У нас проблемы, ваша мрачность (СИ) - Сью Санна

— Горбатого могила исправит, — выдала я народную мудрость. — Ей не поможет перевоспитание на Земле, и в итоге мы с тобой получим новую, усиленную знаниями проблему.

— Раз уж я с тобой честен, то и ты признай, что просто боишься конкуренции, — вдруг насмешливо заявил Мирраж.

Я вспыхнула и, резко поднявшись, развернулась к нему.

— Ничего подобного! Просто Агата изнутри вся гнилая! — соврала, не моргнув глазом.

Не скажу, что без зазрения совести, потому что капельку стыдно мне всё же было. Я хоть и чувствовала чужую ложь, хоть и не любила её всей душой, но сама порой могла к ней прибегать, да ещё и весьма талантливо.

— У всех есть шанс на исправление. Ни одна душа не была создана гнилой, — возразил Мирраж.

Я отвернулась от него и поморщилась. Сама это знала! И не далее как вчера говорила ему, что нет добра и зла в чистом виде. Однако отправлять Агату на Землю мне не хотелось всё сильнее и сильнее. Согласна признать, что меня душила жаба.

— И как ты себе это представляешь? Судя по всему, существуют разные временные рамки между нашими мирами. Я провела на Земле двадцать семь лет, когда на Маоре прошло меньше часа. Зачем нам тут новая Агата к обеду? В Облачный город её с собой потащим? А вдруг она воспитается криво и станет нам вредить? — привела я новые, на мой взгляд неопровержимые, доводы против.

— Да, это возможная проблема, — немного подумав, согласился Властер. — Но что ты предлагаешь? Напомню: в этом теле у твоей сводной сестры осталось не так много времени. Можно, конечно, вернуть ей человеческий облик и поместить в мою темницу, чтобы не мешала. Но что дальше? Будет там до конца своих дней жить?

Я потёрла лоб. Да что ж всё так сложно-то⁈ Провести всю жизнь в заточении — это ужасный кошмар, которого и врагу не пожелаешь. На мой взгляд, тюрьма преступников не перевоспитывает, а наоборот озлобляет. А что если?..

Я опять присела перед клеткой, открыла её, ухватила Агату за шкирку, вытащила наружу да и шибанула её своей благостью! Магию правда на руки натягивала поспешно, но от всей души вкладывала в плетение желание сделать из сводной сестры образец смирения и кротости.

— Ой, мамочки! — только и выдохнула, отскакивая от стремительно меняющего размеры кролика.

Глазом не успела моргнуть, как передо мной стояла девица с шапкой коротких тугих кудряшек белого цвета, бровками, сложенными домиком, и лицом, похожим одновременно на овечку и мою сводную сестру.

— М-е-е-е, — тоненько сказала бывшая крольчиха и упала передо мной на колени.

Она обняла мои ноги и залилась слезами, продолжая горестно мекать.

— Да, так гораздо лучше, — добавив побольше сарказма в голос, прокомментировал Мирраж. — Теряюсь в догадках, чего именно ты добивалась этим действом.

Видимо, в моём сознании кротость чётко ассоциировалась с овцой, и поэтому вышло то, что вышло. Я тяжко вздохнула и попыталась Агату поднять, чтобы выяснить все последствия, причинённые моей благостью.

Оторвать её от ног оказалось непросто — она вцепилась в мои колени как в спасательный круг. Но самое страшное было в том, что кроме меканья из её уст ничего не вылетало.

Что если у неё уже мозг не выдержал и мы получили кролико-овечку в человеческом теле?

— Хватит! Прекрати! Давай сядем и поговорим! — взмолилась я с отчаянием.

И внезапно Агата послушалась: она поспешно поднялась, уселась на диванчик, сложила руки на коленях и уставилась на меня большими влажными глазами со смесью вины и обожания.

— М-е-е-е, — сказала она.

А мне, клянусь, послышалось: «Готова исполнять всё, что ты прикажешь, моя госпожа!». Пришлось даже тряхнуть головой, чтобы прогнать наваждение.

— Это же пройдёт? — с надеждой спросила я у Мирража.

Он вышел из-за письменного стола, подошёл ближе и смерил Агату внимательным взглядом.

— Даже не знаю. Всё же порождения мрака — не люди, а магические существа. У них имеется врождённая сопротивляемость чужой магии, поэтому они способны со временем скинуть твою благость. А вот обычный человек…

Я в отчаянии всплеснула руками, опять натягивая на пальцы магию. Может, если её ещё раз «благословить», наконец выйдет что-то путное?

Однако Мирраж сделал шаг между мной и диваном, взял меня за плечи и тряхнул.

— В последний разочек, — пробормотала я, умоляюще заглядывая в его бездонные глаза.

— Достаточно. Ты так ей точно мозги расплавишь, — не поддался он на мои уговоры. — Давай просто выясним, на что она сейчас способна, и подумаем, что с этим делать.

— Давай, — вынуждена была согласиться я.

Сняла с плеч руки Властера, обошла его и присела на диван рядом с Агатой.

Властер сел рядом с ней с другой стороны.

— Ты понимаешь меня? — спросила я сводную сестру, не обратившую ни малейшего внимания на соседство обожаемого крольчихой мужчины. Сейчас она смотрела только на меня и, кажется, ловила каждое слово, потому что с готовностью мекнула и закивала. И опять мне в этом меканье послышалось: «Да, я понимаю тебя, моя любимая сестра». Я потёрла ухо.

— Хорошо, а почему ты не разговариваешь? — спросила я.

Агата моргнула задумчиво и разразилась длинной тирадой… В смысле, замекала с выражением и паузами. Но благодаря этому у меня развеялись последние сомнения в том, что я её понимаю, потому что я услышала: «Я недостойна чести произносить слова, потому что раньше использовала их для дурных дел. Мне нет прощения, дорогая Ариадна, поэтому отныне из моего рта будут вылетать либо хвалебные песнопения в твою честь, либо достойные меня звуки». И она внезапно громко запела:

— О, моя прекрасная сестра Ариадна Душечкина, великая княгиня, показавшая свет заблудшей душе-е-е…

Я заткнула ей рот ладонью и с ужасом посмотрела на Властера. Он в это время широко улыбался и явно наслаждался представлением.

— Что ж, из хорошего: мозги ты ей окончательно не расплавила, просто переделала под своё удобство, — всё же ответил он, поймав мой вопросительный взгляд. — Поздравляю, но не от всего сердца, потому что даже я так не смог бы из-за элементарного отсутствия твоей богатой фантазии.

Я нахмурилась. Всё бы ему шутить!

— А делать-то что с этим будем? — пробурчала.

— Ничего, — пожал плечами Мирраж. — На мой взгляд, всё складывается идеально. На поминках предъявишь соседям твою сестру, которая слегка помешалась из-за того, что едва не пала жертвой мрачных монстров. Скажешь, что повезёшь её в Солану для того, чтобы показать магам и вылечить. Но главное, что в этом состоянии Агата не сболтнёт ничего лишнего, зато на любом артефакте правды сможет подтвердить и твоё замужество, и нападение мрачных тварей, даже если ей и взбредёт в голову тебе опять навредить. Хотя я очень сомневаюсь, что она в скором времени будет способна испытывать к тебе что-то, кроме обожания.

— А лучше бы иметь уверенность, а не сомневаться, — проворчала я.

— Ночью её проверю и точно скажу. Давай, пиши записки соседям, хочу скорее покончить с делами в поместье и поехать уже поближе к цели. Интуиция, которая раньше меня никогда не подводила, твердит, что дальше здесь всё пройдёт гладко и скучно, а всё веселье нас ждёт в Солане.

И на этот раз она его не подвела! Во всяком случае на счёт того, что ждёт нас в ближайшие дни в поместье.

С поминками, соседями и арендаторами всё прошло как по нотам.

Никто из соседей даже не усомнился в моём новом статусе, и никто из них не спросил, почему Мухин поспешил убраться восвояси. Они приносили мне соболезнования и жалели Агату, которая весь ужин флегматично жевала листья салата. Всё же овечьего в её личности оказалось очень много — это и Властер подтвердил после ночной проверки, и сама я это видела. Например, сводная сестра наотрез теперь отказывалась от мяса и рыбы, предпочитая им даже обычную траву.

С арендаторами тоже всё получилось даже лучше, чем я ожидала. Слух о волшебной воде и предстоящем вскоре розыгрыше других призов разлетелся по округе со скоростью урагана, и буквально через пару дней свободных домов в деревне не осталось. Когда я увидела у ворот поместья очередь из желающих поселиться на моих землях, решила даже цену аренды не снижать. Таким образом, к концу недели у меня появилось много денег, старательные крестьяне, которые с помощью «Удобрения» (так назвал свою воду Мирраж) соберут отличный урожай и дружелюбные соседи. Осталось только найти того, кто будет за всем этим хозяйством в моё отсутствие приглядывать, и можно отправляться в Солану.