Разве здесь есть выбор? Хотя… да, наверняка есть. Пытки, бесконечность и сумасшествие, либо просто слить всё что знает о нанимателе. И наниматель лишь убьёт, если вообще об этом узнает. А смерть… лучше, чем то, что может ждать Розу.
По крайней мере она так думает.
— Х-хорошо… — и она пожимает руку.
Зайка фыркает и быстро уходит из комнаты, хлопая дверью! Роза аж дёрнулась, вопросительно глядя на Виктора. Но его улыбка обещала сохранность.
А вот улыбка на Заячьем едва не прорвалась прямо там в камере!
Уаха-ха-ха, как же Луна сдерживала смех! Играть перед жертвой так забавно и весело! Их всех так легко разводить, если ты РЕАЛЬНО маньяк! Представление прошло просто как по маслу! И когда отец выйдет из камеры он будет долго нахваливать Луну!
Потому что обе его дочурки — папина гордость! Две хитрые, бескомпромиссные любительницы маскарада, что в своём возрасте уже переиграли даже отца! Пусть они и гадины, пусть Князев с ними вот-вот поседеет…
Эх, ну ведь в папку! Две мелкие любимые тварюшки!
Ну а сейчас бы пора выяснить, кто такой крутой, что смог подослать шпиона в сердце германского Имперского дворца.
Похоже, могущественных врагов у Империума Человечества куда больше, чем казалось изначально.
* * *
Я стоял у себя дома. В смысле, в Городе N, в том самом особняке, который сначала криво построили, затем разнесли, а когда перестроили нормально — с него нафиг съехали. Настоящий дом-неудачник!
Делать мне конкретно здесь, в принципе, нечего, но у меня тут цель напротив, так что я просто сидел и ностальгировал.
Эх, были же времена. А помните… помните однушку⁈ Когда я был мелкий карапуз, когда мои родители только сбежали от проблем прошлого. Там меня ещё чуть не задушили подушкой, а я хотел всех убить! Эх… было же время…
Хорошо, что оно, нафиг, прошло.
Ну будем честны, проблемный я всё такой же, зато во дворце с прислугой, да силушкой в руках — жить ну явно куда комфортнее!
«Ну, если так оглядеться на прошлое, то всё стало только лучше», — пришёл я к почему-то неожиданному мнению, удивлённо кивая внутри особняка, — «Значит надо просто продолжать!»
Реально же. Раньше было хуже. Как минимум, раньше Катя воняла всегда, а сейчас — через день! Это уже учит тебя ценить жизнь. Memento Katya — «Помни о Кате». Фраза такая есть, очень философская.
Ещё раз вздохнув, я снова удовлетворённо закивал неожиданному выводу, и вышел из особняка на улицу. Стоял жаркий летний день, кузнечики стрекотали, солнце пекло, а я щурился, потому что забыл кепку.
«Рой, адаптируйся к солнцу»
«На данный момент ослепление не грозит здоровью. Данных недостаточно»
«Ме…»
Я был в шортах, футболке и шлёпках. Лето же! А то надоело вечно китель да рубашки в Германии носить. Аристократичная мода — полный отстой!
Но чуть попривыкнув к знойному дню, я закрыл за собой дверь и спокойно отправился в долгое путешествие…
Через дорогу. Потому что Memento Katya.
Дом Синициных казался пустующим, но я прекрасно знал, что там сейчас все. И когда позвонил в звонок, то сказал консьержу кто я и за кем, и дверца на воротах открылась. Мог бы, конечно, перепрыгнуть и в невидимости зайти, но мне ещё с этой семейкой лично встречаться, и если это спалят и запомнят…
Короче, подойдя к самому дому, я стучусь в дверь. Жду. Катя прекрасно знала о планах, как и о моём визите. И когда я аномальным слухом услышал мелкие и быстрые шажки по лестнице, понял, что бежит именно она.
И когда открылась дверь…
— УА-А-А! Чудовище! — взвизгнул я.
— Ты дурак?.., — говорит чудовище знакомым голосом.
— К-Катя, это ты?..
За дверью резко возникла девочка с чёрным лицом! Но присмотревшись понял, что не чёрное — коричневое. А ещё приглядевшись — Катя!
Катя, а чё с лицом? Почему оно в…
— Что с тобой⁈ Ты больна⁈ — не понимал я, — Катя, это блекфейс, так нельзя…
— Не у всех лицо без изъянов как у тебя! Это грязевая маска, болван!
— Это лечится?
— Аргх! — сжала она кулачки.
Златовласая девочка с зелёными глазами стояла в проходе. Лицо — сплошь умазанное чем-то коричневым! Я внатуре её сначала не признал, думал тут бомжи теперь живут! Но приглядевшись — да это же моя Катя. Я же её не видел минимум пару недель — как в день месива с анафемой слёг, так только сейчас ко всем и вернулся.
И это правда Катя. Стоит в проходе. Одета в обычную домашнюю футболку, домашние шорты, волосы распущены, ноги в пушистых тапочках.
Блин. А я её вообще не в школьной или спортивной форме видел? Да нет! Это впервые, когда я её вижу в домашнем, человеческом виде! Не считая подгузников в первую встречу, и платья на чаепитии, где я в культ каннибалов попал. Для меня Катя — это исключительно девочка с косой и в школьной форме. Всё.
А она, оказывается, ещё красивее и живее! Как человек! Уо-о-о! Совсем другой, непривычный, и красивый вид. Вид её…
Так, стоп.
«Это что такое?..», — и тут я кое-что увидел.
Не буду скрывать, я её осматривал. Ну красивая если девочка! Впечатлён, что она и в домашнем классно выглядит! Даже лучше, чем обычно! И оглядывая, я заметил… увидел… понял… осознал…
— И-и куда ты смотришь⁈ — распахнула она глаза, складывая руки на груди.
— Я… э-э-э… а-а-а… м-м-м… футболка классная. Принт красивый, — кивнул я, смотря на совершенно просто белую футболку, — Короче! Я раньше зашёл. Может погуляем? У меня сюрприз.
— Сюрприз⁈ — тут же навострила уши девочка, — На свидание зовёшь, балбес?
И тут я задумываюсь. А действительно, как это обозначить? Что сказать?
Мы ведь взрослеем. Реально ментально уже более закалённые, всё ближе к зрелости.
И я тут подумал… блин, да ну может хватит ходить вокруг да около?
— Да. Пошли на свидание? Хочу с тобой погулять.
Катя уже напрочь забыла, с какими глазами и куда я смотрел, и высоко вскинула брови.
Да, это правда — мы должны были встретиться чуть позже, и потом зайти за остальными и поехать в Академию. Но я решил сделать ход конём и наладить интернациональные отношения — между людьми и Катями. Наши народы не должны воевать!
И такая прямота от «болвана» девочку ввела в ступор. По её аккуратным светлым бровкам это видно — они на потолке.
— Ну-у-у-у… если ты настаааиваешь… — протянула, — Т-тогда сейчас! Подожди! Можешь зайти!
И она, едва не поскользнувшись, развернулась и понеслась по лестнице на второй этаж, очень тихо проговаривая: «Бл*ха, она же не смывается раньше времени!..».
Хмуро проводив девочку взглядом, я повернулся и увидел улыбчивого дворецкого.
— Проходите. Чаю? — предложил старичок.
— Благодарю, — дедовы уроки этикеты постепенно отпечатываются, — Отбеливатель есть?
— Есть…
— Налейте.
И я наконец присаживаюсь на диван. Оглядываюсь. Сердечко немного волнуется.
Впервые у Кати дома! Да и вообще, прям в гостях у девочки — тоже. Только в комнате в общаге был, и то, опять же, Катиной. Но чтоб прям в её родное гнёздышко попасть…
Интересно это всё! Волнительно. А ведь возможно скоро не только в зал попаду… но и комнату увижу. Мне даже ничего там делать не нужно! Просто увидеть девчачью личную комнату — и у меня уже впечатлений на год будет! Это же так… сокровенно… такое личное, что ли…
«Эээх, обожаю молодость, так прикольно, хехехех!», — закрутился я на месте, — «Но живут всё-таки богато, богато. Неудивительно, чего она такая наглая была… и есть», — верчу головой.
Пахло арома-диффузорами. Цветочным чем-то. А интерьер будто без изъянов — идеальная грань между роскошью и комфортом, классикой и хайтеком. Ну, мама Кати же архитектор, не удивитель…
— Гулять, значит, зовёшь… — и тут я услышал её голос.
Честно, я слышал шаги, но до последнего не поворачивался и надеялся, что это отбеливатель несут.
Но увы… помянешь черта…
Я вздыхаю, отряхиваю колени, поворачиваюсь и с улыбкой глубоко киваю высокой грудастой женщине.
