Ученик для мага, или Я тебя не отпущу (СИ) - Кривенко Анна

Жидкая окрошка! Я что, плачу??? Это еще не хватало!

Но слезы скатывались по щекам, потому что сердце плавилось, исцеляясь от глубокого одиночества, от боли прежних потрясений и унижений.

Вот только мне было стыдно демонстрировать свою слабость перед Лиамом. Хотелось отвернуться, убежать, скрыться где-то в укромном месте и просто пережить эту запоздалую истерику в одиночестве.

Я опустила лицо, подавляя позорные всхлипы, а Лиам громко выдохнул и вдруг… коснулся моей щеки пальцами, вытирая соленые капли.

От его прикосновений я вздрогнула и невольно подняла глаза.

Наши взгляды встретились.

Лиаму было больно. Он чувствовал глубочайшую вину передо мной. Его сердце плавилось от моих слез, словно металл от раскаленного жара.

- Ты простишь меня? – шепнул он охрипшим голосом, продолжая поглаживать мою щеку, хотя слез на ней уже не осталось. – Прости за все, что тебе пришлось пережить…

- Вы… не считаете меня вором? – в ответ прошептала я.

Лиам отрицательно мотнул головой.

- Мой друг Альберт – ты видел его в этом кабинете – он профессиональный сыскарь. Посмотрев на тот тайник в твоей комнате, он определил, что вещи туда начали складывать уже давно, намного раньше твоего появления в этом доме. Тебя подставили, и мы, в общем-то, уже выяснили, кто это был…

- Саманта? – уточнила я почти беззвучно.

- Да, - тяжело выдохнул герцог. – К сожалению, она. Вместе с Петером, нашим молодым конюхом. Крали вещи, чтобы через несколько месяцев сбежать. Но в порыве глупой ненависти к тебе она выдала местоположение тайника, думая, что подлога никто не заметит. И не заметил бы, если бы по счастливой случайности Альберт не оказался здесь…

Я опустила глаза. На языке вертелся вопрос, и я не смогла его не задать:

- А если бы ваш друг... не подтвердил моей невиновности, тогда..?

- Я поверил в твою невиновность еще до его расследования! - прервал меня герцог, отвечая на недосказанный и очень болезненный вопрос. – Я поверил тебе просто потому, что я… тебе доверяю, Тим!!!

Воцарилась тишина, в которой самым громким звуком казался стук моего сердца. Стук взволнованный, почти панический, потому что… герцог снова покорял меня. Снова его слова касались сердца, вызывая бурю эмоций и заставляя нервничать. К счастью, я хотя бы повторные слезы смогла удержать…

- Тим… - он позвал меня, незримо прося посмотреть на него, и я робко подняла взгляд. Его глаза светились искренностью. – Я на самом деле очень многое понял благодаря тебе. Прости, что всё это время давил на тебя, требуя абсолютной откровенности и не понимая, что открыть душу наизнанку – это совсем непросто. Я постоянно укорял тебя, я контролировал тебя… Прости. Для меня это тоже впервые – доверять кому-то по велению сердца. Я к этому не привык. С сестрой у нас незавидные отношения, как ты видишь, а с друзьями в основном деловые. За такой короткий срок ты научил меня слушать свой внутренний голос, слушать совесть и… прощать чужие ошибки. Спасибо тебе, братишка!

Он наклонился, обнял меня, точнее, обнял тот кокон из одеяла, в котором я находилась, после чего похлопал по плечу, как это принято у мужчин, и расцепил объятья. Улыбнулся, засияв глазами, и я невольно растянулась в улыбке в ответ.

- Не волнуйся, я тебя никому не отдам!

С этими словами герцог заставил меня выпить оставшийся отвар, поднялся на ноги, вернул чашку на поднос и сказал:

- Слуги уже в курсе, кто у нас в чем виноват. Охранники, которые ударили тебя, понесут строгое наказание: я лишил их жалования на два последующих месяца. Саманта отправилась в тюрьму вместе с конюхом, а ты… а ты с этого дня живешь в спальне около моей.

От последней его фразы у меня изумленно открылся рот.

- Но… но... – попыталась возразить я.

- И не спорь! Я всем сообщил, что с этого дня ты не просто мой ученик. Ты мой личный воспитанник, над которым я официально беру опеку.

Я так опешила от услышанного, что потеряла края одеяла, и оно сползло с моей головы, освобождая растрёпанную шевелюру.

Лиам рассмеялся, глядя на меня, после чего протянул мне невесть откуда взявшийся гребень.

- Приведи себя в порядок, братец! Комната скоро будет готова, и я отведу тебя туда лично. Сегодня будешь отдыхать и хорошо питаться. А вот о твоей магической инициации мы поговорим завтра. У тебя должна быть свежая голова для обсуждения столь важной темы.

Я насторожилась, аккуратно приводя в порядок свои кудри.

- А инициация – это…?

— Это очень серьезно! – многозначительно произнес Лиам. – Настолько серьезно, что о твоем случае обязательно доложат Его Величеству королю Бастиану. Маги, способные к инициации, рождаются у нас крайне редко и ценятся на вес золота…

Я, услышавшая о короле и почему-то жутко испугавшаяся этого, сжалась.

- Что в них такого особенного? – спросила, чтобы скрыть свои эмоции.

- Инициированные маги способны подняться на самую высшую ступень дара и овладеть всеми видами магии одновременно в самой полной мере. Они, как сосуды с неисчерпаемым вместилищем внутри себя. Из них выходят самые великие воины, но… обо всем этом мы поговорим завтра! А теперь пойдем…

Лиам поспешно выпутал меня из одеяла, помогая встать на ноги.

Колени подогнулись, и я едва не упала, но герцог меня поддержал. Коснувшись моей талии, он огорченно выдохнул:

- С этого дня я повелю подавать для тебя двойные порции пищи. Ты до сих пор слишком худой. Талия, как у девчонки!!

У меня кровь отлила от лица, а сердце вмиг замерло. А вдруг он сейчас сопоставит одно к другому и всё поймет???

Глава 16. Передача энергии

Я проснулась от шороха чужих шагов и открыла глаза. С трудом вспомнила, где нахожусь, потому что красота потолка над головой значительно превосходила те картины, которые я видела в предыдущей комнате.

Меня поселили в спальне около милорда!

Стоп, а кто это пришел?

Я поспешно присела на постели, тщательно растирая глаза. Недалеко от кровати испуганно замерла Милли, держащая в руках поднос с какими-то чашками.

- Простите… - проговорила она дрогнувшим голосом. – Господин велел принести вам лекарства пораньше…

Я захлопала глазами, вообще не понимая, что происходит. Во -первых, почему она называет меня на «вы»? А во-вторых, разве я до сих пор лечусь?

Всё это я высказала тут же, и Милли испуганно потупилась.

- Всем слугам объявили, что вы отныне личный воспитанник господина Лиама и что всякое неуважение к вам будет строго наказано….

Я нахмурилась.

- Не надо мне такого... – пробормотала недовольно. – Я не изменился. Я по-прежнему Тим. Называй меня, как раньше…

Девушка подняла на меня удивленный взгляд, и я только сейчас заметила, насколько она бледна.

Ну да, ее сестра попала в тюрьму, а это более чем серьезно. Наверное, Милли сейчас очень тяжело. Удивительно, что она вообще разговаривает со мной, если фактически из-за меня Саманта оказалась в таком положении.

Милли наконец-то очнулась и поставила поднос на приземистый столик у окна. Потом рывком открыла шторы, впуская утренний солнечный свет в комнату, взяла в руки глиняную чашку с парующим напитком и поднесла мне.

- Ты должен это выпить, Тим. Приказ господина…

Но вместо того, чтобы забрать у нее чашку, я просто спросила в лоб:

-Ты ненавидишь меня?

Милли посмотрела на меня с такой изумленной искренностью, что я сразу же всё поняла: нет, не ненавидит. Святое создание! После общепринятой ненависти друг ко другу в трущобах видеть столь чистую душу мне было непривычно…

- Нет, что ты! – подтвердила мои догадки девушка. – Саманта… сама виновата. Она не должна была становиться воровкой, так что…

Но глаза девушки всё равно наполнились слезами, которые она поспешно смахнула с лица.

Я не выдержала и, встав с кровати, подошла к ней вплотную. Схватила ее за плечи, заставляя посмотреть себе в глаза, и произнесла: