– Кто ты, и откуда? Я знакомлюсь с людьми, что согласились пойти со мной. – Хвала Всевышнему. Он позвал на по другому поводу. А я опять все испортила. Ну вот зачем напомнила то ему про происшествие? Но сказанного не воротишь, и я честно призналась, что потеряла память два дня назад. И помню только то, что рассказал мне Томас.
Ликов Домиан нахмурился ещё сильнее, ему явно не нравился мой ответ.
– Это ты еду на всех готовишь?
– Мы! Нас с десяток бывших пленников.
– А что еще ты умеешь делать? Руки то у тебя как у ликовы, да и сама ты явно не из нашей империи. – Он в шпионаже меня подозревает? Ох ты ж! Из огня да в полымя.
– Ликов Домиан. Откуда же мне знать? Томас тоже обращал внимание, что не похожа я на местных. – В подтверждение слов я развела руками. Ничего не знаю.
– И говоришь не как кова. – Он потер ладонями лицо, – оставайся, время покажет.
Глава 14
После чего перевёл взгляд на Карлу. Та, переминаясь с ноги на ногу призналась, что она ликова, только ничего не знает про родных. Поэтому держится нас.
Кажется терпению ликова Домиана пришёл конец. Он недружелюбно оглядел нас троих и повернулся к отцу Серхио.
– Мне рабочие руки в хозяйстве нужны, а не избалованные ликовы.
– Эти девушки смогли организовать приготовление еды на всех. Между тем, они и сами готовили. К тому же с ними останется бывший раб - Матео. – Храмовник показал на фигурку парня со сгорбленными плечами. Нас он выгораживал, и в подтверждение его слов мы развернули ладони к ликову Домиану. Мои красные, опухшие и в порезах. У Софи и Карлы местами следы от ожогов и пузыри мозолей от ножа.
Вид наших рук произвёл должное впечатление, и ликов Домиан, кажется, смягчился. Даже складочка между бровями чуть разгладилась. Он махнул рукой и подтвердил, что берёт нас к себе. Да он, пожалуй, тиран. Вот угораздило меня вляпаться!
– Три ликовы и бывший раб. – Ликов Домиан тряхнул головой. Что это значит? Недоволен? Сейчас обрушится с руганью на нас? – Оставайтесь. – Уф, выдохнула напряжение. Мои спутницы изобразили книксен, я просто присела, подражая им. После чего поторопилась убраться подальше с глаз ликова Домиана. Итак, наговорила кучу ненужного. Но не тут-то было.
– Анна! Нам нужно поговорить. – Отец Серхио придержал меня за локоть. Ага, я бы тоже хотела кое-что обсудить. Например, как долго Софи останется со мной? Мы дошли до кухни, оставили спутниц с Матео, а сами спустились к воде.
– Кто ты? – Вопрос храмовника застал меня врасплох. Я испуганно отшатнулась, потом прочистила горло и… а что сказать то? Правду и на костер? Соврать? Но по-видимому храмовник уже начал о чем-то догадываться. Мысли летели словно взбесившиеся кони. И тут… а ведь он поручил мне опекать Софи. Доверяет, но хочет узнать больше? И Томас про него хорошо отзывался.
– Анна, я обещаю сохранить твою тайну. Поверь, храмовники это умеют. – Отец Серхио меня не торопил, просто смотрел с усмешкой и ждал. И я решила обменяться тайнами.
– Софи Ваша дочь? – Надо отдать должное его хладнокровию. Ни один мускул не дрогнул на лице. Только усмешка померкла, а взглядом храмовник впился в меня и давил, давил. – Клянусь, я никогда и никому не открою Вашей тайны.
– Сейчас я один знаю правду. Откуда ты узнала? Софи? Но она не знает ничего! – Храмовник сделал шаг ко мне и схватил за плечи. Экак его зацепило.
– Отец Серхио! Мне никто не говорил, я сама догадалась о вашем родстве, а спросила наобум, но по Вашей реакции все поняла. Повторяю, я никогда никому ничего не открою. Храмовник ослабил хватку. Сделал шаг назад и запрокинув голову рассмеялся. Истерика? Или над своим промахом? Потом по-доброму посмотрел и сказал:
– Твоя очередь! – Как же страшно то! Но что-то мне подсказывало, надо говорить правду. Если попытаться соврать, да и вряд ли у меня получится, храмовник начнет сам искать ответы.
Я потопталась с ноги на ногу. Посмотрела на храмовника, набрала в грудь побольше воздуха и рассказала о своей иномирности.
– Только и всего? – Отец Серхио вновь рассмеялся. А вот у меня подкосились колени. О чем это он?
– Нам известны люди, подобные тебе, правда не все выжили после знакомства с нами. – Он почесал густую бороду, – но мое слово нерушимо. Кроме того, с этого момента я беру тебя под свое покровительство.
А? Что это значит? Я стояла и хлопала глазами. И дождалась. Отец Серхио поделился своими планами. Он проводит нас с Софи до поместья ликова Домиана, а потом уедет в столицу. Навсегда. Ему, еще до нападения орденцов, предложили войти в состав двадцати кардинов, это высший орган управления храмовников в Дрослиле.
Он предупредил, что рано или поздно, я своим поведением привлеку внимание храмовников. В этом случае мне нужно сказать, что я нахожусь под покровительством кардина Серхио, и отправлять всех к нему. Дальше, его забота. Но никто не посмеет причинить мне зло. Он обещает.
– В обмен, ты будешь заботиться о Софи, до ее совершеннолетия, вернее до того момента, как я найду ей подходящего мужа.
– Я согласна! – Такая удача выпадает раз в жизни, тут и раздумывать не о чем. А Софи? Чтобы со мной не случилось, я ее итак бы не оставила. Стоит только вспомнить, какая она была, когда я подошла к ней впервые. Забившийся в нору щенок.
– Спасибо отец Серхио! – Спустя минуту тишины подняла на него глаза.
– Спасибо Анна! – Кажется мы поставили свои подписи под договором. – Я вас не брошу, буду присылать письма и деньги. Ликов Домиан очень порядочный человек. И будет вам помогать. С ним вы в полной безопасности.
Угу. Только вот не сложилось у меня с ним знакомство. Но впредь я постараюсь доказать, что в целом со мной можно иметь дело. На мои расспросы о возрасте Софи и ее неразговорчивости, отец Серхио глядя мне в глаза рассказал, что подростку четырнадцать. А замолчала она после того, как на ее глазах убили родителей. Бедный ребёнок! Врагу не пожелаешь такое пережить.
– А Матео? Он с нами останется? – Вовремя вспомнила еще об одном подопечном.
– В Дрослиле рабства нет. Он может пойти куда захочет, но сказал, что останется при тебе. Будет защищать и помогать. – Я кивнула в ответ. Пусть остаётся, помощь нам пригодится.
Мы ещё немного постояли, глядя на воду. Солнце клонилось к закату, жара потихоньку начала спадать. В небе весело порхали птицы. По воде там и тут расходились круги. Жизнь продолжалась! При чем этот день принес мне свободу и покровительство храмовников, а это считай вторая жизнь.
Вскоре отца Серхио окликнули, и мы пошли по своим делам. Он, проходя мимо кухни кивнул Матео, и парень на ходу изобразив мне поклон, кинулся к нему.
А я пошла на кухню, проверять готовность к ужину и придумывать завтрак. Томас сказал, что выдвигаемся утром, значит надо наскоро перекусить, но при этом сытно.
