(С)нежный плен для зари (СИ) - Сиротина Анна

— Молчишь! Ну вот, что и требовалось доказать. Я не представляю, как мы сможем сотрудничать, если ты на всех навесила ярлыки и не хочешь их снимать. — Почувствовала его раздражение. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоится. Кошмар, я уже эмоции его улавливаю, осталось начать мысли слышать и всё, пути назад не будет. Зачем он за мной увязался? Надо было не слушать Тэориуса и сбежать одной. — Ладно, пошли на посадку. Наказание моё! — В этот момент двери кабины распахнулись, выпуская нас на нужный балкон. Он протянул руку, а я послушно взяла. Сверкнула маленькая молния и запахло озоном. Такое бывало со мной в раннем детстве, когда еще плохо контролировала магию. Но, во взрослом возрасте выпустить силу из-под контроля — это позорище. Мою ладошку покалывало, электрические импульсы бежали к плечу и терялись между лопаток. На его фоне, моя рука была крошечной, но он так нежно и бережно её взял, слегка поглаживая пальцами, что у меня перехватило дыхание от этой ласки. Теплая, немного грубая кожа, ухоженные ногти, длинные пальцы. Красивые! Захотелось провести подушечками, исследуя каждый сантиметр. Немного поддалась желанию и погладила своим большим пальчиком. Он выдохнул воздух почти со стоном и сглотнул, а я не смогла подавить улыбку, ощущая странное удовольствие от его реакции.

— Аккуратнее Зарина! Еще немного, и мы никуда не полетим, а окажемся в ближайшей гостинице. — Промурлыкал Артём. Вибрации его голоса действительно напоминали урчание большого кота. Опомнилась и быстро отдернула свою руку, чтобы вообще не касаться. Он лишь хмыкнул, но больше ничего не сказал.

В полете нам предстояло пробыть около семи часов. Воздушный корабль был трёхъярусный. Нижний, был грузовым, средний пассажирским, а верхний, с панорамной крышей, был для важных персон, к трапу ведущему на него мы и направились. Вежливый стюард проводил нас на забронированные места. Кресла были широкими и удобными, обитые голубым велюром. Располагались напротив друг друга, а посередине был столик с закусками и напитками. Увидела бутылку брентира, и не какого-нибудь, а эллатрийского. Шикарно жить не запретишь. Но меня больше интересовала еда. Не люблю спиртные напитки, становлюсь от них дурная. Лучше бы сока принесли. Вишневого, моего любимого. Артём, подозвал стюарда и что-то шепнул. Тот удалился и вскоре принес графин с красной жидкостью и налил мне в стакан. В нос ударил знакомый запах спелых вишен. Я напряглась. Он что, уже мысли мои слышит? Скверно, очень скверно.

— Люблю вишневый сок! А ты? Или может другой заказать?

— Не надо другого, я с удовольствием попью вишневый. — Ох, хвала Энкиру, это просто совпадение. Следующие три часа прошли прекрасно. Даже не ожидала. Мы предавались чревоугодию и мило беседовали, как старые друзья. Артём оказался прекрасным собеседником, не перебивал, внимательно слушал. Рассказывал истории про свой мир, про самолеты и что он часто летал. Признаться, под его болтовню я даже перестала волноваться. Или на меня так его голос влиял? Он обволакивал и успокаивал. Я даже не сразу заметила грозовой фронт, надвигающийся с запада. Первая зарница прошлась по небу, а за ней ударил гром. Слишком быстро. За ней прошла вторая, и снова раскат. По короблю пошли мелкие вибрации.

— О, кажись попали в зону турбулентности. Но это обычное явление для полетов, не переживай. — Артём бросил неизвестное слово, но, как ни странно, я поняла, что в его мире так называют воздушную тряску, связанную с изменением давления, скорости и направления воздушных потоков. Обычно, в команде есть маг, который разбирается с такими проблемами. В подтверждение моих мыслей, тряска резко прекратилась, и я смогла выдохнуть. — Ну вот, а ты боялась. Ничего страшного в полетах нет. — И в этот момент, по кораблю прошла мощная воздушная волна, послышался треск разрываемых солнечных парусов.

Крушение

— Уважаемые пассажиры! Сохраняйте спокойствие. Ситуация штатная. Паруса являются вспомогательным оборудованием, помогают ловить воздушные потоки, добавляя скорости. Не редко выходят из строя при сильных порывах ветра. Опытная команда даже не обратит внимания на их повреждения. А наша команда — одна из лучших. — Улыбаясь во все зубы выдает стюард, появившийся неожиданно, как суслик-торчок из норки. Но порывы ветра становились все яростнее. Нас болтало из стороны в сторону. Над креслами включилась магзащита, смягчая толчки. Но даже она не смогла полностью компенсировать тряску. Казалось, над эти хребтом столкнулись минимум десять воздушных потоков, которые швыряли нас как щепку в водовороте. Постоянно слышался неприятный лязг и треск. Я вцепилась в подлокотники кресла и вспоминала всех богов Сарадии. Кто из них так на нас зол? Из динамиков полился голос капитана корабля спокойный и уверенный.

— Дамы и господа, наш корабль совершит аварийную посадку на высокогорном плато, все местные службы предупреждены, в течении двух часов за вами прибудут спасатели и доставят в порт назначения. Грузы и вещи вы сможете забрать в течении последующих суток.

Мы начали снижение. Горный хребет неумолимо приближался. Воздушник мастерски ловил потоки и уверенно опускал корабль на небольшое плато между пиками. Команда работала слаженно, нивелируя все неприятные моменты нашего путешествия. Трясти стало значительно меньше. До плато оставалось всего ничего, и я почти поверила, что все обойдется, как вдруг, что-то пошло не так. Послышался громкий удар, корабль сильно тряхнуло. Образовался крен на левый борт, который становился все больше. Нас развернуло и понесло в сторону горного пика. Мы стремительно падали. До столкновения остались секунды.

И вот, корабль носом вонзился в скалу. Послышался треск разрываемой обшивки и скрежет шпангоутов1, что-то острое вонзилось в бедро. И тут же, я оказалась на руках Артёма. Неимоверно быстро он помчался в хвост корабля. За нами рушились перекрытия, слышались крики людей, но его ничего не останавливало. Мы приближались к верхней части моторного отсека. Температура вокруг нас резко поднималась. Почувствовался запах гари, послышалось несколько взрывов. Детонировали магические сферы с пламенем одна за одной. Дальше дороги не было. Кажется это конец. Я обвила руками шею Артёма, теснее прижалась к нему и закрыла глаза. Почувствовала, как он подался в сторону, резкий удар, он вынес спиной дверь аварийного выхода, и мы полетели вниз.

Перевернулись один раз, потом второй. Падение длилось не долго и было остановлено мягким сугробом. А я, вообще была сверху и прижата к груди Артёма, столкновение со снегом он принял на себя. Отдать ему должное руки сразу убрал, как только мы оказались на земле. Так необычно, что он не пытается нарушить мои границы. В глубине души даже немного расстроилась, что он в этот раз не проявил инициативы. Но сама ни за что не решусь. Не веря, что все закончилось, открыла один глаз, затем второй. Вокруг было все белое. Мы провалились не очень глубоко, примерно на метр. Не важно, вылезем, главное мы живы. Я подняла свою голову от плеча Артёма и улыбаясь посмотрела на его лицо. Голубые глаза были открыты и смотрели в пустоту. А я вдруг осознала, что моя рубашка промокла насквозь, неловко попыталась привстать и оцарапала руку об кусок железной арматуры, который торчал из его груди в районе сердца. Вокруг все было красным от крови. Нет, нет, нет!

1. Шпангоут — Поперечный брус, ребро корпуса судна или дирижабля, служащее основой для обшивки, а также фюзеляж самолёта.

Шаг назад

Что же мне делать? Слезы текли из глаз не останавливаясь. Последний раз я плакала, когда погибла моя семья, с тех пор не позволяла себе ни одной слезинки. Надо прекратить этот соленый водопад, он не поможет. Думай Зарина. Надо вспомнить уроки по двуликим, мы же читали, истинная может спасти. Толька я какая-то бракованная, даже вязи на руке нет. В районе груди ныло так, что больно было дышать. Казалось, что из меня сердце пытаются вырвать. Вдохи давались все сложнее, дернула ворот рубашки и зацепила цепочку на шее. Замок открылся, и астролябия упала точно мне в руку.