Некромант на страже человечества. Том 8 (СИ) - Клеванский Никита

Во все стороны, насколько хватало глаз, тянулись километры замерзшей воды, лишь слегка припорошенной рассыпчатым снегом. Местами ровную гладь нарушали будто в одночасье застывшие гребни волн, а кое-где громоздились острые зубцы торосов, блестевшие алым на фоне местного закатного солнца. Колючий ветер нес серебристую поземку, заметавшую любые следы.

— Как красиво… — восхищенно выдохнул Леуш, выпустив изо рта облачко пара. — Митрофану бы понравилось.

— В другой раз посмотрит. — буркнул я. — И в другом месте. Куда идти? — спросил я Галеммагла, чувствуя, что время его пребывания на этом свете постепенно подходит к концу. Что не могло не огорчать, потому что тот должен был сделать как минимум еще одно важное дело.

— Туда. — безучастно махнул рукой эльф.

Мы тут же выдвинулись в указанном направлении, и я приказал идти ускоренным маршем. Ведь благодаря драконьему амулету я знал, что нелюди уже приняли решение оставить лишившийся Купола Свет Зарницы и вернуться домой. А значит мы должны были их опередить и отрезать им путь.

В противном случае мы имели все шансы оказаться между молотом и наковальней.

Глава 6

Не предназначенная для подобной погоды обувь нещадно скользила, заставляя семенить крохотными шажочками во избежание падений. И если воины с их натренированными телами кое-как справлялись с поддержанием скорости, то магам приходилось куда хуже. В результате чего ровный строй распался, а темп продвижения существенно снизился. Но поделать с этим я ничего не мог. И только члены рода Север чувствовали себя вполне комфортно. Вероятно, ввиду каких-то родовых особенностей.

Неожиданно мне в голову пришла еще одна важная мысль.

— Как вы защищаете такие Трещины от закрытия? — спросил я у шагавшего возле меня Галеммагла.

— Используем цепных псов. — спокойно сообщил тот.

— Точнее.

— Челы с умением «Аскет». Их прячут в надежном месте, и это не дает закрыть Трещину.

— Что за умение?

Опередив эльфа, мне ответил глава рода Весна.

— Делает человека невосприимчивым к внешним факторам. — сообщил он с мрачным выражением лица. — Не нужно есть, пить, спать, не мучают жара и холод. Но постоянное использование сводит с ума. И заставляет быстрее стареть.

— И где же вы таких берете в нужном количестве? — с нехорошим предчувствием на сердце поинтересовался я у генерала.

— Выращиваем на одной из ферм. — невозмутимо ответил нелюдь. — В результате селекции нам удалось вывести…

— Заткнись! — резко оборвал я его, подкрепив окрик ментальным приказом.

«Ферма». Уже одно это слово ржавым напильником резануло по струнам моей памяти. Ведь именно в нее чертовы ублюдки превратили мой родной Дальний Крутолуг. Место, где людей разводят, как скот, прививая нужные черты и отсекая вредные. Сильных — на рудники, красивых — в личные рабы, Аскетов — до конца дней служить цепным псом в одной из туннельных Трещин.

Я скрипнул зубами, но ярость от смерти родителей и без того переполняла меня, вынуждая сдерживаться, чтобы не наделать глупостей. Нас реально держали на одном уровне с коровами и свиньями. Если не ниже. Но я собирался это исправить!

Вспомнил я и еще один момент. В Дальнем Крутолуге нелюди тоже пытались провернуть нечто подобное, приковав клиота в каверне, что сперва помешало мне изолировать город от Диких Земель. Видимо хотели использовать знакомую практику, но своего Аскета пока не заслужили. Слишком уж незначительная ферма им досталась.

— Где найти узника этой Трещины? — спросил я, кое-как уняв клокотавшую в груди злобу.

— Не знаю. — разочаровал меня ответом эльф.

— Как так?

— Я за это не отвечаю. Больно…

Больно ему. А мне слышать подобное не больно? Вот ведь тварь ушастая!

Тем не менее, пусть воскрешенный и продержался значительно дольше своих предшественников, но заклинание еще требовало существенной доработки. Пока что же я влил в него частицу силы, чтобы замедлить процесс деградации, и приказал войску ускориться.

А заодно разом выпустил всех имевшихся в моем распоряжении бестелесных прислужников. Полупрозрачными тенями те прыснули в разные стороны, но я не удовлетворился их числом и сотворил еще нескольких, догнав общее количество почти до сорока экземпляров. После битвы на улицах Светы Зарницы я мог себе позволить не экономить светляков и наклепал столько разведчиков, на сколько хватило выделенной под эти цели Межмировой Энергии.

Послушные моей воле приведения и призраки погрузились в толщу льда и принялись исследовать местность. Часть отправилась назад, в то время как остальные сопровождали нас незримыми спутниками. Словно тралы, прочесывающие морское дно в поисках глубинных мин.

И вскоре один из них наткнулся на крохотную ледяную пещеру, лишенную какого-либо входа или выхода. Будто пузырь воздуха, не успевший всплыть, и замерзший в толще реки с приходом зимы.

Только этот явно создали с помощью магии.

И таким же образом внутрь поместили молодую девушку.

Одетая в рубище, та лежала на дне полой сферы в кромешной тьме. Ее конечности заканчивались гладкими овалами культей, что не позволяло даже предпринять попытку выбраться на свободу. Хотя, судя по следам зубов на стене, она пыталась. Когда-то. Пока разум не покинул ее и не оставил медленно угасать, пялясь в пустоту невидящим взором.

Похоже, это случилось уже несколько лет назад.

Какая страшная участь.

Страшнее самой смерти…

Я мог бы достать бедолагу и продемонстрировать ее состояние своему войску, но не стал этого делать. Они и так насмотрелись бесчинств нелюдей в родном городе, а у многих там до сих пор оставались семьи, спасать которые они шли, следуя за ной. Ни к чему им это видеть. Мне нужна армия, а не толпа психов, потерявших контроль над собой из-за жажды возмездия. Одной Анны с пошатнувшимся рассудком вполне достаточно.

А потому я призвал из Теневого могильника Джимини и с высоты обрушил его на толщу льда, навсегда похоронив изуродованное ублюдками тело несчастной. Душа же ее устремилась ввысь, и я не чинил ей препятствий. Цепной пес эльфов обрел свою свободу.

Мое действие вызвало вопросы на лицах людей, но я не стал ничего объяснять. Кому надо — догадается сам. А остальные пусть остаются в счастливом неведении. По крайней мере им и их семьям такая участь не грозила.

Следуя указаниям Галеммагла, мы успешно пересекли Трещину, и знакомый зуд известил меня о близости выхода. Стремительным маршем войско вынырнуло наружу, а Фил лично нашел Сосредоточие и извлек токин, схлопнув марево.

Успели!

Ни один нелюдь не добрался до пространственного туннеля, пока мы через него шли. А значит теперь они сперва потратят время на его поиск, и лишь осознав, что простого маршрута больше нет, отправятся к альтернативному. Такие, если верить карте, имелись. С пересадками, так сказать.

Сложно спрогнозировать, сколько часов у них это все займет, но я надеялся уложиться с задуманным в срок. Ведь не факт, что подобная возможность предоставится еще хоть раз в обозримом будущем. Надо пользоваться случаем и ковать железо пока горячо.

Жаль только, что драконьи амулеты на таком расстоянии уже не работали, и я не мог насладиться растерянностью эльфийских командиров. Пришлось оставить это на откуп фантазии.

Вокруг, сколько хватало глаз, вновь протиралась череда песчаных барханов — вечных странников пустыни, медленно ползущих под натиском знойного ветра. Вдалеке, ближе к горизонту, возвышались силуэты гор. Если то был не мираж. И никакого намека на город или следы деятельности разумных.

Вполне логично с учетом того, что они все прятались под Куполом. До которого, судя по карте и заверениям эльфийского генерала, нам оставалось рукой подать.

Распознав токин, Фил сообщил, что тот содержит заклинание «Ледяной тюрьмы». Ни мне, ни Леушу, ни брату с сестрой подобные чары и даром не упали, а вот глава рода Север крайне заинтересовался. И даже предложил их выкупить.