Стратег из ниоткуда. Книга вторая - Атаманов Михаил

Поэтому под одобрительные крики толпы сдавшиеся орки Белой Рыбы рубились насмерть, словно древнеримские гладиаторы, и выжившие в дуэлях счастливчики присоединялись к моим бойцам, искренне радуясь победе и гордясь собой. Мои бойцы победителей поздравляли, хлопали по плечу, помогали с перевязкой ран и указывали место в строю. Лишь в одной паре дуэлянтов возникла заминка. Двое поединщиков – то ли родные братья, то ли лучшие друзья – никак не решались начать сражение и убивать дорогого тебе знакомого. Можно было дать команду арбалетчикам пристрелить обоих, или направить головорезов из пятёрки Гы Безжалостного Убийцы, в которую я определил и Костолома, но я решил вопрос сам, войдя в образованный бойцами круг и в секунду своей новой глефой снеся головы обоим упрямцам.

– Так будет с каждым, кто не выполняет приказ вождя! – объявил я в наступившей тишине, и окончание фразы утонуло в восторженных криках «Альвар! Альвар! Альвар!» объединённого воинства пяти племён. Орки ценили силу и готовность применить её, так что мои кровавые действия были восприняты очень одобрительно. Да, чтобы человеку быть вождём орков, ему требовалось быть даже более жестоким и решительным, чем сами орки.

В посёлке Белой Рыбы никакого сопротивления вошедшей через распахнутые настежь ворота армии не оказали, мужчины мирных профессий побросали топоры, вилы и луки, и преклонили колени пред своим новым вождём. Я неторопливо прошёлся по большому лагерю, оценивая численность населения, после чего задумчиво почесал пятернёй растущую у меня на подбородке неопрятную щетину. Сто тридцать жителей, включая присягнувших мне на верность бойцов и находящихся в отдельном шатре раненых, не принимавших участия в большом сражении. Судьбу последних я во всеуслышанье пообещал решить в ближайшие день-два, хотя склонялся к мысли помиловать всех, поскольку именно так поступил ранее после сражения с Синей Рыбой и захвата посёлка Чёрной Рыбы. Вождь должен быть предсказуем и последователен в своих поступках.

– Слишком много, чтобы все поместились в нашем лагере. Там просто не будет места под такое количество новых шатров, – объяснил я командирам причину своей задумчивости.

– Вождь, нам уменьшить число жителей? – поинтересовался Гы Безжалостный Убийца, и непохоже было, что суровый орк так шутит.

– Нет, – поспешил остановить я готовых пролить кровь головорезов. – Но племени придётся разделиться. В посёлке Умной Совы останутся проживать семейные пары с детьми, селяне, большая часть охотников и ремесленников. Здесь же возле озера и железного рудника будут мастерские, кузницы, ямы углежогов, а также рыбацкий посёлок. Воины же большую часть времени станут проживать в отдельном лагере, где для них будут созданы все условия для жизни и тренировок.

– Вождь, я готов возглавить этот посёлок! – поспешил выступить с предложением Фадир Твердолобый, на что я с усмешкой ответил, что он умелый воин и достоин положения, более соответствующего его храбрости и силы. К тому же боец частенько будет в походах или на тренировках и не сможет следить за состоянием дел в лагере. Унылая однообразная работа по управлению посёлком больше подходит женщине, причём лучше многодетной, постоянно проводящей время на месте. Или ремесленнику, который и так ведёт учёт числа металлических болванок на складе, звериных шкур и запасов древесного угля.

Говорил всё это я неспроста. Мне крайне не хотелось, чтобы сильный воин и способный командир группы штурмовой пехоты становился по сути новым вождём Белой Рыбы и проживал тут отдельно от основной армии вместе с отрядом единомышленников. Это был прямой путь к расколу племени, и вопрос тут стоял не «произойдёт ли мятеж?», а «как скоро этот мятеж случится?». Поэтому пусть лучше пост мэра посёлка занимает кто-то мирный без больших амбиций и претензий на роль вождя.

Такой орк вскоре нашёлся. Горбун Яхер Бочкодел, бондарь племени Белой Рыбы. Он не питал ни малейшей любви ни к предыдущему вождю Адыну Непревзойдённому, ни к бойцам Белой Рыбы или старому шаману Жуже. Насколько я понял ситуацию, малолетнюю дочь бондаря шаман принёс в жертву духу-защитнику, несмотря на отчаянные протесты родителей. Яхер серьёзно обиделся и собирался уходить из племени вместе со своей семьёй, чтобы попросить защиты в моём лагере Жёлтой Рыбы. Смена власти в племени помешала этим планам, и горбатый орк первым из всех жителей пришёл знакомиться с новым вождём.

И нужно сказать, произвёл на меня горбун весьма положительное впечатление. Бондарь оказался неплохим ремесленником, знал всё о происходящем в прибрежном посёлке и находился на хорошем счету у соседей. Горб помешал в своё время этому сильному орку с крупными мозолистыми ручищами стать воином, но он нашёл своё призвание и делал качественные бочки разных размеров, а также сундуки и даже разную мебель. Но что самое главное, Яхер Бочкодел оказался весьма сообразительным, а ещё был крайне благодарен мне за уничтожение личных врагов, так что в его верности, по крайней мере в первое время, можно было не сомневаться.

***

Остаток дня, а также весь следующий день, прошли за переездом и решением бесчисленного множества хозяйственных и административных вопросов. Споры насчёт мест для шатров и проходов к воде, решение вопроса «ничейных» женщин, знакомство с ремесленниками Белой Рыбы и выяснение их потребностей, составление графика патрулей для контроля нашей увеличившейся территории, выделение части взрослого населения и подростков для строительства дороги меж двумя посёлками и постройки тренировочного лагеря для бойцов племени. Оба мэра, верховный шаман и хранительница традиций мне активно помогали, переложив на свои плечи часть задач, но всё равно времени даже присесть на минуту или провести полноценное занятие с бойцами у меня не было. Да и воинам племени после традиционной вводной речи вождя для новичков и короткой пробежки с нагрузкой пришлось заниматься несвойственными делами, поскольку рабочих рук не хватало.

Также за эти полтора дня я выполнил свою часть сделки и в торжественной обстановке в присутствии великого множества орков выпустил четырёхметрового угря Хыра в реку. Дух-защитник вёл себя удивительно спокойно, не спешил покидать прорытый меж рекой и бассейном канал, и даже, как мне показалось, уплывал нарочно медленно, поскольку купался в лучах обожания и славы своих орков-приверженцев. Русалки по секрету сообщили мне потом, что рыба не стала возвращаться в Бездонное озеро, а поселилась в глубоком омуте неподалёку от лагеря Умной Совы, где проживало наибольшее количество поклоняющихся Хыру орков. Знакомые русалки Найла, Альвия и Селина согласились подкармливать духа-защитника, ежедневно доставляя к его новому убежищу под древесными корягами протухшее мясо и уже начинающую попахивать подпорченную рыбу – любимое лакомство этого придонного падальщика. Таким образом, отношения с Хыром удалось не только восстановить после его пленения, но и вывести их на совершенно новый уровень, и магическая поддержка моему племени была обеспечена.

Следующей задачей, которую я поставил своим оркам, было налаживание контактов с соседями и определение чётких границ нашей территории. Сейчас лишь с эльфийским Родом Речной Крысы на юго-западе имелись такие оговорённые границы по Стылому ручью, причём лесные эльфы эти договорённости с определённого момента даже начали соблюдать. На других же направлениях утверждённых границ не имелось, либо мне о таких договорённостях известно не было. Потому я провёл специальное собрание, на которое пригласил охотников и собирателей племени, а также воинов, ходящих в далёкие дозоры. Меня интересовало всё, что они знают о наших соседях, и орки завалили нового вождя полезной информацией.

Так, на юге и юго-востоке территории объединённого племени Жёлтой Рыбы упирались в обширные болота, сейчас в середине весны из-за растаявшего снега и разлившихся малых рек представляющие из себя сплошное грязевое месиво, преодолеть которое не имелось никакой возможности. Путь туда открывался лишь с наступлением летнего сухого сезона, или наоборот в середине зимы в самые холода, именно тогда можно было вести торговлю с племенами орков, входящими в род Водного Духа. Эта сезонная торговля являлась единственным источником соли, необходимой для длительного хранения добытой дичи или пойманного улова, и позволяла пережить суровую зиму, так что ссориться с родом Водного Духа никто из вождей «рыбьих» племён до меня не рисковал.