Взлом проклятья, или Любовь без повода (СИ) - Ежевика Катерина

— Это как оргазм при занятии любовью, настолько приятны бывают эмоции. Не все и не всегда, но очень часто у существа, которое каким-то образом подходит вампиру. Ты мне подходишь. — он сделал небольшую паузу. — Буду откровенен. Я бы предложил тебе и более близкое общение, но я не вызываю в тебе ни вдоха сексуального желания. Лишь любопытство, легкую опаску и благодарность.

Я для себя сделала вывод, что вампиры — довольно откровенные существа. И если не хочешь услышать чего-то смущающего, то и не спрашивай.

Громкий стук из портальной арки, заставил меня вздрогнуть и вернуться из воспоминаний в комнату, а точнее, на собственный балкон, где остыл недоеденный ужин, настолько я погрузилась в себя.

— Алена, вы идете? Нас уже ждут, — прозвучало так холодно и в приказном тоне, что я невольно испугалась.

Кто ждет? Куда идти? Просто забыла, что для Стража это привычная манера разговаривать.

Глава 13

Из портальной арки мы вышли в незнакомом месте. Сначала я никого не заметила, всем моим вниманием завладел необычный зал. Из округлого купола над головой лился золотистый свет. Витраж был не цветным, как я видела всюду, а он был золотистым.

Дополнительным освещением были шары, висящие в воздухе близко к стенам. Похоже, развешены они с геометрической точностью на равном удалении друг от друга и тоже излучали золотой свет. Черные стены башни разбавлены бордовым бархатом кресел, располагающихся полукругом и словно в амфитеатре уходящие наверх, к звездному сиянию.

Вторая половина зала представлялась сценой. Вот теперь я заметила магистров. Около десятка они сидели ближе к дальней стене, на нижнем ряду кресел. Сбоку от меня и прямо перед магистрами стояли маги-близнецы со скованными руками. На полу, где в волнении переминались парни, ярко-красной краской было изображено что-то вроде пентаграммы.

Откуда я это знаю? Неужели в моем немагическом мире (а я четко знаю, что родом из технического мира) такие материи работали? Ответов не было, и их отмела на время.

Парни стояли по центру рисунка и, похоже, снова поссорились. Они демонстративно не смотрели друг на друга.

Меня, застывшую, легонько подтолкнул в спину Страж.

— Присядь в кресло.

Мне указали на ближайшее свободное, рядом с неизвестным мне магистром.

— Да начнется суд, — вдруг торжественно произнес Страж, вставший перед нами. После этих слов, разлетевшихся по залу, воздух заискрил, а за спиной Стража появилось кресло. Нет, это не кресло, а самый настоящий трон. Величественный и, конечно, черный, с золотыми деталями и высокой, резной спинкой.

Страж, откинув плащ, небрежно уселся, сложив ногу на ногу. Я чувствовала какое-то особенное напряжение в воздухе и отчего-то была уверена, что это сгустилась магия.

— Все мы знаем, что в этом зале можно говорить правду и только правду. Иного не позволит магия. Итак, адепты первого курса грубо нарушили правила академии.

— Мы не хотели нич…

Не выдержал напряженной атмосферы и перебил Стража рыжий Риш, но закашлялся.

Наверное, это и была реакция на ложь. Кашель был приступообразный, сильный. Несколько минут парень, согнувшись, пытался лишиться легких, а потом упал на колени и уперся одной рукой об каменный пол. Второй он держался за горло.

Даш придерживал брата за плечи и что-то тихо говорил, до нас долетало только эхо окончаний.

Кашель прекратился внезапно. Как только несколько капель крови упали на пол.

Я удивилась, когда увидела, дымок, в том месте, где алые капли коснулись пола.

Магистры и Страж молча и, видимо, привычно пережидали приступ.

В наступившей, звенящей тишине голос Стража хоть и прозвучал спокойно, но и парни, и я вздрогнули. Магия места как-то усиливала голоса. Они словно звенели, и легкое эхо создавало эффект торжественности и нереальности.

— Так что же вы на самом деле хотели сделать.

— Мы хотели переспать с Аленой, — быстро заговорил брюнет.

— Вы знаете правила, что вступать в интимную связь можно только при добровольном согласии. Кроме озвученного согласия, партнер должен желать этого. Более того, чтобы получить положительный ответ запрещено применять давление или стимулирующие средства: магического, физического, ментального, эмоционального характера. Алена была согласна вступить с вами в интимную связь?

— Нет, — сконфуженно и негромко ответили в унисон.

Парни не поднимали глаз от пола. Лица обоих пылали. Похоже, они не совсем испорчены и испытывают стыд. Только боюсь, если бы случилось то, что они планировали, то от собственных поступков им стыдно не было бы. Слишком уж уверенно они нападали и действовали слаженно, будто не впервые. А краснеют они от прилюдного разбирательства.

Я тоже ощущала жуткую неловкость от происходящего, хотя на меня никто даже не смотрел. Может, только магистры украдкой, да парни разок бросили взгляд и больше в мою сторону не смотрели. А потом Страж повернул голову в мою сторону и появилось ощущение, словно он в душу заглянул. Я почувствовала нервные мурашки на спине.

В какой-то момент его взгляд стал извиняющимся, но он сразу перевел внимание на близнецов. Дальше парни отвечали слаженно, отвернувшись друг от друга, но будто единый организм.

— Несмотря на отказ к более близкому знакомству, вы продолжали настаивать?

— Да.

— Алена просила вас прекратить? Она оказывала сопротивление?

— Да.

— Но вас это не остановило?

— Нет.

— Ранее вы насиловали женщин?

— Да.

— У кого-то из присутствующих есть вопросы к обвиняемым?

Один из незнакомых магистров подался вперед и спросил:

— Вы раскаиваетесь в содеянном?

Парни молчали, но их поторопили магией. Я видела, как они вздрогнули, и потухающие искорки у пятых точек близнецов.

— Нет, — прозвучало нервно.

Магистр, получивший ответ, вновь откинулся на спинку кресла и кивнул Стражу, что тот может продолжать.

— Преступление адептов Даша и Риша Игорских доказано. Всем участникам суда известны детали нападения с целью насилия, над присутствующей здесь адепткой женского пола. Мы не будем озвучивать все детали. Магия и честь велит беречь женскую психику, а потому хочу напомнить обвиняемым.

Сказав это, Страж сел ровнее и сложил руки на подлокотники, а корпусом подался вперед. Теперь его голос звучал жестко, холодно, безапелляционно:

— Суду академии неважно, что преступление не было совершено, а лишь намеревалось. В своих умах преступники прокрутили намерение. Зная, насколько сильный вред они желают нанести, будущие маги не отступили от задуманного, а потому наказание они получат по всей строгости совершенного преступления.

Страж сделал паузу, которая показалась мне вечностью.

— Приговор вынесен. Амарет Ош, являющийся энергетическим вампиром с пятым уровнем магического дара, стал свидетелем бесчестного поведения адептов, остановил их и просил разрешения лично привести наказание во исполнение.

Вампир, привычно закутанный в плащ, стремительно подошел к парням, встал к ним лицом, но не нарушил границы алых линий.

— Вы приговариваетесь к пятидесяти годам кормления четырех вампиров без эмоционального выгорания, — заговорил вампир негромко, но я невольно поежилась: к такому скрежету привыкнуть невозможно. — Немедленно после выхода из пентаграммы, приговариваетесь к выпиванию мной всех эмоций до легкой апатии. Магией будет наложен запрет на причинение вреда себе, друг другу и любому существу слабее вас двоих вместе взятых, если не требуется защита Алены Морозовой. А также вы приговариваетесь на весь срок обучения Алены Морозовой в любой академии всех миров быть ее тенями. Охранять и беречь. В случае опасности немедленно перенестись к ней из любого места во вселенной, чтобы сохранить жизнь и здоровье адептки, даже ценой собственных жизней. А также на вас налагается обязанность обучить Алену самообороне. Бережно, но качественно.

Он замолчал, близнецы побледнели, а у меня перед глазами за несколько секунд пронеслись события до ужина, наш разговор о вампиризме.