Не злите ведьму, она может влюбиться! - Андрианова Лидия

Хотя и неудивительно, что достоверного могла поведать магистр Рифс враждебно настроенная к нам.

– Разве не все ведьмы злопамятны? – спросил кто-то из одногруппников. Кто именно, не заметила, отвлекшись на презрительное фырканье магистра Рифс.

Светлая дамочка, совершенно позабыла что она магистр и обязана соответствовать занимаемой должности.

– Все, – подтвердила известный факт. – Но потомственные злопамятнее всех. Даже после смерти за них будут мстить потомки. Это дело чести.

– Неужели потомственные ведьмы такие ужасные? – спросила девушка, сидящая на первой парте. Имени её я не знала, но вот то, что она, как и я, любила алхимию, отметила давно.

Она единственная с нашего факультета, кто порой оттачивает навыки вне занятий, не считая меня. А ведь алхимия наш профильный предмет! Такое безалаберное отношение светлых однокурсников меня искренне возмущало.

Какими специалистами они станут, если на выпускном курсе до сих пор не способны с первого раза создать многие эликсиры и зелья? Что уж говорить о более редких и сложных.

Ну да ладно, мне же лучше. Конкурентов меньше будет.

– Это с какой стороны посмотреть, – сочла нужным ответить я. – Если ваш враг – ведьма, к тому же потомственная, то вам можно только посочувствовать. Если же вам каким-то образом удалось подружиться с ведьмой – считайте, поймали удачу за хвост. Ведьмы стоят горой за тех, кого пускают в свой близкий круг.

Каждое сказанное мною слово было чистой правдой.

– Довольно громкое заявление, студентка Фэлл, – не сдержалась магистр. – Ведьмы преданны лишь себе подобным. Остальным преданность ведьм не суждено познать. Это же касается и заботы. Отказ поставлять лекарства, тому прямой пример. Король Ритц уже не раз просил совет ведьм о сотрудничестве, но они все время отказываются. Вы не желаете помогать другим. Всё что волнует ведьм – собственное благополучие и выгода.

– Вы знаете, о каких лекарствах идет речь? – хмуро спросила. Меня начинала раздражать некомпетентность магистра и её нападки.

Как можно о чем-то столь серьезном рассуждать, совершенно не зная всей картины?!

– Да какая разница. Главное то, что ведьмы не желают жить в мире.

– Лекарства, о которых вы говорите, очень трудны в приготовлении. Например, эликсир мгновенного исцеления. Чтобы приготовить его, нужны месяцы. А чтобы собрать ингредиенты, придется потратить не одну неделю и кучу средств. Ну и самое главное, действительно действенный эликсир исцеления может создать лишь потомственная ведьма, чьих магических сил будет достаточно для его напитки. Исходя из перечисленного и того, что потомственных ведьм осталось очень мало, как вы думаете, магистр, сколько должен стоить эликсир мгновенного исцеления? – не дождавшись ответа в течение трех секунд, я продолжила: – Делать подобные эликсиры на продажу в больших количествах ведьмы при всем желании не могут. Как и продавать их дешево или отдавать в дар. Не рассуждайте так бездумно, магистр, о том, в чем совершенно не разбираетесь. Ведьмы делают достаточно. Лекарские лавки по всему королевству полны зелий и мазей от ведьм. Как и косметические лавки, которые вы уверена не обходите стороной.

– Что и следовало доказать – ведьмы корыстные, жадные и эгоистичные, –эмоционально высказалась магистр Рифс. – Везде пытаетесь получить прибыль.

Сжав кулаки, попыталась погасить вспыхнувшую злость. Нужно было отдать должное, магистр Рифс умела выводить из себя. Столь некомпетентного и предвзятого преподавателя мне встречать до сих пор не доводилось. Еще ни разу мне так сильно не хотелось проклясть магистра.

Лучше бы ей остановиться, ведь моё терпение вот-вот лопнет.

Увы, магистр Рифс решила испытать по полной свою удачу.

– Даже темные маги предпочитают обходить вас стороной, так как знают, что вас волнует лишь собственное благополучие. Во времена войны с демонами сколько магов погибло из-за нежелания ведьм поделиться силой? Если бы ведьмы не были эгоистичными, мы бы намного раньше изгнали демонов и не потеряли столько жизней!

Ну всё!

Как она вообще смеет обвинять нас в том, что мы отказались делиться своей силой?!

– Вы знаете, каково это – делиться силой? – процедила я, еле сдерживая желание как следует встряхнуть магией глупую, потерявшую всякий здравый смысл светлую.

– Я светлый маг, только ведьмы способны поделиться силой, откуда мне знать, как это происходит?!

– Раз не знаете, молчите! – отрезала я.

– Как ты смеешь так разговаривать с магистром?! – взвилась она.

– А как вы смеете обвинять ведьм в отказе делиться магией?! – рявкнула я.

И вот после этого совершенно неуважаемая магистр с воплем указала мне на дверь.

– Покинь немедленно кабинет! Я не желаю больше видеть тебя на своих занятиях.

– В этом я с вами солидарна – видеть вас я тоже не желаю. Боюсь, не сдержусь и прокляну! – меня переполняла злость. Сдерживаться становилось все труднее и труднее.

– Как ты смеешь угрожать мне?! – перешла на противный визг магистр Рифс. Её холеное лицо исказила гримаса злости. – Думаешь, я не посмею проучить тебя?

И совсем растерявшая зачатки разума магистр отправила в меня какое-то светлое заклинание – опасное оно или нет, я разбираться не стала. Выпустила магию, и так рвущуюся наружу, уничтожая не только направленное на меня заклинание, но и защиту, наложенную на кабинет.

Защита, окутывающая кабинет, с громким треском разлетелась – совершенно не готовая к темному заклинанию разрушения – а по стене от потолка до пола побежали внушительные трещины.

– Что ты наделала?! – шокированно выпучившись на расползающиеся трещины, гневно выдохнула магистр Рифс.

– Сейчас я защищалась. Но если вы попробуете еще раз отправить в меня заклинание… – я намеренно сделала паузу, чтобы магистр Рифс прониклась следующими словами: – Так просто это вам с рук не сойдет.

– Я магистр светлой академии! Я вправе наказывать студентов.

– Меня вы не имеете права наказывать, – отрезала я.

– Я доложу на тебя ректору! И потребую, чтобы тебя немедленно отчислили! – решила поугрожать магистр. Её лицо набирало красноту, казалось, еще немного, и её удар хватит.

Впрочем, жалко её не было. Сама спровоцировала! Еще легко отделалась. Будь на моём месте другая потомственная ведьма магистр Рифс получила бы неснимаемое проклятье.

– По какой причине? – спокойно уточнила. Не то чтобы я была против отчисления, вернуться в темную академию мне только в радость, просто позлить магистра, явно предвзято относящуюся ко мне из-за происхождения, было делом чести.

– Стена, – палец магистра устремился к стене с трещинами, – ты повредила её!

– Разве это моя вина? Вы бросили в меня заклинание, я всего лишь защитилась. В том что защита оказалась слабой и не выдержала, вините того, кто её устанавливал.

Глупо обвинять студента в безалаберности руководства. В темной академии даже в лекционных кабинетах наложена сильная защита, так как студенты, порой переусердствовав в спорах могли вызвать взрыв или другие разрушения.

– Это я ставила защиту! – взвизгнула магистр Рифс.

– Тогда не удивительно, – надменно хмыкнула я.

– ТЫ!! – взвыла доведенная до крайности магистр. – Убирайся! Во-о-о-н!!!

– Да пожалуйста, – всё так же спокойно, чем еще больше злила магистра, ответила я. И, собрав сумку, не торопясь покинула кабинет.

Направилась я прямиком к ректору. Зачем тратить время, магистр Рифс все равно жаловаться побежит, лучше дождаться её там, заодно не позволить приукрасить произошедшее.

Такие как она мастера выдумывать и всё искажать.

– Что на этот раз? – спросил лорд Райд, стоило переступить его порог.

– Не сошлась во взглядах с магистром Рифс, – ответила. И, не дожидаясь приглашения – на правах частого гостя – прошла и уселась в кресло.

– Поподробнее можно? – откинувшись на спинку, попросил светлый ректор.

– Поподробнее расскажет магистр Рифс, – кисло улыбнулась я. Злость до сих пор бурлила в крови.