Сферотехник-4. Свет в конце - Камардина Мария

Он разрешил. И уже три дня маялся размышлениями, кто именно виноват, кому следует исправляться, а главное – кто первый должен извиняться?

Змеевы потроха, десять лет не ссорились всерьёз…

Ильнар поморщился и прикрыл глаза, выравнивая эмоциональный баланс. Знакомая чёрно-серая форма на стрелках вызывала мысли о боевых выездах – и отсутствие напарника ощущалось неожиданно остро. Но Фин сидел в кабине вездехода, ожидая команды на движение, и прямо сейчас задушевные разговоры были неуместны.

Вернуться и первым делом помириться. А то Змей знает что такое.

А пока – сосредоточиться.

Короткий жест для активации динамического щита – выстроившийся напротив отряд повторил движение с секундным замедлением, вышло практически синхронно. Силовые нити вплелись в плотную ткань, зацепились за тончайшие серебряные проволочки в швах, и в Истинном зрении поверх камуфляжа проявилось перламутровое сияние защиты.

– Первый на связи. Доложить о готовности.

«Второй готов… Третий готов… Пятый готов…» – зашелестел динамик шлема. Ильнар поймал взгляд Кира и вместе с ним ощущение неправильности – первым номером всегда был именно майор. Формально операцией и сейчас командовал он, но по плану страхующий отряд должен был идти позади.

Экзамен для магов – и для их командира.

Не облажаться бы.

– Вперёд.

При разведке сверху было видно, что посёлок изначально был вписан в окружность, но за двести лет её границы потеряли чёткость. Северо-восточная окраина, на которой остановились вездеходы, заросла лесом, но среди стволов и травы, если хорошенько приглядеться, ещё можно было различить останки стен. Противоположная сторона выглядела более целой, но определить сохранность самого портала при разведке не удалось – чем ниже опускались к земле драконы, тем гуще становился незаметный с высоты туман.

Оставалось полагаться на воспоминания Таро – здесь жил один из его приятелей, и примерный путь до цели Ильнар представлял. Самая короткая дорога вела по радиальной улице к центральной площади, оттуда нужно было повернуть налево. В памяти мага остались образы плывущих над тротуарами золотисто-зелёных огней, иллюзорных огненных птиц, гуляющих по ухоженным лужайкам, магического фонтана – живущие в нём серебристые рыбки казались разноцветными из-за меняющей цвет воды. Проходящая под посёлком жила позволяла его обитателям расходовать энергию с размахом, но за двести лет защитные периметры и декоративные иллюзии могли сильно измениться, а целую жилу, как справедливо заметил старый маг ещё зимой, паразитам не выпить при всём желании даже за двести лет.

Вряд ли местные обитатели будут рады гостям – но кто б их спрашивал?

Улица была достаточно широкой, чтобы два вездехода могли разминуться без особых проблем. Лес, захвативший крайние участки, по мере приближения к центру поредел, болезненного вида берёзки жались друг к другу посреди дороги, словно не желали приближаться к оградам. Листья из зелёного постепенно перекрашивались в оттенки алого и бордового, и после пересечения первой кольцевой улицы посёлок, чьё название Ильнар так и не откопал в памяти, начал напоминать Алем: красные листья, стеклянно-серое от магической иллюзии небо, разбитые стёкла и надрывно скрипящие на ветру двери, туман между домами, и внутри домов тоже туман – где молочно-белый, где красноватый, где чёрный с искрами.

Увы, пройти опасную территорию так же просто, как зимой, не удалось.

Обочечник слева – парализовать плетением, оставить на зачистку стрелкам. Стая пепельных бабочек, маскирующихся под берёзовые листья – выпустить волну мороза, покрыв инеем и ветви, и кровососущих паразитов. Другая волна, в десять пар рук – огненный вал прокатывается до конца улицы, выжигая заросли фиолетово-красной травы, похожей на крапиву. Короткий перерыв – заживить случайные ожоги, утешить тех, кому разжигание огня так и не далось, объявить выговор Ориену, который снова путается в плетениях, выслушать от него лекцию о свойствах хищных семян, цепляющихся за одежду раздвоенными крючочками и вбуравливающихся под кожу, чтобы пустить побеги в тепле и уюте…

Высоких заборов в посёлке не строили, разве что считать таковыми разросшиеся живые изгороди, и особенной разницы между бытом древних магов и владельцев современных усадеб не наблюдалось. Дальние от центра участки были просторнее, а дома на них, хотя и полуразрушенные, сохраняли остатки былой роскоши – обломки колонн и статуй, останки беседок и мостиков, пышные заросли декоративных кустов и выбравшиеся за пределы клумб одичавшие цветы. Чем более заброшенным казался участок, тем менее опасным он выглядел в Истинном зрении – редкие искорки энергии выдавали скорее мутировавших животных, чем опасные артефакты или ловушки.

Ближе к центру дома стояли теснее, выглядели более целыми и ухоженными, но и реагировали на появление чужаков острее. Сперва из-под мирной с виду кирпичной ограды потянулись плети чёрного тумана. Пришлось разгонять их ветром и стрелять в калитку нейтрализатором из пушки вездехода – только после трёх выстрелов туман втянулся внутрь и сжался в плотное облако вокруг дома. Потом из-за ажурной кованой решётки вылетели безобразные воющие тени с горящими глазами – пока разобрались, что это всего лишь иллюзия, один из магов умудрился споткнуться и рассадить о камень ладонь. Третий дом взял и совсем исчез, вместе с садом, дорожками и газоном, и невысокий беленький заборчик вокруг квадрата перепаханной земли навевал мысли о кладбище.

Ободранную ладонь обработали и заклеили пластырем, но, видимо, недостаточно быстро. На запах крови потянулись призраки – не те полупрозрачные существа с железной дороги, а активные хищники, ненамного уступающие в плотности обитателям орденского айринга. Ментальная защита и амулеты надёжно оберегали отряд от зачарованного сна, но призраки налетали со всех сторон, визжали, пытались хватать за руки и разлетелись лишь после того, как отряд перебил половину стаи – штук пять удалось подстрелить серебряными пулями, ещё десяток окружили щитами и лишили энергии. Не приходилось сомневаться, что твари отсидятся в укромных уголках, восстановятся и при следующем визите нападут снова.

Пожалуй, перед тем, как пользоваться местным порталом, придётся сносить всё вообще – а то и выжигать.

Последним препятствием на пути к цели был тот самый фонтан на центральной площади, с серебристыми рыбками и разноцветной водой. Благодаря щитам и встроенным в шлемы стрелков фильтрам опасность обнаружили, лишь когда Ориен заглянул в оставшийся от фонтана бассейн, присвистнул и выругался. Ильнар, припомнив найденный в памяти мага образ, тоже подошёл ближе – и тут же пожалел о своём любопытстве.

Круглый бассейн метров десяти в диаметре был завален костями и гниющими тушками мелких зверьков до середины. Мутная вода прикрывала их едва ли на ладонь, и в ней плавали дохлые мухи, соблазнившиеся халявным пиршеством. Щит, настроенный на улавливание мельчайших молекул, не пропускал запахи, но воображение сработало так хорошо, что Ильнара едва не вырвало. Он поспешно отвернулся, заставляя себя дышать спокойно, и замахал руками на подчинённых, веля оставаться на местах.

– Что это за дрянь?

У Ориена воображение было попроще – или нервы покрепче.

– Хищные цветы знаешь? Не те, которые поют, а обычные. Скажем, росянка или что-то вроде.

Ильнар краем глаза уловил движение – каон пошурудил в воде подобранной палкой, а потом легко вскочил на облупленный бортик. В подошвы ботинок ударила волна дрожи, с со стенок брызнули осколки мелкой плитки, но края бассейна вопреки опасениям не попытались сомкнуться, чтобы сожрать назойливую добычу.

– Похоже, приманивает на воду, травит и высасывает энергию, – как ни в чём не бывало заключил каон, соскакивая на землю. – Шлемы не снимаем, фильтры не отключаем, – напомнил он в микрофон на общей частоте. Подумал секунду, насмешливо глянул на Ильнара и добавил: – Внутрь смотреть только самым стойким, есть риск блевануть.

Большей части отряда хватило краткого словесного описания, на стойких и любопытных Кир цыкнул лично. Сам майор в фонтан всё-таки заглянул, хмыкнул и велел долить в бассейн нейтрализатора. Вода забурлила, будто кипяток в кастрюле, и помутнела ещё больше, но особенной разницы в энергетической структуре ловушки Ильнар не уловил – слишком глубоко прятались управляющие плетения.