стал вдаваться в подробности. – Доверяю пацана тебе. Через неделю приду и заберу его. Постарайся сделать так, чтобы к этому моменту он мог хотя бы день продержаться без лекарств и не нанести вред самому себе. Это значит…
– Нужно успокоить Источник, – прервала меня Марина. – Колоть обезболивающие, успокоительные, некоторые витамины и стабилизатор магической энергии. Четверть нормальной дозы. Не забывай, что лекарка я, а не ты.
– Да‑да, самый крутой врач во всей академии! – усмехнулся в ответ. – В общем, пацан пока на тебе. А мне уже пора идти.
– Родительское собрание? – усмехнулась Марина.
– А ты откуда знаешь?
– Да вся академия уже в курсе. Родители второго «Д» впервые собираются все вместе. Как такое не обсуждать?
