Путь Строителя. Книга 3-8 (СИ) - Ковтунов Алексей

Подошел, остановился на расстоянии вытянутой руки. Бьерн покосился на меня, но работу не бросил, продолжал подгонять поперечину.

– Помощь нужна, – начал без предисловий. Нет смысла ходить вокруг да около, Бьерн – это не тот человек, которому нравится, когда ему заходят с дальнего фланга.

– Смотря какая, – он даже не обернулся.

– Башни у ворот. – пожал я плечами, хотя собеседник все равно этого не увидел, – Каркас стоит, стены поднимаем, но нужны деревянные перекрытия, лестницы, люки, и крыша, когда дойдет до нее. Работы много, и работы по дереву, а не по камню.

Бьерн наконец отложил инструмент и повернулся. Глаза усталые, но во взгляде проскользнуло что‑то живое, чего минуту назад не было.

– А мастер твой куда делся? Или ты решил без него работать? – бросил он с явной издевкой в голосе.

– Хорг на стене, руководит раскопками от рассвета до заката. – честно признался я, ведь правда, отбирать работу у Хорга я никогда и не думал. Тем более ее тут столько, что на всех хватит. В строительстве вообще всегда работы хватает, а если готов выполнять ее бесплатно так и вовсе, – У него своих забот хватает.

– Ну‑ну, – Бьерн скупо усмехнулся и провел ладонью по поперечине, проверяя гладкость. – Ты смотри, он на такое обижается. Если узнает, что ты мне предложил работу на его башнях, будет буря.

– Башни общие, не его и не мои. – помотал я головой, – Деревня строит, и деревне нужна крыша над головой, причем в буквальном смысле. А обижаться сейчас не на что и некогда, работы столько, что хватит на всех, и еще останется.

Бьерн помолчал, повернулся к вышке и посмотрел на нее так, будто прикидывал, сколько еще провозится.

– Перекрытия, лестницы, люки… – перечислил негромко. – Материал чей?

– Мой. Дерево найдем, Ольд поможет с заготовкой, если что‑то нестандартное понадобится. Главное, чтобы все было сделано грамотно, крепко и быстро.

Барн перестал ковыряться и прислушивался, хотя старательно делал вид, что полностью поглощен работой. Получалось у него не очень, потому что доска, которую он строгал, уже минуту назад превратилась в стружку.

– А кровлю? – Бьерн прищурился.

– Кровлю тоже. Ты лучший кровельщик в округе, не мне тебе объяснять. – и тут чистая правда, о нем как о кровельщике и правда говорят только хорошее. – Черепица будет, обожгу столько, что на обе башни хватит. Стропила, обрешетка, все остальное на тебе.

Бьерн покрутил в пальцах щепку, отломленную от поперечины, и молча кинул ее в сторону.

– Послезавтра, – наконец произнес он. – Сначала вышку доделаю.

– Бьёрн, – я посмотрел ему в глаза, стараясь говорить ровно, без нажима, но и без заискивания. – Здесь будет нормальная стена, потом нормальные кирпичные башни. В этих вышках уже давно нет никакой пользы, стена их перекроет по высоте, и обзор с башен будет в разы лучше. Староста, по‑хорошему, должен был остановить эту работу еще недели две назад.

Что‑то в лице Бьерна дрогнуло, но он быстро взял себя в руки.

– Стена будет когда неизвестно, а вышки вот они, уже стоят, – голос ровный, но за этой ровностью угадывалось раздражение. – И как видишь, эту я выше ставлю, чтобы дальше видно было.

– Дело твое. Просто имей в виду, что каждый день, потраченный на вышку, которая через месяц окажется за стеной и станет никому не нужна, это день, не потраченный на башню, где перекрытия действительно спасут кому‑то жизнь. – махнул на него рукой, все‑таки сейчас и правда не до каких‑то детских обидок или упрямства.

Бьерн молча уставился на вышку, перевел взгляд куда‑то в сторону ворот, где над крышами домов уже торчали верхушки каменных башен, и промолчал. Я не стал давить, сказанного достаточно, теперь пусть сам решает. Развернулся и пошел обратно, кивнув на прощание Барну, который выдал свой высокомерный хмык и сделал вид, что ему глубоко плевать на весь разговор, хотя глаза бегали с любопытством ребенка.

– Послезавтра с утра! – крикнул Бьерн мне в спину. – И скажи своим, чтобы все размеры подготовили! Я два раза мерить не буду.

– Договорились, – поднял руку, не оборачиваясь.

Ноги понесли дальше, к своему участку, а в голове уже выстраивался план на ближайшие дни. Бьерн возьмется, это уже понятно, и не просто возьмется, а впряжется всерьез, потому что мужик он дотошный, и если берется за работу, то делает ее на совесть. Конкурировать с Хоргом они будут до скончания веков, но конкуренция на стройке дело полезное, главное, чтобы не переросла в саботаж, а до саботажа, надеюсь, ни у кого из них не дойдет, слишком серьезные дела творятся вокруг.

Обернулся у поворота, просто машинально, и остановился. На дальнем конце деревни, у недостроенной вышки, два человека работали. Работали заметно быстрее, чем пять минут назад. Бьерн забивал клинья в верхнюю обвязку так, будто ему пообещали за каждый клин по серебряной монете, а Барн таскал доски бегом.

Торопятся закончить, чтобы поскорее взяться за что‑то настоящее, молодцы.

Ноги несли к участку, а голова перемалывала все подряд, от формулы бетонной смеси до расположения газоходов в полу будущего лазарета. Каждая минута на ходу давала время подумать, и это время я использовал на все двести процентов. К тому моменту, когда навес замаячил впереди, в голове уже сложился план работ минимум на три дня вперед.

Сурик нашелся у обжиговых ям, разгоряченный и перепачканный сажей по локти. Увидел меня, подбежал и уставился выжидающим взглядом. Паренек за последние дни научился читать по моему лицу новости быстрее, чем я успеваю их озвучивать.

– Все, Сурик, дерево есть, материалы есть. Сегодня приступаем к строительству лазарета, – и не удержался от улыбки, потому что в голове уже вертелась пара идей, от которых чесались руки. – И мне кажется, работать будет даже лучше, чем предполагалось. Есть некоторые мыслишки.

– Что я должен делать? – он нахмурился, и в глазах промелькнула знакомая готовность немедленно куда‑то бежать. – Как могу помочь? Чем ускорить?

– Просто делай столько кирпича, сколько можешь, – похлопал его по плечу. – У тебя отлично получается, процесс идет отлаженно и четко. Продолжай в том же духе и не отвлекайся попусту, так ты поможешь больше всего.

– Сделаю! – Сурик закивал так серьезно, будто давал клятву перед судьей, развернулся и побежал обратно к ямам.

Работа у него так‑то не только организационная, по совместительству он еще и на подхвате. Может заменить лепщика на какое‑то время, или взять тачку и сбегать за глиной, а то и вовсе замешать очередную порцию в яме по колено в жиже. Не отлынивает, и я даже не уверен, что он достаточно спит. При этом, не будучи руководителем, ведь мужики вряд ли станут слушать мелкого пацана, он нашел ко всем подход, и люди работают сами, выкладываясь на полную. Как ему это удается, я до сих пор не понимаю, но завидую.

Ладно, кирпич. Просто кирпич с рунами, просто немного лепки, чтобы восстановить Основу.

Хотел сразу взяться за големову глину, но решил сперва чуть отвлечься и полепил обычные кирпичи, не забывая проставлять на каждом из них печать. Одна единичка, вторая, третья, в груди стало теплее, руки перестали подрагивать. Как только пришел в себя, переключился уже на более ценные материалы.

Взял самую удачную формочку с рунами, сделанную из големовой глины, забил ее поплотнее тем же материалом, утрамбовал, разгладил до идеала, вытряхнул заготовку и приложил к ней ладони. Не повезло, лишний узел не появился, но и трех предостаточно. Так, теперь будем думать, куда и что размещать.

Впустил побольше Основы и прислушался к ощущениям. Здесь будет восстановитель, узел будто бы сам этого просит. А вот этот узелок попроще, туда накопитель поставим. Ну и третий, разумеется, будет поглотителем, а потом посмотрим, что из этого выйдет.

В этот раз пришлось потратиться серьезно, ведь руны выводил не палочкой, а концентрированной Основой, выжигал рисунок в самом материале. Зато и результаты превзошли все ожидания. Накопитель нанес аж почти на сорок процентов, восстановитель на двадцать, а вот поглотитель…