Удачи, NPC! (СИ) - "Легендарный гений"

Но опять же, такие игроки очень уязвимы в самом начале. Ибо им вполне могут ударить в спину, а зачистка данжей в одиночку — это очень непростое занятие, по себе знаю.

Ладно, не имеет смысла думать о таких вещах сейчас. Я заглянул в нашу походную сумку, которая во время перехода по второму уровню висела на Спайке, и грустно улыбнулся. Два моих флакона, два исцеляющих зелья и бинты для перевязки — их Сакуре бесплатно выдали, когда узнали, куда и в каком составе мы идем.

— Тогда поехали, — сказал я, глядя в черноту прохода. — Надеюсь, там хотя бы ковер с "Добро пожаловать" постелили. А то гостеприимство здесь — ниже плинтуса.

Внутри, конечно, не надеялся на теплый прием. Я ментально готовился к новому кошмару, молясь Ками, Ра, Богине Нежити, стоявшей рядом со мной, и, конечно, Ктулху (как же без него!), чтобы там было что-то не из разряда Чужого на минималках, ибо тенденция, что выстраивалась по уровням доверия совсем не внушала. Первый уровень — микоиды. Мерзко, но не критично. Второй уровень — опасные морепродукты с клешнями, и анаконда для пущей надежности. По всей логике, после болота нас ждет озеро или море какое-то, а монстры в нем будут полностью водные… Уххх, только что-нибудь попроще, а то я уже ментально вымотан всеми кошмарами Эпик Данжа…

Глава 64

Холодный, склизкий камень под лапами. Вечный полумрак, прорезанный лишь тусклым, пульсирующим свечением мицелия на стенах. Воздух густой, пропитанный все той же знакомой мерзостью — смесью гнили, сырости и чего-то металлического, отдающего кислотой. Мы шли по коридору, ведущему, по идее, к третьему уровню Чащобы Сгнивших Крон. И что-то было… не так.

После ада ловушек между первым и вторым уровнем, после болотного безумия второго, этот переход казался подозрительно… пустым. Ни щелчков механизмов, готовых сработать под ногой, ни зловещих трещин в потолке, ни волн пси-давления, рисующих кошмары перед глазами. Только мерзкий хлюпающий звук под лапами и тяжелое, усталое дыхание Бурого за спиной. Тишина была гнетущей, совсем нездоровой. Она давила сильнее любой ловушки.

— "Расслабляться нельзя," — мысль прозвучала как мантра, отчеканиваясь в такт шагам. Мой внутренний радар, накачанный адреналином последних часов, лихорадочно сканировал окружение. Каждую тень, каждую неровность слизкого покрытия стен, каждый булькающий звук где-то вдалеке. Паранойя? Возможно. Но в этом проклятом месте паранойя — лучший друг. Особенно когда твоя команда едва держится на ногах.

Бурый ковылял, тяжело переставляя перевязанную лапу. Его ворчание стало тише, монотоннее — признак запредельной усталости, а не привычного недовольства. Спайк на моем плече еле теплился. Его мерцание напоминало умирающий светодиод, источник которого вот-вот иссякнет. Мана? Силы? И то, и другое на нуле. Я сам чувствовал, как каждая мышца ноет, а в голове — легкая, но назойливая каша после отката "Костедрожа". Новая особенность, "Несокрушимая Стабильность", давала какое-то смутное ощущение… фундамента. Как будто кости стали чуть плотнее, стойка увереннее. Но это был фундамент на зыбкой почве усталости. Полезно? Да. Но даже близко не панацея.

И была Сакура. Она шла чуть впереди. Ее фигура была похожа на алый клинок в полумраке. Но что-то было не так. Сильно не так.

Во-первых, цвет. Я помнил ее волосы — струящийся водопад иссиня-черного, как сама полночь в безлунную ночь. Лишь несколько алых прядей, как кровавые росчерки. Сейчас… сейчас алого было почти треть. Яркие, кричащие пятна, будто ее окунули макушку в чан с краской. Они бросались в глаза даже в этом тусклом свете, неестественные, тревожные.

Во-вторых, глаза. Они горели. Буквально. В полумраке коридора ее алые зрачки светились собственным, нездоровым светом. Они не просто отражали тусклое свечение мицелия — они излучали его изнутри. Жутковатое, опасное сияние, как у хищника, загнанного в угол. И в этом свете читалось нечто большее, чем просто боевая ярость. Что-то… лихорадочное. Нездоровое.

В-третьих… она была бледна. Не своей обычной вампирской бледностью, а какой-то… мертвенной. Как мел. Под глазами — глубокие тени, резче обычного. И двигалась она. Да, все так же грациозно, но… с едва уловимым усилием. Как будто каждое движение требовало чуть больше концентрации, чем должно было. Раньше она скользила бесшумной тенью. Сейчас чувствовалась тяжесть, пусть и мастерски скрываемая.

— Сакура, — мой голос хрипло разорвал тягучую тишину. Она чуть вздрогнула, обернувшись. Те самые светящиеся глаза уставились на меня. В упор это выглядело еще более сюрреалистично и пугающе. — Ты… как ты? Выглядишь… — Я запнулся, подбирая слова, которые не звучали бы как обвинение или паника. — Бледнее обычного. И… светятся. — слова как-то не хотели подбираться под вампирским взором.

Она быстро отвернулась, продолжив движение, но я уловил мгновенное напряжение в ее плечах.

— Мана, — отрезала она коротко, но голос звучал немного приглушенно, без привычной стальной брони. — И кровь. На первом уровне… и в том коридоре ловушек я потратила больше, чем думала. На полное восстановление уйдет слишком много времени. Это не твоя забота, так что просто шевели лапами, Микки.

"Не твоя забота" — Знакомая отмазка. Но сейчас она звучала… хрупко. Как бумажный щит. Я видел, как она сжала кулак, пряча дрожь? Или мне показалось? Ее отказ от брони, простые штаны и топ — раньше я списал на практичность для бега. А теперь? Может, ей просто тяжело было тащить лишний вес?

Её слова о больших тратах маны и крови — звучат вполне логично. Тот Кровавый Шар, что она использовала против Микоидов оказался весьма мощным. Видимо, это из-за количества влитый в него маны… Ну, либо она использовала свою кровь для усиления эффекта — это бы объяснило потерю крови.

Безусловно, у Сакуры много маны, но все же это не бездонный океан, а скорее небольшое озеро, которое имеет конечный объем. Однако я не думаю, что с маной будут проблемы. Мана из-за браслета Лунного рыцаря восстанавливается намного быстрее, так что по моим прикидкам, как только мы доберемся до 3-го уровня, мана у всех будет практически полностью восстановлена. По крайней мере, так было, когда мы перешли с 1-го уровня на 2-ой.

Хотя стоит признать, что выносливость не имеет свойство быстро восстанавливаться. Да и что-то мне подсказывает, что опустошение полного резерва маны за несколько часов имеет весьма негативные эффекты. В целом, по Спайку и Сакуре это очень видно.

Но волосы меня беспокоят. Она же не перекрашивает их специально… Это как-то глупо? Ладно, может быть в каком-то смысле неглупо, и я просто не могу понять, в каком… Но я больше склоняюсь к тому, что вампиры типа седеют таким образом… Или краснеют? Черт, как-то странно это звучит! Однако суть должна быть понятна: из-за постоянного стресса и напряжения волосы вампиров приобретают алые тона.

Хотя признаться честно, глядя на Сакуру, мне сложно сказать, что все это последствия стресса. Более похоже на мутацию, вызванную использованием крови, но я явно не знаток в этом всем. Судить с ходу, основываясь лишь на ощущения, не очень дальновидно.

Но вот комок тревоги в горле все равно застрял. Хотелось остановиться, развернуть ее к себе, потребовать объяснений. Проверить пульс (если он у нее вообще был), ткнуть носом в ее же бледность. Но я посмотрел на Бурого, еле волочащего ноги. На Спайка, едва теплящегося на плече. На бесконечный, мерзкий коридор перед нами. На себя — все еще чувствующего остаточную дрожь в лапах.

И все же приоритет был в выживании. Понимаю, Сакура чувствует себя не очень хорошо, но все же, думаю, она сможет дотерпеть до таверны, а там уж я разберусь, в чем, собственно говоря, дело.

И дело тут было не в мантре или моем прагматизме, а в здравом смысле. Нужно быстрее решить проблему с данжем, а желаемый отдых и сон лучше отложить на потом — кто знает, какие проблемы могут возникнуть из-за этого. Да и ели мы уже давно. Коли пойдем спать, после сна будет дикий голод и сушняк.