Игрушка с изъяном. Суши, лорды, два стола (СИ) - Лерн Анна

— Готова? — я поправила кимоно и с улыбкой взглянула на Броню.

— Как пионер, — подруга вздёрнула подбородок. — С почином нас!

Пока мы мыли руки, Бартоломео вынес нужные продукты. Устроившись за освещёнными мягким светом столами, наш «суши-дуэт» взялся за дело. Волнение моментально прошло, стоило только взять комочек риса. Я сформировала его между ладонями, придавая идеальную овальную форму. Затем достала из чаши со льдом тонкий ломтик рыбы… и на душе стало легко и спокойно. Гости за столиками притихли, зачарованные нашим представлением. В зале слышалось лишь постукивание ножей по разделочной доске и тихое шипение газовых светильников. Когда первые нигири были аккуратно выложены на лакированные тарелочки, Броня, склонившись чуть ближе, прошептала:

— Посмотри в окно.

Я медленно повернулась, и мои глаза стали увеличиваться в размерах. У панорамного окна ресторана собралась целая толпа любопытных. Они с неподдельным интересом наблюдали за происходящим внутри. И вдруг среди этих незнакомых лиц я увидела Феликса и Адриана. С ними были Себастьян и Доротея, держащая за руку Тимми. Чуть поодаль стояли Мэйсон и Белла. Я помахала им, и они радостно ответили на моё приветствие.

Словно по мановению волшебной палочки, наблюдавшие за окном, вдруг стали превращаться в живой поток гостей. Люди начали осторожно, а затем всё смелее входить внутрь. Зал моментально наполнился гулом голосов, смехом и шелестом одежды. Официанты с готовностью отвечали на вопросы о японской кухне, терпеливо объясняли незнакомые названия в меню. Вся семья Деморов удобно расположилась за самым ближним столиком, и Адриан поднял большой палец вверх, демонстрируя своё восхищение.

— Сегодня будет горячо! — Броня возбуждённо потёрла руки. — Как же мне всё это нравится!

Я уже не спала, когда почувствовала, как рядом слегка прогнулась кровать.

— Доброе утро, любовь моя.

Открыв глаза, я увидела Феликса, который как-то подозрительно улыбался, глядя на меня. — Посмотри, что я тебе принёс.

Муж протянул мне газету, сложенную так, чтобы сразу был виден заголовок. «Кулинарная революция в Велуаре: ресторан «Аматерасу» переворачивает представления о вкусе!».

Закусив губу, я пробежала глазами по короткой статье.

«Вчера вечером жители Велуара стали свидетелями настоящего кулинарного чуда. На Клевер-Лейн 37, распахнул свои двери ресторан «Аматерасу» — место, которое обещает навсегда изменить гастрономический ландшафт нашего города. И это не просто слова! Открытие, на котором посчастливилось присутствовать и нашему корреспонденту, произвело настоящий фурор. Доселе невиданная для жителей Велуара кухня предстала во всём своём великолепии . Н о не только вкусом, а и зрелище! Две молодые и талантливые хозяйки, леди Демор, превратили приготовление необычного блюда “ суши ” в завораживающее представление. Прямо перед глазами изумлённой публики создавая за специальными столами свои кулинарные шедевры. И мы можем с полной ответственностью заявить, что «Аматерасу» — это не только ресторан, это новый культурный феномен . ».

С радостным визгом я бросилась к Феликсу на шею. Застигнутый врасплох этим порывом, он на мгновение замер, а потом обнял меня в ответ, крепко прижимая к себе. Я чувствовала, как его плечи трясутся от смеха, и смеялась вместе с ним.

_______________

* Плейсмат (placemat) — это плоский коврик под тарелку, защищающий стол и дополняющий сервировку. Изготовлен из бамбука, льна, плотного хлопка, плетёнки.

* Раннер (дорожка) — узкая полоска вдоль стола, создаёт визуальное единство. Изготовлены из льна, хлопка, часто в нейтральных тонах.

Эпилог

Время летело незаметно, унося с собой все тревоги и оставляя лишь сладкое предвкушение счастья. Декабрь в Талассии совсем не походил на тот, к которому я привыкла. Здесь не было ни снега, ни мороза. Вместо этого стоял бархатный сезон: воздух наполняли ароматы созревающих цитрусовых и поздних роз, а солнце уже не обжигало, а ласково заливало всё тёплым золотистым светом.

В этот день, казалось, сама природа замерла в ожидании чуда. Старинная часовня семьи Демор, расположенная в глубине парка, выглядела просто сказочно! Её светлый фасад, увитый плющом, тщательно подготовили к предстоящему торжеству. Арку над входом оформили гирляндами из белых камелий, магнолий и серебристого эвкалипта. Внутри горели сотни свечей, отчего воздух казался густым, будто в нём разлили мирру. В каждом углу, каждой нише стояли букеты живых цветов. Они же украшали алтарь, застеленный алым бархатом.

Я, Броня и Доротея ждали начала церемонии в небольшой боковой комнатке. Три невесты, такие разные, но объединённые одной судьбой, а вскоре и одним именем. Мой взгляд упал на отражение в зеркале, и я провела рукой по гладкому шёлку цвета слоновой кости. Он струился по фигуре, расходясь к полу лёгкими волнами. Длинные рукава из тончайшего кружева полностью прикрывали руки, а скромный вырез на спине добавлял изящества. Волосы мне уложили в элегантный низкий пучок, украсив его гребнем с бриллиантами.

Свадебное платье Брони было из белоснежного гладкого атласа. Декольте украшала вышивка золотой нитью, образуя нежный орнамент, напоминающий лепестки распустившихся цветов. От талии к подолу спускался узор, визуально делая Броню стройнее. В толстую косу подруги вплели нить крупного жемчуга и мелкие розочки.

Ну а госпожа Пендлтон была воплощением королевского достоинства! Она выбрала платье из тяжелого перламутрового серого шёлка с высоким воротом. Сдержанное и невероятно элегантное. Единственным украшением невесты служила старинная брошь-камея на груди. На голове Доротеи была шляпа с широкими полями, украшенная перьями.

Когда послышались первые торжественные аккорды органа, мы переглянулись. Наконец, настал самый волнительный момент. Первой к алтарю направилась Доротея, за ней вышла я, а следом порозовевшая от нахлынувших чувств Бронислава. Мы шли по дорожке, усыпанной лепестками роз, и мягкое мерцание свечей создавало ощущение волшебства. Мне не верилось, что это происходит со мной. Когда мы встали у алтаря, Феликс взял мою руку. Прикосновение мужа было таким крепким и успокаивающим, что волнение тут же отступило. Священник начал церемонию. Его глубокий спокойный голос поплыл под сводами часовни. Он говорил о любви, о верности, о том, как важно беречь друг друга. Мы произносили свои клятвы, обещания быть вместе в радости и в горе, в богатстве и в бедности, в болезни и здравии… При этом голос Феликса слегка подрагивал от волнения, и я чувствовала, как от счастья на глаза наворачиваются слёзы. Именно сейчас писалась новая глава нашей жизни.

Как же давно это было…

Я провела рукой по алтарю. В голове промелькнула мысль: «Неужели эта сморщенная “куриная лапа” принадлежит мне?». А потом улыбнулась. Да. И это прекрасно. Эти руки вынянчили троих детей, а теперь гладили головки внуков. Разве это не повод любить свои морщины?

Наш единственный с Феликсом сын Кристофер родился через семь месяцев после венчания. Он был копией своего отца. Такой же рассудительный, педантичный, с немного жутковатым взглядом необычных глаз. Сейчас он занимал должность главы Департамента Безопасности. Именно так называлась бывшая Тайная Канцелярия. Наверняка Себастьян гордился, глядя с небес на своего внука, который пошёл по стопам деда и отца. Годы совместной жизни с Доротеей принесли покой и семейные радости главе рода Деморов. Уход четы был тихим и безболезненным. Однажды утром они вместе просто не проснулись.

Сразу после Кристофера я подарила мужу двух дочерей с разницей в два года. Ксения и Ева взяли от меня и внешность, и характер. Старшая Ксения занималась нашим бизнесом, который разросся до масштабов Талассии. Она вышла замуж за такого же ресторатора и родила сына. Ева служила судьёй в Департаменте Безопасности, что не мешало ей быть матерью пятерых детей. Замуж она вышла рано, влюбившись без памяти в сына Найджела Блэквиля, Гарольда. Хозяин клуба «Золотая Луна» долго путешествовал и вернулся в Велуар через три года с молодой женой, дочерью священника. Она не обладала броской красотой, но была очень милой, доброй девушкой. Найджел любил её. Я видела это и радовалась за них.