Ворона на взлете (СИ) - Вран Карина

— Приносим наши искренние извинения, — в один голос прочирикали две одинаково одетые китаяночки. — Мы сегодня закрыты.

— Причина? — обронила, как камень, мать моя.

— У нас с визитом особенный гость, — отчитались два кланяющихся болванчика.

Для нас вот зал не закрывали в предыдущих местах. Кажется, кто-то очень уж денежный и «близкий» бренду у них нынче «в гостях».

— Что ж… — безмятежно сказала Мэйхуа.

Такая мелочь не выведет из себя мою умницу. Чай, не последний бутик на Серебряной улице.

И тут одна из «болванчиков» внезапно проявила инициативу.

— Могу ли узнать ваше имя, госпожа? — спросила правая.

Левая зыркнула на коллегу устрашающим, не сулящим ничего доброго взглядом.

— Лин Мэйхуа, — ровно ответила матушка. — Не волнуйтесь, я не намерена создавать неудобства.

Обеих «болванчиков» чуток повело — они вытянули шеи и туловища, норовя заглянуть вглубь помещения. Типа, проверяют, не закончил ли там с выбором и примерками предыдущий «гость»?

Девицы, видя, что мама разворачивается, затарахтели вразнобой. Одна предлагала чай-кофе-воду, другая — каталог их новой коллекции…

— Ни к чему. Мы уходим.

Я не успела прикинуть, зубрят ли при трудоустройстве девушки наизусть список особых гостей, или это только мамина фамилия сработала.

По блестящим ступенькам за нами выбежала странно одетая (для июльской жарищи — втройне странно) дамочка. Черные лодочки, синий костюм (пижамка — так я его окрестила мысленно) и кирпичного цвета пальто.

А еще кудряшки высветленных (в рыжину) волос. Первая китаянка с завивкой на моей памяти.

— Мэйхуа? — вскрикнуло нечто в пижамке. — Я не ослышалась? Лин Мэйхуа?

Я обернулась на окрик, а мамочка только ускорила шаг.

— Ну и уходи! — в голосе прорезались капризно-визгливые нотки. — И знай, что я тебя победила. Слышишь? Я, Ван Шаоян, тебя обошла.

В конкурсе закудрявленных волос? Или там что-то конкретно психическое? По репликам она та еще истеричка… Обошла? Так и иди себе дальше. Хотя, конечно, я б не отказалась от подробностей.

— Как насчет мороженого в торговом центре? — когда мы удалились на достаточное расстояние, спокойно спросила мама.

Ни намека не произошедшее и визгливую кудряшку. Но блузочки пополнят гардероб явно не сегодня.

— Отлично, — просияла яркое солнышко в моем лице.

Другого-то сегодня за мутно-серым смогом особо не видать.

Мороженка — это всегда хорошо. Новенькое: со вкусом жемчужного чая с молоком. Сладкое сливочное с оттенком чая, с вмерзшими жевательными шариками тапиоки. Забавный вкус, веселые «вкрапления».

День узнаваний и нечаянных встреч всё никак не кончался. В холле торгового центра, где мы подзадержались по причине поедания вкусняшки, пухленькая женщина лет эдак сорока побежала в мою сторону. По блестящей и немного скользкой плитке.

— Мэй-Мэй! — оглушительно заверещала она.

К счастью, в этот час ТЦ не особенно заполонен покупателями. Многие, знаете ли, работают. Но несколько голов в проходах тут же возникло.

А я, признаться, малость растерялась. Это же первый раз, когда меня узнали не на съемочной площадке, а почти на улице. Без грима, в обычной одежке… Мало ли смазливых малышек в стране? Никто и не всматривался прежде. А тут — вот, она уже роется в сумке.

Что ищет? Ну не оружие же. И вряд ли телефон для сэлфи — эта зараза пока еще не разнеслась по миру.

Мама тут же шагнула вперед, закрывая меня собой.

— Автограф! — воодушевленно блеснула глазами и серебристой шариковой ручкой дамочка. — Я твоя поклонница, Мэй-Мэй. Ай-ё, какой счастливый день!

Я выглянула из-за маминой длинной юбки. Тетушка лучилась дружелюбием и восторгом. Нет, я знала, конечно, что немалое число моих фанатов — женщины старше тридцати. Вызываю я в них материнский инстинкт и неописуемый восторг. Но вот так, лицом к лицу столкнуться с подтверждением статистики от студии Азия-Фильм, не ожидала.

Эта ворона протянула лапку. Фанатка присела на корточки, не переставая улыбаться. Протянула мне блокнот и ручку. Я принялась с усердием выводить первый иероглиф своего имени, «мэй[1]». Подписываться удобней и быстрей было бы латиницей, но я же вроде как патриотично настроенная девочка. К тому же, символ, означающий «красота», мне и по смыслу, и визуально нравится. Он такой… слегка рогатенький.

Вокруг понемногу начала собираться толпа. Охрана торгового центра сориентировалась, сквозь пока еще неплотную кучку людей к нам с мамой «пролавировал» хмурый мужчина в форме.

— Госпожа, нам стоит принять меры?

— Не уверена.

Люди, что собрались вокруг нас, улыбались. Перешептывались, взволнованно вскрикивали, гудели, как большие черноглазые шмели. Спорю, там больше половины присутствующих даже не знает, кто я такая? Но раз все собираются, то и им надо.

Забавные. Чисто как дети.

— Вот, — осчастливила я автографом тетушку.

Хорошо, что свое имя писать правильно и красиво нас в садике учили со всем тщанием.

Вообще принято еще и кому дан автограф писать. Той-то от Мэй, но я не уверена, что на слух определю, как писать ее имя. А пока буду уточнять, тут полстолицы может собраться. Вон, тот парень кому-то уже звонит…

Моя первая встреча с фанатами! Нельзя, чтобы она закончилась разгоном толпы.

— Спасибо, спасибо, спасибо, — прижала к груди «сокровище» фанатка.

— Всем привет! — помахала я рукой, и сборище откликнулось гулом и выкриками. — Я Мэй-Мэй, и я рада всех вас приветствовать.

Ответные возгласы заставили охранников (их уже шестеро подтянулось, первый что-то наговорил в рацию) приблизиться к нам с мамой. Нас взяли в «коробочку», и еще двое сотрудников встали так, чтобы организовать нам отход.

— Здравствуйте, — выступила Мэйхуа. — Спасибо вам за поддержку Мэйли. Прошу понять: мы сегодня здесь по делу. Надеюсь на ваше содействие.

Я покивала с умным видом с «нижнего яруса».

И мы спокойно ушли. Даже дяденьки в форме не понадобились.

— Кажется, мы с твоим папой напрасно откладывали разговор про минивэн с личным водителем, — вздохнула мама, когда нас проводили к служебному выходу.

О том, чтобы продолжать покупки, речи уже не шло. Сесть бы в такси, пока еще что-то не произошло.

Я крепче сжала мамину руку.

— Всё будет хорошо, — сказала успокаивающе.

Но сама уже знала: прежние спокойные деньки безвозвратно ушли. И нужно привыкать к обратной стороне известности.

Той, что не самая светлая.

[1] 美(кит). [Měi ] — красивый.

Глава 6

Мамочкин порыв — срочно решать вопрос с транспортом, водителем и телохранителем — удалось купировать. Временно.

Если сложится с Зеленым лимоном и кино, я буду слишком занята для разъездов. Маршрут у меня будет один: отель — съемочный павильон. Еще для съемок на натуре куда-то дернуть могут, но это тоже, скорее всего, с предоставлением студийного автотранспорта. И водителя, как «бесплатного приложения» к машине.

Так я перенаправила энергию Мэйхуа на скорейшее и внимательнейшее изучение сценария.

Пожалуй, поторопилась. Надо было дать ей остыть.

В ситуации с фанаткой мать моя достойная женщина с удивительным самообладанием… опешила. Мэйхуа понимала умом, что улыбчивая тетушка в красном не желала мне зла. И прочие, кто там высыпался из разных магазинчиков на звонкий голос, тоже вполне дружественно были настроены.

При этом материнский инстинкт вопил: защитить детеныша! Вспомнить только, как молниеносно она закрыла меня своей неширокой спиной. Будто бы телепортировалась.

И то: «Не уверена» — в обращении к охраннику, оно явно терзало мать. И тогда, и сейчас, по осмыслению ситуации.