Хозяйка мужского гарема (СИ) - Багрова Лиза

Что еще мне нужно было для счастья в тот момент? Попить, если только. Испив водицы, я тут же завернулась в одеяло и провалилась в беспамятство.

Глава 16

Но как оказалось, всего на пару часов. Вот уже шаловливое солнце пробилось в окна и пощекотало меня за щеку.

Пробуждаясь, я несколько раз моргнула и по мере того, как исчезала сонная дымка, на первый план выходили эмоции, ощущения. Они постепенно усиливались. На фоне боли в мышцах в измученном длительным походом теле особенно остро я внезапно почувствовала теплые искры, расползающиеся внизу живота, колючие иголки где-то в районе паха.

— Аа-ах!

Это был мой стон наслаждения?

Удивилась я странностям происходившим со мной.

Сон это или же не сон?

Нет, не он.

Насколько помнила я, завернувшись в одеяло, заснула на полу в избушке. А теперь, что за тягучая лава потекла между ног? Неужели желание ярко полыхнуло в моей крови? Но из-за чего? Опять негодник Монтеро?

Еле разлепив тяжелые веки, я приподнялась на локтях, а взгляд опустила вниз. Тогда все встало на свои места и улеглось в моем понимании.

Возле моих широко расставленных в стороны ног, лежа на животе, располагался наш новый спутник. Пока я пребывала в объятиях сна, мужчина без стеснения успел снять с меня штаны. А под ними я — без панталон, не было у меня подобной роскоши в столь диких условиях.

А в этот самый момент он, пойманный за непотребством, даже не смутился, напротив самодовольно взглянул на меня своими пронзительными ярко-зелеными глазами и порочно ухмыльнулся, а затем посмотрел уже на мой обнаженный лобок.

— Эмиль, что ты делаешь? — немного шокированная происходящим молвила я.

Ничуть не растерявшись, он протянул руку и достаточно твердо пальцами обхватил мой узелок желания и сделал несколько плавных прокручивающих движений. Влево-вправо. Пару раз.

— Ох, вау! — я невольно откинулась обратно на лопатки и прикрыла веки от наслаждения.

Было волшебно!

— Я хочу доставить удовольствие хозяйке и отблагодарить ее за спасение, — объяснил пылкий мужчина, продолжая вращающими движениями ласкать невероятно чувствительный клитор. А затем с жадным вздохом он поцеловал мою уже порядком влажную промежность. Юрким языком очень активно начал теребить нежные интимные складки, несколько раз вошел им в лоно, высунул. Туда-сюда поводил им. Добавил пару пальцев. Вторгся уже ими в лоно. Вперед-назад. В наполненное невыносимым жаром отверстие и обратно.

М-м-м. Волшебно! Волшебно!

Во мне уже бушевал пожар. Я хрипло застонала и пошире раздвинула ножки.

Умелый хитрец!

Намеревался подлизаться ко мне в прямом и переносном смысле.

На несколько секунд мужчина оторвался от важного дела и страстно признался:

— Госпожа, на ферме я повидал множество «персиков», ваш персик самый красивый и нежный. Какие изящные разрезы и чудесное маленькое отверстие. Я в восторге!

— Что ж, спасибо. Не каждый день хвалят мой «персик». Ох, ва-а-а-ау!

От такого напора я немного растерялась. Еще и после сна была. Не совсем в разуме. К тому же, Эмиль восхитительно ублажал. Он оказался весьма опытным и старательным любовником, как и утверждали ревнивые рабы. Поэтому я сейчас совсем не сопротивлялась, была, как охмелевшая.

Правда, позднее я кое-что отметила для себя и это сильно повлияло на мое дальнейшее восприятие. Чувства поутихли, застыли, когда я задумалась об Эмиле и его действиях. Было что-то механическое, искусственное в его движениях. Раб действовал умело, опытно, знал куда надавить и с какой силой, где полизать, чтобы было приятнее. Однако я отчетливо поняла в этот момент, что для него это было чем-то вроде задачи.

И это было так неправильно. Между людьми должны быть чувства: страсть; тяга; симпатия. Хоть что-то! Какая-то искорка! Влечение.

Иначе зачем это все?

Поэтому я сказала следующее:

— Покажи мне свой член! Хочу увидеть его.

— Э-ээ… — в ответ неловко протянул мужчина. Мое предложение его явно обескуражило, он замер с открытым ртом и высунутым языком возле моего лона. Но затем все-таки взял себя в руки, хитро улыбнулся мне, подмигнул и попытался уйти от темы. — Может быть, позже, госпожа? Я очень умел. Одними пальцами и языком я подарю вам внеземное наслаждение.

— Эмиль! — гораздо тверже потребовала я, ничуть не поддавшись на пустые уловки. — Вставай и показывай член.

Явно нехотя мужчина поднялся в полный рост, расслабил шнуровку и приспустил штаны. Как я и думала, его член не отреагировал на меня. Может быть, немного. Очень вяло поднялся. Несмотря на свое огромное самомнение, Эмиль все равно воспринимал секс как насильную, навязанную обязанность, работу. Он не получал удовольствия от всего этого. Как я и почувствовала.

— Хозяйка хочет и на член запрыгнуть? — с улыбкой подытожил он. — Давайте я сначала подарю вам блаженство своим языком, а потом…

Хитрец снова опустился на колени, чтобы продолжить ласку и довести меня до заветного оргазма. Прекрасно понимал, что после этого мне вряд ли тут же снова потребуется секс и сесть на его член.

— Все, прекрати, Эмиль! — я нащупала рядом лежавшие штаны и решительно надела их. — Я — не твои прежние хозяйки. Мне не нужно это. Не надо мне такого делать!

Сказав это, твердо глядя в глаза мужчине, я поднялась с импровизированного ложа в виде одеял. Сперва хотелось попить, потом освежиться и заодно узнать: который сейчас час и где были остальные мужчины. И в конце концов было бы неплохо понять: не пора ли нам снова отправляться в путь.

Однако у Эмиля были свои мысли и эмоции на этот счет.

— Это как?! Почему вам не нужно?! Но я хочу доставить вам удовольствие! Я, правда, хочу! — я замерла, когда Эмиль настолько эмоционально отреагировал на мои слова, он даже схватил меня за локти и приблизил свое лицо к моему. Угрожающе навис сверху. — Я, правда, хочу вас полизать!

— Милый Эмиль, — с легкой улыбкой пояснила ему. — Убери из своей головы прежние правила, привычки. Ты ничего не обязан делать женщине через силу. Секс и удовольствие — должны быть обоюдными, иначе это все фальшивка. Эмоции между двумя людьми — вот основа бесподобного секса. А ты ко мне равнодушен. Я не хочу спать с человеком, который воспринимает меня только, как очередной «персик», который надо просто полизать, чтобы тебе потом даровали благодать.

Впервые на моей памяти он так остро отреагировал, до этого стабильно держал маску ловеласа и весельчака. А сейчас так и замер, пораженный словами, словно дар речи потерял.

Более того руками еще сильнее сдавил мои локти.

— Но я хочу это сделать! Хочу! Как вы мне можете отказывать?! Я вам разве не нравлюсь? Все женщины на нашей ферме становились в очередь, чтобы я им полизал!!!

Чем больше я старалась успокоить мужчину, тем стремительнее возрастало его возмущение. Он, действительно, не мог поверить в то, что я отказала ему, не позволила даровать мне наслаждение. Это ломало его привычные установки, его ощущение собственной важности.

На самом деле я не хотела ломать его, но и спать с бесчувственным мужчиной — тоже не желала.

— Эмиль, прошу успокойся, ты очень хорош собой. С этим никто не спорит. Но тебе не надо этого делать со мной. Такое делают только те пары, которые неравнодушны друг к другу, понимаешь? Ты больше не должен всем лизать, если сам того не хочешь!

В сей миг распахнулась дверь, и в избушку зашел Тьерри, застав нас в такой недвусмысленной ситуации.

Увидев нас столь опасно близко друг к другу, еще и руки Эмиля, замершие на моих локтях, он сделал соответствующие выводы.

Ох, незваный гость был искренне поражен, на секунду замешкался, а потом гневно ворвался внутрь с сильным порывом ветра в избушку.

— Эй, ты что делаешь?! Отойди от госпожи!

При посторонних Эмиль, наконец, взял себя в руки и изобразил привычное радушное настроение и ухмылку.

— Ой, не ной! Ничего я не сделал. Разнылся тут. Воды принес? Умираю от жажды! Когда уже этот ваш Монтеро вернется? Хочу побыстрее отправиться в путь! Нам нужно спешить, пока паром не закрыли. А то окажемся в ловушке и навсегда застрянем на этих фермах.