Алхимик (СИ) - "Айлин"

За время борьбы предметы и бумажки, которые я находила, отправлялись на стол — потом разберусь, что там к чему. Оглядывая комнату с очищенным полом, до меня начинал доходить один маленький, но очень неприятный факт. Мне нужно что-то высокое, чтобы добраться до потолка и посбивать там паутину. И ещё стремянка — надо отмыть кровать. Нет, большую часть пыли я с неё смахнула самодельным веником и сухой тряпкой, но та часть пыли, которая осталась в удивительно тонкой и ажурной резьбе столбиков, верхней крыши (никогда не думала, что у кровати может быть крыша), а также боковых и задних стенках, никуда не делась! Допустим, я могу сделать вид, что до крыши кровати не дотянулась, но ведь дышать таким вредно. Придётся мыть.

Я скривилась и, пройдя все пять стадий принятия, вернулась к неизбежному — необходимости начерпать воды из колодца. Вёдер у меня, кстати, было два, так что если одно упущу, не так страшно будет. Был, правда, ещё один момент, о котором я пока старалась не думать — отсутствие горячей воды. Но ничего, я сильная, я справлюсь. Наверно.

Не такая я уж и криворукая, как о себе думала. Набрать воды мне удалось практически с первого раза. Правда, верёвку к «журавлю» пришлось привязывать дважды. Я благоразумно проверила, насколько сильно я затянула первый узел. Оказалось, не сильно. Но я исправилась. И только собственная гениальная предусмотрительность не позволила мне лишиться первого из вёдер!

Доставать воду оказалось не так сложно и тяжело, как я думала, система из рычага и противовеса сработала как надо, и первое ведро почти отправилось в мою будущую спальню. Да, кстати, вода в ведре была ледяной, прозрачной и очень-очень вкусно пахнущей чем-то сладким, хотя до этого мне казалось, что вода пахнуть не может. Очень хотелось ее попробовать, но пить я благоразумно не стала, сначала предложила ослу. Неблагодарная скотина выдула полное ведро и взглядом намекнула, что было бы неплохо повторить. Обойдётся!

Со вторым ведром я уже справилась поувереннее, почти почувствовав себя опытной дачницей, неимоверно гордой своими достижениями. Притащив ведро в спальню, прикинула высоту потолка у балдахина кровати и тяжело вздохнула: стремянка в доме отсутствовала, придётся тащить стул. Или стол. Но вспомнила монстра, буквально вмурованного в пол второй комнаты, то ли кабинета, то ли кухни, и содрогнулась. Я его не то что куда-то притащить — сдвинуть с места не смогу! А вот доступные для переноски резные табуреточки не внушали особого доверия в том, что мои несчастные сорок кг смогут устоять на них без особого урона самим табуреточкам. Вот только выбора другого у меня не было. Пришлось понадеяться на них. А заодно найти, точнее, отломать себе палку подлиннее: с табуретки я тоже плохо доставала до всей поверхности крыши у кровати. Нет, ну вот вы скажите мне, зачем у кровати крыша?

В попытке привести кровать в порядок я испытывала странные чувства: от отчаяния из-за того объёма, который предстояло вычистить, до некоторой неловкости оттого, что с палкой, на которую была кое-как намотана мокрая тряпка, я напоминала того самого контрабандиста из «Бриллиантовой руки», который шёл по воде с палкой с флагом-трусами. Как его звали, в упор не помню, но вот образ из старого, когда-то виденного фильма настолько впечатался в память, что явно подвинул что-то нужное для выживания. Вот, честно, не понимаю, почему у меня в памяти задерживается всякая ерунда! И, кстати, кем тот контрабандист был-то?

Я вздрогнула.

Мои размышления прервал звон чего-то тяжёлого, что я сбросила с почти вымытой, надеюсь, крыши кровати. Я спрыгнула с табуретки и, обойдя кровать, с интересом уставилась на весьма объёмный железный горшок, покрытый узорами, стоящий на львиных ногах. Надо же, как интересно. Что эта вещь делала на кровати, я старалась не думать: обычно всякая ерунда находится под кроватью.

А тяжёлый оказался горшок. Покрытый традиционными узорами, он привлекал внимание выемками с четырёх сторон. И ещё одна оказалась на дне. Зачем, почему — кто знает? Сие тайна, покрытая мраком. Вроде вещь красивая, её продать можно, и возможно, дорого; с другой стороны — такая корова нужна самому, наверно. Можно и оставить, пока не пойму, какой порядок цен на вот такие интересные штуковины. Думаю, в нём и еду приготовить можно. Не расплавится же. Не расплавится же, правда⁈

Оттащив находку на кухню, я вернулась к уборке. Дышать в доме становилось легче, а вот спина, плечи, ноги и руки уже ныли. Моё тело было не предназначено для таких нагрузок.

Я упала на вымытую кровать и застонала от боли, медленно расползающейся по телу. Что-то подсказывало: завтра я не встану. Вот только выбора у меня не было. Дом, несмотря на свои скромные размеры, в плане уборки казался мне бесконечно большим, и если убирать по комнате зараз, я, наверное, буду возиться вечность. Правда, сейчас мне требовался отдых — было необходимо вытереть пыль уже с себя и перекусить. На руки, которыми так гордилась оригинальная Лу Шиань, я старалась не смотреть, потому что руки руками, а жить в свинарнике я не собиралась! Кстати, надо осла накормить.

Я тоскливо поморщилась, понимая, что еду для осла я с собой не брала. Ладно, угощу его вкусной хурмой, которую, кстати, все оценили. А можно ли ослам хурму? Без понятия, но очень надеюсь на утверждения отдельных животновладельцев, которые заявляют, что животные умные, сами знают, чего им нельзя.

Подойдя к бывшему дровянику, я поняла, что зря переживала за осла: он облюбовал какой-то куст и с аппетитом его обгладывал. И да, подношение в виде хурмы ему очень даже зашло.

Замухрышку, которая смотрела на меня из очередного непонятно какого по счету ведра, хотелось пожалеть и подать милостыню. Потому что сейчас я ничем, кроме более целой одежды и отсутствия синяков, от братца Ма не отличалась. От холодной воды сводило руки, но это был единственный способ хоть немного стать похожей на человека. Когда вода в ведре стала серой, а я относительно чистой, очередной кустик получил свою дозу жидкости, а я же перебралась в комнату и приступила к ужину. В этом доме не было камина, и значит, надо подумать о том, как обогревать комнату в холода. А кстати, они будут, эти самые холода? При наличии в доме такой вещи, как печь-кровать, скорее всего, будут. То есть стоит вопрос заготовки дров и угля, если таковой имеется. Надо будет пораспрашивать у вдовы, чем здесь обогреваются, подумала я и тут же отогнала эту мысль куда подальше. Она и так считает меня странной, и если я еще сильнее покажу свою полную оторванность от жизни, то даже ее подозрения в том, что я оторванная от жизни богатая или благородная девица, не спасут меня от ненужных вопросов. Ну не может быть человек настолько далек от реалий и быта. Одно дело не уметь готовить, другое — не знать, чем обогреваться зимой. Я вздохнула, пострадала немного и поняла, что надо найти рынок. На нем должно быть всё и, возможно, еще немного больше. Как-нибудь да разберусь. А вот что делать с загоном для осла? Сейчас он может и под таким пожить, а потом надо думать о теплом и, естественно, со всех сторон крытом. Животина у меня одна, о ней надо заботиться. Подавив тяжелый вздох «обо мне бы кто позаботился», я принялась распаковываться.Одеяло у меня было, каменная подушка — кошмар любого современного человека — нашлась здесь, и опознала я ее потому, что в деревенском доме была примерно такая же, из камня. Но эта… Эта была произведением искусства из гладко отполированного камня, покрытого резьбой в виде растительного узора. Возможно, такая подушка имела свои плюсы и была, разумеется, просто ну архиполезной и, возможно, отгоняющей демонов и нечистых, но вот спать на ней я бы точно не смогла. Придется изобретать свое. Покопавшись в памяти, я вспомнила, что когда-то читала, что в древности матрасы и подушки начиняли соломой и высушенными ароматными травами. Даже из камыша делали матрасы для мягкости. Вот только сена ни душистого, ни обычного у меня не было. Пока матрасом послужит одеяло, если компактно в него завернуться, получится почти спальный мешок, но вопрос организации сна надо поставить на повестку как можно быстрее.