Товарищи женщины! - Денисов Константин Владимирович

Собака несколько раз сильно вздрогнула, потом неуверенно поднялась на ноги, встряхнулась и зло зарычала.

– Недурно! Очень недурно! – хищно улыбнулся я и направился в пролом.

Семь человек находились в одном месте и, судя по слабым сигналам, были пленниками. Ещё шесть были в разных частях здания, и мы их довольно быстро нашли и уничтожили. Благо мой «радар» работал исправно.

В одной из комнат были заперты дети разного возраста. Все семеро находящихся внутри здания пленников оказались не старше пятнадцати лет. На улице держали только взрослых.

Многие были в очень плохом состоянии, и я не стал их пока что трогать. Нужно было закончить с хозяевами базы. Сейчас в живых оставалась только крыса, но ведь могут быть группы, находящиеся на вылазках, а оставлять их дальше творить то, чем они здесь занимались, я не собирался. Эту заразу нужно было вырубить под корень!

На улице я увидел, что Валера держит девочку на руках, а она обхватила его за шею и, уткнув лицо в плечо, тихонечко всхлипывает.

– Мне казалось, что у неё руки сломаны, – задумчиво сказал я.

– Так и было, – сказал Валера.

– Что у тебя за дар? – нахмурился я.

– Я могу лечить, – сказал Валера.

– Ты совсем охренел, что ли? – возмущённо воскликнул я.

– А что? – растерялся Валера.

– Что? У тебя такой удивительный, мирный, человеколюбивый дар, а ты считаешь его проклятием и не используешь, вот что! Воистину, если Бог хочет наказать человека, он лишает его разума, – резко сказал я.

– Но это не правильно! Это вмешательство в Божий промысел! – растерянно сказал Валера.

– А что если Бог отвлёкся на какие-то более важные дела, надеясь, что у нас самих хватит сил разобраться с проблемами, а такие как ты, тут же опустили ручки и сидят, ждут, когда кто-то за них всё наладит и порешает! – сказал я.

– Ты неправильно представляешь себе Бога… – попытался возразить Валера.

– А ты правильно? – чуть ли не крикнул я, – насколько я знаю, Бог непостижим! А ты считаешь, что ты его постиг? Постиг и представляешь правильно? А что, если ты ошибаешься? Что, если ты не прав? Что, если все эти способности у нас не просто так?

– Я… – начал было Валера.

– Там, в здании, семь человек детей, – сказал я, – они в очень тяжёлом состоянии, возможно, что многие при смерти. Иди и помоги им!

– Но… – хотел что-то возразить Валера.

– Ей же ты помог! – взорвался я, – почему же им не хочешь?

– Я не не хочу! – крикнул Валера, – я потратил всю ману! Лечение, очень затратный процесс, мана расходуется очень быстро! А девочка была в тяжёлом состоянии, пришлось многое сделать, чтобы ей помочь. Я совершенно пустой! Даже её не до конца долечил, только основное поправил!

– Тю, тоже мне проблема! – едва не рассмеялся я, – об этом не думай. Расходуй столько, сколько нужно. Не экономь! – с этими словами я резко вкачал Валере маны до предела.

– Уоу! – ошарашенно воскликнул он, – как это так?

– Так это так! – сказал я, – лечи. Я буду тебе подливать по мере надобности.

Продолжая таращить на меня глаза, Валера запустил пятерню девочке в волосы и снова принялся что-то бормотать.

– В здании безопасно, – сказал я, – комната с пленниками, как войдёшь, иди прямо, там, в конце коридора слева.

Валера кивнул и, не прекращая своего занятия, направился к пролому в стене. Сделав несколько шагов, он наткнулся взглядом на сидящих возле пролома двух адских гончих, вздрогнул и остановился.

– Не бойся, они вас не тронут, я им сказал, что вы свои! – крикнул я Валере.

Он кивнул и двинулся дальше, но не очень уверенно. Это можно было понять, гончие внушали страх одним своим видом. Но возвращать их в прежнее состояние, я пока что не собирался. Тем более теперь, когда понял, что имею над ними полный контроль!

Поскольку я был сейчас подключён к священнику, то чувствовал, как стремительно утекает из него мана. Да, похоже, что лечение — это процесс, в самом деле, «дорогой». Так что, чтобы использовать этот дар, хорошо рядом иметь шамана. А ещё лучше меня!

У меня и так был уже трудновообразимый океан маны, а сейчас я его только что хорошо пополнил, забрав у бандитов всё подчистую. Не думаю, что мы потратим на лечение всех пленников хотя бы это. Наверняка я ещё и в плюсе останусь!

Прихватив по пути валяющийся на земле металлический стул, я поставил его возле крысы и не спеша уселся. Во время драки выплеск гормонов притупил головную боль и боль от других ран, но сейчас она стала постепенно возвращаться.

Моя ускорившаяся в последнее время регенерация должна помочь, я надеялся, что мучиться буду не очень долго, однако исцеление всё равно происходит не мгновенно. На это нужно время.

Когда я усаживался на стул рядом с крысой, то знал, что тот уже пришёл в себя и только притворяется, будто до сих пор без сознания. И его руки по-прежнему сжимали копьё из арматуры. Наверняка попытается меня им ткнуть! Хотя… если понимает, что уже проиграл, может выбрать и другую тактику. Постарается как-нибудь откупиться.

– Если дёрнешься, сожгу, – спокойно сказал я.

Крыса тут же открыл глаза и уставился на меня. Глазки были маленькие, чёрные и таили в себе угрозу. Доверять ему точно не следовало. К такому повернёшься спиной, и он тебе в неё обязательно что-нибудь воткнёт, даже если вы перед этим договорились о сделке.

– Интересно, почему снайпер не выстрелил? – не менее спокойно сказал своим сиплым голосом крыса, и ему, в самом деле, было это интересно.

– Потому что умер, – ответил я, – они оба там умерли!

Крыса дёрнулся, и я понял, что второй человек был на позиции не случайно, просто они о нём не упоминали. Это было логично, ведь один может отвлечься, отойти в туалет или поесть. Нужен кто-то на подмену, особенно, если работа такая важная. А в наше время от пленников, в самом деле, неизвестно чего можно ожидать. Не удивлюсь, если снайпера не раз спасали жизнь членам банды.

– И как же ты это сделал? – спросил крыса.

– Неважно, – сказал я, – тебя это не касается. Ты мне лучше скажи, сколько групп и какой численности сейчас на вылазках.

– А моя выгода какая? Отпустишь, если скажу? – сузил и без того маленькие глазки крыса.

– Нет, конечно! Вопрос только в муках, которые ты будешь испытывать перед смертью. Всё расскажешь и сможешь умереть быстро! – сказал я.

– Не годится! – оскалился крыса.

– Так выбора-то у тебя всё равно никакого нет! – сказал я.

– Я всё расскажу, вообще всё! Но, в обмен на свободу! – крыса лежал и сверлил меня глазами.

Я задумался. Отпускать его не хотелось. Если эта мразь останется жить, то пострадает ещё очень много людей. Скорее всего, невинных. Женщины, дети, в общем, те, кто не может за себя постоять. А эта живучая тварь протянет ещё долго. У таких выживание хорошо прокачано. На всё готов, лишь бы сохраниться. И что на других весах? Информация, которая вполне может оказаться бесполезной. А пытать и кромсать его на куски не хотелось. После истории с байкерами я зарёкся такое делать… правда, убивать тоже зарекался, но без этого, как оказалось, никуда. Некоторых просто необходимо вычеркнуть из списка живых!

Я наклонился и выдернул у крысы из рук его копьё. Ему пришлось разжать пальцы, хотя некоторая досада на лице отобразилась. Интересно, он всерьёз думал, что я не вижу оружие у него в руках?

– Ладно, подумай пять минут, скорее всего, последних в твоей жизни, – сказал я, вставая со стула.

В душе я очень надеялся, что он предпримет отчаянную попытку убежать и адская гончая, что сидит возле него на страже, просто разорвёт придурка. Но он, к сожалению, тоже понимал исход такой попытки и продолжал лежать. Надо было его сразу кончать, бесполезный пленник оказался. Ошибся я с выбором.

Встав, я направился к клеткам, где были заперты другие пленники. И почему эта мысль сразу не пришла мне в голову?

Полностью разрушать клетки смысла не имело, поэтому я сделал хрупкими только замки, после чего легко разбил их кулаком. Нужно будет найти мои вещи, а то клюшка для гольфа сейчас бы очень пригодилась, а её под рукой не оказалось.