— Ты прав.
И всё равно хочу вспомнить, ведь столько лет отказывал себе в любых мыслях о других девушках, кроме Эмбер. А теперь в моей жизни появилась Эмма: красивая, соблазнительная, влюблённая в меня. Взаимно влюблённая. Пусть испытывал пока только влечение, но уже не желал допускать рисков в лице других мужчин. И в то же время Брайс был прав: я не имел права давать Эмме надежду, наоборот, правильнее было бы оттолкнуть, чтобы спасти её от большей боли. Только выход из рода будто что-то изменил во мне: я не хотел поступать правильно, я хотел оставить при себе девушку, которую выбрал, и которая выбрала меня.
Ужин и вечер с друзьями прошёл насыщенно. Они наперебой пересказывали мне последние события, мы обсуждали варианты, теории, просто общались. Я чувствовал невероятное освобождение, ведь груз чувства вины перед родными соскользнул с плеч. Они увидели меня настоящего, нового для них, больше не младшего принца, а Короля Алмаза из Академии Сфер. Самостоятельного, своенравного, мечтающего о небе и просторе земель нового мира. Того, кем я стал, чтобы выжить.
Перед сном ко мне пришла Эмбер, внесла больше ясности по поводу отношений Брайса и Эммы. Судя по всему, между ними никогда не было интима, банально связь не позволяла. И это настораживало, ведь теперь связь не мешала Брайсу. Впрочем, по словам Эмбер, рубиновый видел в Эмме сестру, что заботится о нём, потому он проявляет заботу о ней в ответ.
— Знаешь, если он и мечтает затащить её в постель, то вряд ли Эмма подозревает о его желаниях, — призналась она, мило мотая ногами. Как обычно, растянулась на моей кровати, а я предпочёл сесть на подоконнике. — Эмма любит тебя.
— Как ты относишься к нашему с тобой разрыву? — спросил я напряжённо.
— Радуюсь, конечно. Уж прости, но даже поцелуи с Брайсом вызывают меньше неприятия. По крайней мере, нет ощущения, что я целуюсь с братом, — смешно нахмурилась она, обнимая мою подушку.
— Ты целовалась с Брайсом? И спала?
— Стоит с ним чуть ослабить контроль, как он стремится меня зажать, — призналась она хмуро. — А близость, если и была, то под дурманом. Не уверена, что этот озабоченный меня не трогал.
Как же злила ситуация, и тот факт, что Брайс вышел из неё без последствий, когда Эмбер страдала. Радовала лишь фальшивость их отношений. Рубиновые правители оттягивали время, чтобы подготовиться к возможному удару.
— Интересно, у него остался тот дурман? Он может применить его на Эмме? — забеспокоился я.
— На мне же не применил, — буркнула она. — Ты за неё волнуешься?
— Судя по всему, я её любил.
— Ещё как, — рассмеялась она. — Я даже завидовала. Тоже бы хотела так влюбиться. Желательно, в тебя.
— Это было бы проще всего, — согласился я.
Мы с Эмбер слишком прикипели друг к другу, чтобы стать любовниками.
— И не говори, — рассмеялась она, но как-то горько.
Наши жизни никогда не были просты, а там, где мы могли их упростить, просто не смогли.
А ночью я вспомнил Эмму…
«Эй, не закрывай глаза! Смотри на меня! Слышишь⁈», — звал я её, пока она медленно истекала кровью на моих глазах.
«Слы-шу», — прошелестела она, смаргивая слёзы с уголков чёрных глаз.
Скай… не надо… Она не умрёт!… Красиво… И улыбка на бледных глазах, пока она наблюдает за моим полётом.
Пребывая в прострации, я покинул кровать, не стал даже надевать рубашку и поковылял к двери комнаты Эммы. Но мне открыл Брайс. Сонный и такой самодовольный, что я не сдержался, сразу потянулся к нему, чтобы схватить за грудки. Да только рука налетела на защиту комнаты. Я отступил в непонимании.
Если мы с Эммой в отношениях, почему Брайс у неё? И почему моя аура не внесена в защиту её комнаты?
— Скай? — Эмма проскользнула под рукой Брайса и метнулась ко мне. — Что с тобой? Тебе плохо? — задала вопросы с тревогой в чёрных глазах.
Она всё же нашла себе обсидиан.
— Я тебя вспомнил, — признался сипло. — Вспомнил день несчастного случая.
— Правда? — улыбнулась она, смаргивая слёзы с щёк, и попыталась взять меня за руку.
Я не позволил, отступил от неё, снова глядя на Брайса. Он не стал прятаться под защитой комнаты, вышел к нам. В алых глазах мне виделась улыбка.
— Скай? — позвала Эмма.
— Ничего не понимаю, — пробормотал я, отступая от неё.
Может, родители были правы, и нами руководила связь, а не настоящие чувства? Или Эмма не считает отношения с одним мужчиной ограничением на близость с другим? Либо снова имеют место интриги Брайса? Но Эмма не похожа на одурманенную, судя по пижаме, успела подготовиться ко сну, да и он предстал в удобной тунике и тонких штанах.
— Я всё объясню, — она вновь приблизилась.
Наверное, в прошлом, когда испытывал к ней чувства, в такой ситуации я бы бесился, ревновал, но сейчас знал о своём отношении к Эмме только из чужих рассказов. Только возникший во мне интерес к ней и влечение быстро таяли на фоне неприятия и разочарования.
— Не уверен, что мне это нужно, — мотнул я головой.
— Ты не понимаешь, Брайса мучают кошмары, и я… поддерживаю его, — заговорила она быстро и осеклась, нахмурившись.
— Очень мило с твоей стороны, — кивнул я.
— Понимаю, как это выглядит, но между мной и Брайсом ничего нет, — ответила она слабым голосом.
— Ага, только общая постель, — хмыкнул я, мельком заглянув в комнату.
Дополнительного спального места не наблюдалось.
— Правда ничего не было, — ухмыльнулся Брайс. — Не кипятись, Стеллар.
— Я спокоен, — отозвался недовольно. — Только разочарован. Эмма, наверное, у нас разное понимание об отношениях. Я негативно отношусь к изменам. А мужчина в твоей постели для меня — измена, — пояснил, мельком взглянув на девушку.
— Скай, пожалуйста, дай мне объяснить, — попросила она расстроенно.
— Конечно. Завтра, точнее, уже сегодня поговорим. Только сначала поспим, — махнув рукой, я направился к себе.
— Скай, — позвала она, двинувшись за мной. — Я хочу поговорить сейчас.
— Поздно, Эмма, ложитесь спать, — фыркнул, взглянув на ухмыльнувшегося Брайса. — Спокойной ночи.
Я прошёл в свою комнату, потянул было дверь, но Эмма скользнула следом за мной.
— Нет, мы поговорим сейчас, — упрямо потребовала она.
Глава 11
/Эмма Марс/
Я захлопнула за своей спиной дверь и прямо встретила раздражённый взгляд Ская. Руки подрагивали, кровь замирала в жилах от страха перед возможным концом.
— Эмма, я устал, — не скрывая недовольства, сообщил Скай, отводя от лица отросшие пряди белых волос.
И вправду выглядел измождённым. Под глазами пролегли тени, скулы заострились, кожа казалась бледнее, чем обычно. Но я всё равно любовалась им: блеском серебряных глаз, яркостью линии губ, рельефностью обнажённого торса. Мои чувства и восхищение им не ушли с разрывом связи. Скай же видел перед собой только незнакомку.
— Поговорим утром, — попросил он.
И его будто действительно больше волновали потерянные часы сна, чем ситуация.
«Я спокоен. Только разочарован», — сказал он тогда, и, судя по всему, его слова соответствовали истинному отношению.
Скай забыл меня и нас, у него не было причин для проявления понимания и расположения.
— Брайс убил ту девушку, Магну, и теперь она является ему во сне. Он слышит её даже днём. Ему тяжело, он не высыпается, теряет контроль над магией, — начала объяснять я, и густые брови Ская приподнялись вверх в лёгком замешательстве. — А рядом со мной он успокаивается, может спать. Я понимаю, насколько неправильно позволять ему оставаться у меня, но мне сложно ему отказывать из-за чувства вины. В тот день я почувствовала опасность для тебя, принеслась к месту боя и невольно привела туда Брайса. Из-за меня он убил Магну.
— То есть ты спишь с ним из чувства вины? — иронично усмехнулся он.
— Я не сплю с ним. В плане… Скай, ты стал моим первым и единственным мужчиной, — поделилась с ним тихо. — В тот день во дворце.
Серебряные глаза расширились на миг, но вновь стали непроницаемыми.
