И я уже с благодарностью смотрю на императора, который осторожно принял из рук жреца те самые три кристалла, что висели в воздухе над алтарем.
— Подойдите, — торжественно произносит он, и мы делаем шаг вперед.
Император вручает один кристалл мне, второй Стейну, третий остается у него. Жрец отходит от алтаря, оставляя нас втроем.
Это магия рода. Особенный обряд.
Я знаю, что дальше будет. Брат Стейна произнесет короткие слова принятия на древнем драконьем языке, а потом мы просто соединим эти кристаллы, чтобы они закрепили окончательно нашу связь и приняли меня в императорский род драконов.
Тут не было различий в расах. Если бы я была драконицей, то проходила бы точно такой же обряд.
Кристалл теплый и очень приятный на ощупь. Он словно живой, греет мои холодные от волнения пальцы и мягко покалывает самые кончики. Драконий язык очень торжественно и символично звучит под самыми сводами храма вечности.
Безумно красиво, жаль, что ничего не понятно. Заслушавшись, я чуть не пропускаю момент, когда нужно соединить кристаллы. И в это время оба моих запястья снова начинают сильно гореть.
Я ведь почти забыла про эту странность. Брачная метка проявилась, и я успокоилась.
Но сейчас у меня невыносимо жжет кожу на обеих руках. Я смотрю на второе запястье. Там, где до этого была чистая кожа, появляется свечение, прямо изнутри…
Яркая вспышка ослепляет на мгновенье. Ахаю, и отпускаю кристалл. Больше от неожиданности, потому что короткий укол боли быстро проходит, и теперь от обеих моих запястий расходятся приятные волны тепла.
Я же неверяще смотрю на брачный узор Стейна на том запястье, где уже привыкла его видеть… и на вторую свою руку.
Каждый раз, когда раньше запястье теплело, но оставалось девственно чистым, мне казалось, что появится вторая метка. И вот, я смотрю на неё…
Новый красивейший узор. Это так выглядит брачная метка? Не на одном, а на двух запястьях?..
Похоже, что я не всё поняла, когда мне рассказывали про метку истинности и то, как именно она превратится в брачную. Может, это замена? Вместо метки истинности — брачная метка, только теперь не на одной, а на двух руках?
Тогда почему она другая, непохожая на прежнюю, что появилась в момент нашей встречи с князем?
Я ни у кого подобного не видела. Но ведь я и не была знакома ни с кем из императорской семьи, кроме Стейна и самого императора. Может в их роду — это норма? Меня же приняли в императорскую семью.
Красивый узор… очень. Поднимаю растерянный взгляд на своего мужа.
Стейн неожиданно серьезен. А вот его брат, император, улыбается. Самыми уголками губ, но глаза его горят яркой торжествующей сапфировой синевой. Он неотрывно смотрит на моё запястье.
— Ролана, — низким глубоким голосом произносит император, — знаешь, чья это метка?
Глава 15. Исчезающе редко…
Теряюсь в первый момент. Потом в голове внезапно вспыхивают слова Стейна про вторую метку.
“Исчезающе редкий случай…”
Неужели это про меня? Про нас..?
Смотрю на императора, в глазах которого резко вытягиваются зрачки, и вокруг них появляется тонкий ободок пламени. Оно жарко пульсирует в рваном хаотичном ритме. Его дракон рвется наружу. Совсем как у Стейна в нашу первую встречу…
И снова мой взгляд тянется к Стейну. Мой… нет, не жених, уже муж, серьёзен и торжественен.
Погружаюсь в изумрудную глубину его глаз, особенно ярко чувствуя его дракона. Удивлённо распахиваю глаза, осознавая: там целый сгусток чувств, в котором мне не разобраться, но главное, доминирующее — радость. Счастье!
Как Стейн еще говорил? Двойное счастье? Но что это означает?
Я опускаю глаза вниз, смотрю на вторую метку и судорожно выдыхаю, пытаясь осознать до конца: нет, это не двойной брачный узор Стейна. Метки очевидно разные, чем больше смотрю, тем больше понимаю.
Да и влияние второй уже чувствую, пока ещё слабо, лёгким прибоем на берегу громадного океана. Теперь я и различия чувствую. Это точно не метка Стейна.
Закусываю губу. Всё я уже понимаю. Но как же тяжело произошедшее разместить в своей голове!..
Страшусь, но поднимаю взгляд на императора и моего князя. Они смотрят друг другу в глаза. Пристально. И… улыбаются друг другу! Едва заметно, глазами и краешками губ, но я улавливаю их радость и восторг их драконов.
— Ролана, — Стейн уверенно опускает тяжелые ладони на мои плечи. — Не нужно бояться, любовь моя. Боги подарили нам такой счастливый шанс. Я и мечтать не смел. Теперь срок твоей жизни сравняется с драконьим…
Он легко целует меня в шею.
— Доверься нам, — шепчут его губы, лаская мою кожу.
— Ролана, подойди ко мне, — требовательно произносит его брат, протягивая мне руку.
Стейн тут же отпускает меня.
Чуть сжимает успокаивающе мои плечи перед тем как мягко подтолкнуть вперед к императору.
Крохотный шаг, как прыжок с высокого обрыва. Мне кажется, что вокруг все закружилось, заметалось в сумасшедшем вихре, смазалось и в бледное мутное пятно превратилось. Только фигура императора осталась четкой. Наверно потому, что я смотрела только на него.
Все остальное как-то разом потускнело. Храм исчез. Остался император и алтарь за его спиной.
Он смотрит мне прямо в глаза, притягивает своими горящими властными сапфирами. И не отвернуть, не отвести взгляд. Так и делаю еще один последний шаг, чтобы совсем вплотную к нему подойти.
— Так чья это метка, Ролана? — властно требует он снова ответ.
Его сильные пальцы обхватывают мое запястье, уверенно скользят по сияющему золотом узору и тянут мою руку вверх.
Дальше следует обжигающий поцелуй в самую сердцевину пульсирующего запястья.
Я с шумом втягиваю ртом воздух. Жаром окатило с ног до головы от этого простого прикосновения.
— Чья она? Скажи, — требовательно произносят его красивые жесткие губы.
И я больше не могу сопротивляться этому властному напору. Хоть мой ответ пугает даже меня саму.
— Твоя, — выскакивает из меня тихий неожиданно в нарушение всякого этикета, а лицо императора озаряется хищной радостью.
— Верно, — снова целует он мое запястье, провоцируя новый прилив острого волнения и мурашек.
Ведь сразу своих горячих губ он не отрывает. Скользит ими по коже вверх и неотрывно смотрит мне в глаза. Огненная неотвратимая волна ползет к сгибу локтя, я вспыхиваю ярче самого алого заката.
— И что теперь? Что будет? — задыхаясь в разрывающих меня изнутри чувствах, шепчу я, не в силах отвести глаз от императорской жадной синевы.
— Еще один обряд. Прямо сейчас, — следует ответ, и император уверенно тянет меня к все еще ярко мерцающему алтарю.
— Но я… Так же нельзя…
Растерянно оглядываюсь на Стейна. Его лицо спокойно, но в глазах напряжение. Заметив мой взгляд, он тут же улыбается мне и ободряюще кивает.
Я все еще не верю в реальность происходящего. Может это кошмарный сон? Я уснула перед свадьбой в диком волнении и мне приснилось вот это? Но почему тогда все настолько реально?
Император вдруг резко разворачивается ко мне и рывком привлекает к себе. Замираю в его сильных объятиях. Он властно вглядывается в мое лицо острым пронзительным взглядом. Будто в самую душу мою проникает им.
— Скажи, что не испытываешь совсем никаких чувств ко мне, Ролана, и я отменю обряд. Это в моей власти.
Он поднимает руку, и медленно очерчивает пальцами мое лицо длинным ласкающим движением.
Мои пугливые растерянные мысли мечутся внутри, сердце суматошно бьется о ребра.
Как же он смотрит! Боги, я ведь сгорю сейчас!
Глава 16. Благословение
Я обреченно отвожу свой взгляд от его требовательного взора. Не могу врать ему сейчас. Это выше моих сил.
Как сказать, что не чувствую, когда у меня сердце вот-вот разорвется?
— Испытываю… — едва слышно слетает с моих губ.
Император делает медленный глубокий вдох.
— Я знал, сокровище мое…
