Врачеватель Его Высочества (СИ) - Эллисон Юлия

— И куда его совать? Зачем? — Авриэлю явно было не о чем поговорить, едва мы сели за стол.

Нам всегда накрывали на двоих в небольшой уютной столовой. И я уж не знаю, специально ли дракон подстраивался под мое расписание, не завтракая по утрам, или просто предпочитал перекусить второй раз, но если он будет трескать столько же, сколько сейчас, — точно лопнет. Уже какой раз замечаю, что тарелки он подчищает покруче любого военного, сметая со стола все, что плохо прибито.

Или это в целом особенность расы? Надеюсь, все же второе, хотя тогда жалко этих ящероподобных — это ж с горшка почти не слезают, наверное, столько есть.

Улыбнулась, припомнив один случай из практики, когда я еще была молодая и неопытная.

— Знаешь, привезли нам как-то в отделение ребенка с каким-то конструктором в носу. Я тогда еще столько практики не имела. Потыркалась, попробовала вытащить уже всем чем могла, а эта дрянь только глубже в нос лезет, а обратно совсем никак. Родители психуют, ребенок орет, у самой уже руки трясутся, а что делать не знаю. Не резать же ребенка из-за конструктора. По итогу звоню заведующему отделением. Три часа ночи. Он, понятное дело, спит.

Я прервалась, пододвигая к себе пирожное, аппетитно смотрящее прямо на меня. Улыбнулась галантности Ариэля, сразу налившего мне чайку. Отхлебнула, в который раз наслаждаясь этим напитком. Они тут готовили его как-то иначе, травы точно были использованы иные, даже странно, что сам чай почти не пах, а вот вкус… нежный, сливочный, сладкий. Чем-то на молочный улун похож, но более насыщенный и приятный.

— И что дальше? — Дракон аж подался вперед, явно желая выслушать историю до конца.

— К чести заведующего стоит сказать, что трубку он взял, выслушал молча, спросил, могу ли я вырвать у ребенка или его родителей пару волосков. Я в шоке, руки трясутся, в душе паника и отчаяние, но пошла рвать волосы под обалдевшие взгляды семейства. Ребенок даже рыдать перестал, тоже заинтересовавшись, зачем это. Не совсем малыш был. Года четыре. Короче, пошурудила я этими волосками в другой ноздре по совету заведующего, ребенок чихнул — лего выскочило. До сих пор вспоминаю и с тех пор сама ищу нестандартные пути решения проблем. А шило — вот оно как раз у ребенка и было. Кто во что горазд называется: кто в зад себе что-то толкает, кто-то в уши, кто-то в ноздри… Чего только не насмотришься даже в нашем провинциальном городке. На фантазию народ не жалуется.

Дракон, слушающий меня едва ли не с открытым ртом, ошалело моргнул.

— А лего — это тоже инструмент для шитья? — уточнил он спустя минут пятнадцать, когда я уже насытилась и просто возила остатками сливочного крема по тарелке.

Да уж. Кормят здесь просто потрясно! Не чета нашей больнице. Хотя и неудивительно — раз сам король питается, должно быть вкусно, наверное, иначе поваров и уволить могут. Это вам не жалобы в СЭС кидать о том, что в компоте таракан. Тут все на более высоком уровне организовано!

— Лего — это детская игра, — улыбнулась я.

— А зачем вы даете детям то, что надо засовывать себе в нос? — изумился Авриэль.

Вот как бы ему сказать-то? Мысленно посмеялась и состроила серьезную рожу.

— Понимаешь… Русские люди, они вообще воспитываются по принципу «кто выжил — тот молодец». Так что едва родился — мы сразу по попе, а клизма в первые три месяца жизни — вообще обязательная вещь в аптечке!

Глава 15

Так и хотелось начать со слов «В этот знаменательный день…», потому что было слишком уж много пафоса. Родители спящего красавца при полном облачении короля и королевы у кровати, целая процессия слуг, какие-то другие драконистые личности, Авриэль с постной рожей… И это помимо вылизанных до блеска самих покоев, каких-то цветов в вазах и прочей дряни.

Неужели они думают, что это будет волшебное исцеление в стиле «помазал мочой единорога, и все прошло»?!

Я, когда впервые увидела весь этот дурдом, едва не ругнулась матом и не выскочила из комнаты — переждать, пока они не закончат свои церемониальные реверансы. У них похороны, а я не в курсе?

Так что сейчас я стояла единственная не при параде посреди этого фарса и чувствовала себя полной дурой. Вот что из моих слов звучало как «я нашла волшебную пилюлю»?

— Начинайте, лерда Ольга Семеновна, мы ждем, — величественно кивнул король, пока я испепеляюще смотрела на вжавшего голову в плечи Авриэля. Не мог предупредить о пафосности момента, гад зеленоглазый? Я б им какой-нибудь микстурки намешала красивой, чтобы пыль в глаза пустит. А сейчас что?

Молча подошла к уже заранее настроенному аппарату для плазмафереза. Убедилась, что настройки там стоят именно на нужный мне элемент. Продезинфицировала локтевой сгиб дракона. Затем продезинфицировала второй сгиб…

Позади стояла тишина, только шумное дыхание толпы драконов и слуг говорило о том, что там кто-то есть. И все сейчас пристально следили за моей работой. Мда… ладно еще я хирург — меня публичностью не напугать, мы сразу привыкаем работать под гнетом внимания десятков человек, а то так бы могла и рука дрогнуть же.

Достала стерильную трубку, подключила к аппаратуре, затем убедилась в том, что иглы также стерильны, вскрыв упаковку с меткой.

В воздухе искрило напряжение.

Осторожно наложила жгут, нащупала вену спящего красавца — его-то «поработать кулачком» не заставишь, — проткнула… кровь тягуче побежала по трубке в аппарат.

За спиной тихо ахнули, словно до этого никогда не видели ничего подобного. Впрочем, может, и не видели — кто их тут в средневековье разберет. Я же дождалась, когда процесс разделения элементов крови начался, убедилась в том, что все идет как положено, и только потом вставила вторую иглу — по которой кровь спящему красавцу будет возвращаться обратно, но уже без драко-элемента.

Аппарат мерно гудел, процесс шел… Я села на постель к больному, положив пальцы ему на пульс, чтобы контролировать. Мало ли что пойдет не так. Я такой работой еще не занималась — не мой профиль вообще. Вот если бы он ногу сломал, тогда все понятно было бы.

— И?.. — первым подал голос король, сбивая меня со счета. Мысленно выругалась.

— Что и? — обернулась, глядя на лица пришедших.

— Почему он не открывает глаза? — уточнил венценосный.

Я пожала плечами.

— Ну если поможет, то часа через три-четыре, может, и откроет. А может, и не откроет до утра. Предсказать сложно. Может быть, вообще ваш организм без этих элементов жить не захочет и придется вливать их срочно обратно, и весь опыт насмарку. Вы что, ждали от медицины чуда? Так чудес не бывает! — отрезала.

Вся эта пафосная процессия меня сильно раздражала.

Я снова сосредоточилась на подсчете пульса, но вроде бы пока что все шло хорошо. Молча достала из тумбочки принца, где я уже повадилась хранить все свои медицинские приборы, тонометр и померила давление.

Примерно спустя полчаса в комнате вновь остались я, спящий принц и зеленоглазый.

— И вот что это было? — уточнила у Авриэля, как у местного. — Я ведь вчера сказала, что чуда не будет, так к чему эта процессия?

— Ну понимаешь… — замялся дракон. — У нас обычно все происходит не так.

Угу, я уже поняла, что у них все через волшебство работает и мгновенно. Но наука тоже волшебство в какой-то мере, только совсем не мгновенное.

— Когда можно будет что-то сказать? Помогает или нет? — Авриэль подошел поближе и сел с другой стороны кровати принца.

В этот раз тот уже не был укрыт душным пыльным покрывалом с каменьями, так что можно было не бояться натереть себе зад об твердые выпуклости. Я вообще запретила сильно укрывать принца. Тело должно дышать, а не потеть в парнике!

— Мышечный тонус снижается, — пощупала запястье принца Даниэля, ощущая, как оно стало гибче. Раньше словно судорогой было сведено все тело и ничего не помогало, я уже тайком пыталась ему противосудорожных вколоть — ноль толку.

Замерила еще раз давление и пульс. Поставила градусник.