24
Эйнар молча пронёс меня через коридоры особняка, не обращая внимания на прислугу, которая испуганно жалась к стенам. Никто не осмеливался даже поднять глаза на разъярённого господина.
В спальне бережно уложил меня на кровать, но глаза всё ещё пылали яростью. Он молча оттянул край одеяла и прикрыл меня.
— А теперь давай поговорим, — его голос сорвался на хрип. — Что ты здесь делаешь?
Его пальцы сжались в кулаки, а вены на руках вздулись.
Он всегда так хорошо контролировал свои эмоции, что сейчас я с опасением наблюдала за ним.
— Я рабыня в этом особняке, — прошептала я, кутаясь в одеяло. — Со мной всё в порядке. Ты ведь именно этого хотел.
Он резко обернулся, его глаза сверкнули ещё ярче.
— Эта тварь собиралась тебя высечь!
Его голос сорвался на рык, и я впервые увидела его в подобном состоянии. Он опустился рядом и потянулся ко мне, но я отпрянула.
Всё внутри меня сопротивлялось этому контакту.
Я безумно хотела, чтобы он прижал меня к себе, поцеловал, но не могла. Снова в эту ловушку я не попадусь.
— Не самое страшное, что было со мной за последнее время.
Я старалась держаться и не показывать всего ужаса, который испытывала в действительности. Ему не к чему было обо всём этом знать.
— Ты хоть понимаешь, как опасно на островах? — прорычал он, сжимая зубы. — Ты рисковала жизнью.
Я могла только диву даваться.
Как раз на собственной шкуре убедилась в том, насколько опасно тут. Вот только маловероятно, что Эйнар способен оценить истинный масштаб всего этого.
— Ну конечно. Ты же не думаешь, что я решила просто немного попутешествовать, пока ты при исполнении⁈
Мой голос сорвался, но слёзы я всё же смогла сдержать. Правда, надолго меня так не хватит.
— Элен, — прорычал Эйнар.
— Пять лет я как дура ждала тебя. Каждый раз месяцами не знала, вернёшься ли ты вообще. Жив ли!
Я видела, как дёрнулся у него глаз. Но это была малая плата за всё, что я пережила за последнюю неделю.
— Элен…— начал он, но я перебила его.
— Нет, дай мне закончить. Я устала жить в постоянном ожидании. Устала! Ты оставил меня одну. Без объяснений. Просто однажды утром растворился, оставив записку.
Он попытался приблизиться, но я снова отстранилась.
— Не надо. Не надо сейчас делать вид, что ты заботишься обо мне. Где была твоя забота, когда меня продали в рабство? Где она была, когда ты распорядился избавиться от меня?
Его кулаки сжались ещё сильнее, костяшки побелели.
— Я…
— Ах да. Ты ведь вот-вот должен был вернуться с новой возлюбленной! — мой голос дрожал, но я старалась держаться. — А я так — мусор под ногами!
Эйнар опустил голову. Молчание было хуже любого признания.
— Так вперёд и с песней, — прошептала я, чувствуя, как боль пронзает сердце. — Я отпускаю тебя. Катись на все четыре стороны!
Он поднял глаза, и в них я увидела такую боль, что на мгновение почти простила его.
— Бред.
Терпеть это я больше не могла. Уж лучше тут рабыней, чем ещё хоть одну минуту слышать его оправдания.
— Твои миссии всегда были выше нашей любви. Надеюсь, следующей жене ты будешь уделять внимание и своё драгоценное время.
Он молчал, и этот ответ был красноречивее любых слов.
— Уходи, — прошептала я, отворачиваясь к стене. — Просто уходи. Я больше не хочу ничего слышать.
Эйнар замер на мгновение, а затем медленно поднялся. Не оборачиваясь, он направился к двери.
— Отдохни, — бросил он перед тем, как выйти.
Мне нужно было время, чтобы разобраться в себе, в своих чувствах, в том, что произошло. Время, чтобы решить, смогу ли я когда-нибудь стать нормальной.
Я обняла подушку и свернулась калачиком. Только сейчас я смогла дать волю слезам.
Внезапный скрежет заставил меня резко поднять голову. Звук доносился со стороны балконной двери.
Сердце пропустило удар.
Медленно, как во сне, я поднялась с кровати. Одеяло соскользнуло с плеч, но я не обратила на это внимания. Приблизившись к балкону, я осторожно выглянула наружу.
В первое мгновение я не увидела ничего подозрительного.
Но не успела я и глазом моргнуть, как мощные когтистые лапы схватили меня за талию и подняли вверх. Подо мной было два этажа особняка.
От неожиданности я вскрикнула, но было поздно.
25
Когти впивались в плечи через тонкую ткань остатков рубашки, но я не смела даже вскрикнуть.
Страх парализовал меня, лишив даже способности дышать.
Дракон крыльями рассекал воздух с оглушительным свистом. Мы поднимались всё выше и выше над особняком.
Внизу стремительно уменьшались огни особняка, а впереди простиралась лишь непроглядная тьма. Холодный ветер хлестал по обнаженным рукам и ногам, пробирая до костей.
Я зажмурилась, боясь посмотреть вниз.
Отчего-то вопросов, какое чудовище меня похитило, не возникало. Я и так всем своим существом чувствовала, кто это был. Непонятно только зачем.
Он точно знал, куда направлялся.
Чудовище.
А ведь еще тогда, пять лет назад, свекровь предупреждала, что дракон, учуяв добычу, всегда возьмет свое. Нахрапом. Не заботясь ни о чем и ни о ком.
Он опустил вниз голову и посмотрел на меня своими бездонными синими глазами. Его дыхание обжигало мою кожу. От тела исходило странное тепло и пахло озоном.
Я пыталась вспомнить все молитвы, которые когда-то знала, но разум отказывался работать. Паника накатывала волнами, заставляя сердце биться всё чаще.
Мы пролетели над лесом, над рекой, над скалистыми утёсами соседних островов.
Наконец впереди показались огни какого-то строения. Дракон начал снижаться.
Внутри всё сжималось от страха, но я держалась как могла. Мне было ради кого и ради чего жить.
Он аккуратно опустил меня вниз. Под ногами я наконец смогла почувствовать твёрдую поверхность. Это были каменные плиты внутреннего дворика.
Коленки дрожали, отказываясь держать меня. Я пошатнулась, но устояла.
Дракон медленно опустил крылья. Синее облако окутало его, и уже через миг передо мной стоял мужчина. Его лицо было частично покрыто чешуёй, а глаза горели синим огнём. Губы Аэрона искривились в усмешке.
Я отступила на несколько шагов назад. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Вдруг стало трудно дышать.
Так вот она какая, запоздалая реакция.
— Не бойся, — бархатный голос с лёгкой хрипотцой обволакивал меня со всех сторон. — Я не причиню тебе вреда.
Неубедительно.
Я продолжала пятиться, пока не наткнулась на холодную каменную стену.
— Убьёте?
А какие были ещё варианты?
Он сделал шаг ко мне, и я инстинктивно подняла руки в защитном жесте. В его глазах промелькнуло удивление, но оно быстро исчезло, сменившись льдом.
— Нет, — произнёс он, не сводя с меня взгляда.
— Насиловать?
Других вариантов я даже придумать не могла.
Он улыбнулся. Нехорошей такой улыбкой, от которой мороз пробежал по коже.
Оглядевшись по сторонам, я поняла, что бежать некуда.
Собрав остатки мужества, я выпрямилась и посмотрела ему в глаза.
— Зачем я здесь? — голос все же дрожал, но я старалась не подать виду, что мне до чёртиков страшно.
Его губы снова искривились в усмешке.
— Предлагаю обсудить подробности, но за столом. Я ужасно голоден. Во всех смыслах этого слова.
Аэрон прошёл мимо меня. Спина прямая. Чешуйки уже полностью растворились под кожей. От них не осталось и следа…
Я замерла на несколько мгновений, прислушиваясь к удаляющимся шагам.
Сердце всё ещё колотилось как сумасшедшее, но паника сменилась замешательством.
Не то чтобы я рассчитывала, что он набросится на меня прямо тут на пороге замка, но все же от такого типа, как Аэрон, следовало ожидать чего угодно.
Собравшись с духом, я сделала первый шаг.
Медленно, стараясь не шуметь, я последовала за Аэроном. Все равно бежать с этого острова было некуда. Одинокий замок на утёсе был отрезан от всего мира.
