Мастер Трав X (СИ) - Мордорский Ваня

Я же достал раздавленного прозрачного жучка Могильщика.

Анализ.

[Объект: Щупач (Мутировавшее насекомое).

Свойства существа: Способно впитывать в себя микрочастицы чужой живы и хранить их длительное время.

Особенности: При гибели передает короткий энергетический импульс свое рою (или тому, кто им управляет). В мертвом виде сохраняет остаточный фон, по которому может быть отслежен сородичами в радиусе 5 км.]

Вот как…

Я задумчиво повертел полупрозрачный трупик в пальцах. Идеальный разведчик: может взять образец живы, а если ты его убил, то хозяин получил импульс и уже знает, что его обнаружили. Вдобавок он через других жучков может отследить место гибели разведчика.

Однако выбрасывать его я не спешил — а толку? Жук лежал тут весь день и всю ночь. Где мы живем и так все знают.

Я вышел во двор и подошел к живой корзине, сплетенной из изгороди. За ночь она сильно изменилась. Побеги потемнели, налились плотностью и покрылись короткими, жесткими шипами. Но главное — у самого основания, на дне, образовалось плотное древесное утолщение размером с грецкий орех.

Я прикоснулся к нему Даром. Узел — своеобразное «ядро», центр этого растения-мутанта. Пронзи его — и оно погибнет. Ахиллесова пята.

И тут до меня дошло: мутировавшим, усложненным растениям нужно средоточие их примитивной «воли». То, что уже не помещается в обычном растении, потому что оно слишком отличается от них. И похоже чем мощнее мутант, тем крупнее этот узелок. У мелких сорняков такого нет, но у Старшего душильника, — который состоял из пяти особей, — не было ограничений в росте, и такие уплотнения появились, став ядрами. У моего душильника такого пока нет, но теперь думаю, что скоро появится, если я начну его откармливать.

Стоп! А почему у Виа такого нет? Она ведь мой самый сильный симбионт-мутант. У нее-то точно должно было быть такое ядро, но я бы заметил подобное. У нее никогда не было ядра. Да, она, конечно, еще не достигла больших размеров, так и корзина была не огромная.

Я позвал лиану и тщательно прощупал ее структуру своим Даром. И понял, как сильно ошибался — у нее были узлы. Три-четыре десятка крошечных, с бисеринку уплотнений, равномерно рассыпанных по всей длине ее тела, на которые я не обращал внимание.

Она просто «не держит все яйца в одной корзине», — понял я. — Если ей отрубят кусок, то остальное тело выживет, потому что воля распределена. Даже потеря десятков уплотнений ничего ей не сделает.

Но вот в чем я был уверен, так это в том, что до обретения зачатков самосознания таких точек у нее не было — она эволюционировала, чтобы выживать. Но выходит, что такие места симбионтов нужно особенно тщательно защищать? Возможно начинать закалку именно с них?. Похоже, что да. Это та уязвимость, о которой я не подозревал. Хотя если подумать, то пустотелый обладал такой же слабостью — зеленым сердцем.

Я посмотрел на Виа и вздохнул. Ладно, займемся корзиной.

Теперь это еще один мой симбионт.

Я прикоснулся к корзине Даром и пустил в нее живу.

[Создана связь: Мутировавшая хищная лоза (живая корзина).

Тип связи: Симбиотическая]

Я не испытывал никаких проблем: связь легко и органично встала в мой разум и я тут же почувствовал десятки ее внутренних лоз-щупалец. Они могли как удерживать хрупкие колбы внутри, так и молниеносно выстреливать наружу.

Я попробовал пошевелить ими по отдельности, как пальцами. Давалось это с трудом — корзина была жесткой, неповоротливой, зато невероятно прочной. Я надел ее на спину.

Удобно. А что если…

Я напрягся и попробовал заставить лозы создать нечто вроде «крышки» над корзиной. Пока что двигались лозы недостаточно быстро и проворно, но это скорее от того, что они слишком долго лежали без дела, приняв форму корзины.

Через минуту мне удалось закрыть корзину.

Да, такого мне не хватало. Теперь никто не засунет руку в мою корзину без моего ведома.

Я влил в нее щедрую порцию живы и корзина тут же жадно впитала энергию.

[Симбионт: Живая Корзина.

Эволюция: 3%]

Я подсчитал: на каждый процент уходило ровно 3 единицы живы. Сейчас это казалось мелочью, но с ростом числа симбионтов ежедневные затраты на их развитие станут просто колоссальными. Если бы не мой огромный запас духовного корня и ростков, и не возможность Поглощения, то я бы не осилил подобного.

Так, а закалять ее чем? Тем же, чем и душильника? Соком железного дуба?

Я задумался. Пока так и буду делать.

Оставив корзину в покое, я проверил черенки древнего папоротника и корень-сердце, добытые гнилодарцами. Прививки прижились к моей мяте, но выглядели вяло — им катастрофически не хватало энергии. Я точечно подкормил их живой. Сейчас эти ингредиенты для эликсира Морны были моим абсолютным приоритетом. Если я пойму принцип этого рецепта и придумаю как его «точечно» изменять, то смогу адаптировать его для лечения других гнилодарцев. Или даже для «Треснувших». Кстати, о Треснувших — я ведь почти не встречал людей с расколотым Даром, кроме Морны. Либо они в таком состоянии просто не живут, превращаясь в Измененных, либо они всё же где-то есть. Надо будет у Морны спросить.

План на день вырисовывался плотный: нужно сходить в лес, проверить Душильников, которых я рассадил по округе. За сутки они должны были мутировать и начать жрать всё вокруг. Заодно я проверю свой предел связей. Мой лимит Анализа вырос до 23 раз. Если лимит симбионтов вырос так же — это кардинально изменит мою боеспособность.

И еще нужно проверить «Сеть» Душильников. Если я свяжу их корнями, будут ли они считаться за одно подключение в моей голове? Это бы сильно сэкономило ментальный ресурс.

И с Душильником-Старшим пора что-то делать. Нужно скормить одному его ядру все остальные. Пять конфликтующих воль мешают в бою — он слишком медлительно реагирует на команды. Нужно одно, но послушное ядро.

Я вошел в дом и проверил ящичек, где были высажены семена Душильника. Все успешно мутировали. Однако тратить на них связи я не стал. Сначала лесные, потом эти. Лесные будут крупнее, а эти можно использовать как тренировку для «расширения» лимита связей.

Ну а дальше… Дальше пришел черед варки.

Сначала сделал мазь. Делал порциями, потому что так качество выходило лучше. Проверено. По итогу объем мази вышел даже больше, чем я делал вчера.

А дальше более четырех часов я без остановки варил. Хорошо, что дела начал делать утром — так еще до полудня мы выйдем и всё отнесем гнилодарцам.

С эликсирами вышло то, чего я и боялся: эссенция, полученная с луговых мяты и травы, сама по себе была хуже той, что я делал из садовых растений. Все-таки они прошли две эволюции и простые не шли с ними ни в какое сравнение. И всё равно, даже подспудно ожидая ухудшения качества, я расстроился.

Качество большинства эликсиров, где не использовалась старая эссенция, упало на 32–34%. А это было очень много.

Я застыл, глядя на мутноватую зеленоватую жидкость в бутылочке.

Значит, вот каков мой реальный уровень алхимика без улучшенных ингредиентов, — усмехнулся я. — Просто «средне-хороший».

Неприятно, но правде лучше смотреть в глаза, а не стыдливо отворачиваться.

Но даже несмотря на снижение качества, это были неплохие эликсиры, которые можно и нужно принимать. Да, самым «больным» гнилодарцам я дам лучшие эликсиры, сделанные из старой эссенции, а эти будут пить остальные.

После многочасовой алхимии мне требовался отдых и еда. И Грэм это устроил: приготовил мясо, кашу, принес овощей и свежего хлеба. Сам он был не любитель, но мне без хлеба было непривычно — и я как следует наелся.

После короткого отдыха и быстрых сборов мы отправились в Кромку. Оттягивать было нечего. Чем быстрее я вытащу этих двоих гнилодарцев из пограничного состояния, тем быстрее смогу заниматься собой и начать эксперименты с теми ингредиентами, которые мне добыли гнилодарцы. Все-таки затевалось всё ради эликсиров, помогающих залечить духовный корень.