Фунт изюма для дракона (СИ) - Мун Лесана

Я тоже встаю. Меня еще немного кружит, но уже вполне терпимо, поэтому иду вслед за генералом. Возле двери он внезапно останавливается и, прежде чем выйти на улицу, спрашивает:

— А как ваше настоящее имя?

— Варвара, — отвечаю почти сразу же. — Варя.

— Варя, — повторяет генерал, глядя на меня горящими углями глаз. — Красиво. И очень вам подходит.

Сказал — и вышел. А я еще какое-то время смотрю ему в спину. Ну что… вроде, неплохо все прошло.

— Слу-у-у-шай, — Наташа подходит ко мне, — возможно, мне кажется, но как бы наш грозный генерал не запал на тебя. Гы.

— Не говори глупостей, — отмахиваюсь, закрываю дверь магазина на замок, а потом еще и на тяжелый засов. — Ты его хорошо рассмотрела? А теперь посмотри на меня. Где он и где я. У нас разные вселенные. И это не метафорично.

— Ты — красавица. Для того, чтобы мужчина влюбился этого достаточно, — с видом эксперта заявляет Наташа.

— Чтобы парень влюбился. Молодой. И мало видевший жизнь. У взрослых людей, поживших, это не так работает, — возражаю.

— Ой, не придумывай. Просто ты боишься и все! Сколько ты уже одна? Тридцать лет? Я бы тоже боялась после такого перерыва. Но генерал на тебя запал, это сто процентов. У него глаза такие становятся… когда он на тебя смотрит.

— Какие? — спрашиваю с интересом.

— Хищные.

— Ой! — начинаю смеяться. — Наташа, ну ты как скажешь — хищные глаза. Насмешила.

— А что такого? Ну да, хищные. Смотрит внимательно и пристально, как хищник на добычу.

— Ладно… оставим этот разговор. Есть дела гораздо важнее. Я придумала, что нам нужно сделать, чтобы исправить сегодняшний прокол.

— Что? — Наташа берет пирожок и вгрызается в него, потом с одобрением мычит. — Ну вкусно же. Чего им еще надо?

— Мне сегодня пришло в голову, что кругом продают большей частью дрожжевое тесто. Только в одном месте видела песочное и ни одного — слоеного!

— Только не говори…

— Говорю! Делаем ставку на слойки! Начнем с «Наполеона», потом сладкие слоечки и, когда прикормим покупателей, добьем мясными и грибными слоеными пирожками!

Наташа какое-то время смотрит скептично на мое воодушевлённое лицо, а потом говорит:

— А почему мы не можем, как все, готовит дрожжевое тесто? Зачем эти эксперименты? Сегодняшний вот провалился. Одни убытки только.

— Потому что этот рынок уже занят, — объясняю внучке. — Многие покупатели, которые приходили сегодня, упоминали, что у них уже есть любимые булочные. Чтобы мы сейчас не утонули, нужно давать что-то похожее на то, к чему привыкли клиенты, но в то же время — другое. Ну и по рекламе требуется лучше подготовиться. Листовок явно недостаточно.

— Это да… А что если… организовать завтра, за день до открытия презентацию? Оденемся поярче, к счастью, попугайского барахла в этом доме хватает и сделаем дегустацию твоего фирменного «Наполеона». Нарежем малюсенькие кусочки, чтобы только на один зуб и приготовим по глотку компота. Как думаешь?

— Наташа! Это очень классная идея! — Радостно обнимаю внучку. — Делаем упор на торт. А там — и остальное подтянется. А теперь пошли переодеваться и будем делать слоеное тесто, ему время нужно, чтобы отлежаться. Да и «Наполеон» вкуснее, когда пропитается…

— Ничего, твой торт и так пойдет! Все, кто был у нас в гостях вспоминают твой «Наполеон» со слезами экстаза на глазах и надеждой, что их еще раз пригласят на застолье, — подбадривает меня Наташа.

— Решено. Приступаем!

Переодеваемся мы быстро. На кухне нас ждет пончик, все еще выглядящий пугающе, но уже хотя бы без пыльной шапки на голове.

— Считаю, ваша идея хороша, — заявляет нам сразу, едва мы появляемся на кухне. — Я помогу, чтобы тесто быстрее дошло, а торт лучше пропитался. Это мне по плечу. Если, конечно, оно у меня есть, плечо это.

Алик хихикает. Петросян местечковый. Я же, без промедления, надеваю фартук и принимаюсь за тесто.

— Маргарин у вас есть? — спрашиваю у пончика.

— Что? — переспрашивает Алик с полнейшим недоумением.

— Опачки, приехали, — комментирует Наташа.

А я чувствую, как у меня все опускается. Ну как так-то? Куча пекарен, булочных и кондитерских, но при этом нет маргарина?!

Глава 13

— Я первый раз слышу такое название, — повторяет Алик.

— Это плохо… — сажусь на стул.

— А, может, масло? — подает идею Наташа.

— Можно и масло, — соглашаюсь, — но оно быстрее тает, тесто может получится не такое слоистое, как нужно.

— Так ведь тут никто и не ели никогда слоек. Откуда им знать, какое оно должно быть?

— Это я понимаю, но…

— Ба, ну не делай себе проблему на ровном месте. Давай масло добавим и…

— Алик? — перебиваю Наташу, обращаясь к пончику, который сидит на углу стола, размахивая ножками. — А ты можешь быстро сделать маргарин, если я тебе скажу его составляющие?

— А у нас есть продукты для него? — интересуется пончик, вставая во весь рост.

— Есть, — киваю.

— Тогда неси, будем магичить!

И я несу. Молоко, растительное масло, сало и яйца. И подробно рассказываю, что нужно делать. А потом сама же и делаю, но с магической помощью пончика. И там, где нужно долго перемешивать, или охлаждать — все получается в течении одной-двух минут.

Всего час проходит — и у нас есть маргарин. И тогда я принимаюсь за «Наполеон». Коржи выпекаются легко и быстро. Не ломаются, не пригорают. Пока они остывают, я делаю два крема. Заварной на молоке и масляный. Смешиваю их.

Хорошенько пропитываю хрупкие, тонкие коржи кремом. Верх и бока торта присыпаю раздавленной крошкой.

— А теперь ему нужно пропитаться, — говорю Алику. — А потом его нужно поставить в холод, так будет гораздо вкуснее.

— Все, понял, сделаю в лучшем виде, — отвечает пончик и через секунду пропадает вместе с десертом.

— Надеюсь, он вернет «Наполеон» целым, — усмехается Наташа.

— Хорош зубы скалить, — говорю ей, — и без того простояла просто так сколько времени. Давай, надевай фартук, будешь помогать мне делать слоенное тесто. Нам его много надо.

Мы работает в тишине. Быстро и вдохновенно. Наташа все повторяет за мной. Холодный маргарин и теплая мука. Мягкое тесто. Смешиваем и раскатываем. И снова смешиваем, и опять раскатываем. С каждым новым раскатом тесто наполняется магией воздушности, а слой за слоем создаёт гармонию, которая станет основой для пирогов, круассанов или волшебных слоёных пирожков. Смотря, что мы придумаем.

Заканчиваем с тестом мы уже далеко за полночь.

— Ба, нужно ложиться спать, — говорит Наташа, отчаянно зевая. — Никакие «Наполеоны» нам не помогут наладить бизнес, если мы завтра будем выглядеть, как восставшие зомби.

— Да, пожалуй, что так, — в очередной раз соглашаюсь с внучкой и, бросив последний, оценивающий взгляд на проделанную работу, гашу светильники.

Не знаю, ка Наташа, а я в эту ночь сплю беспокойно. Долго верчусь и не могу заснуть, а когда, наконец-то погружаюсь в сон, то снова оказываюсь в белом тумане.

— Э-эй! Друг! — зову того, кто разговаривал со мной в прошлый раз.

— Надо же, кто пришел, — раздается откуда-то сбоку из мглы.

— Я хотела спросить. На счет тех твоих слов о том, что все отвернутся. Что произойдет? Что мне нужно делать?

— Соломку подстелить хочешь? — шипяще-кряхтящий звук почти похож на смех. Почти. — Не получится. От тебя уже ничего не зависит.

— Ерунда! Все в нашей жизни зависит только от нас, — возражаю.

— А разве ты сейчас живешь своей жизнью?

Я задумываюсь и с этим вопросом так и просыпаюсь.

— Конечно, это теперь наша жизнь, — вообще без паузы отвечает Наташа, когда я спрашиваю ее об этом на следующее утро за завтраком. — По закону попаданства. Мы получили второй шанс, мы теперь управляем этим телом. Да, нас могут догонять события из прошлой жизни тех двух воровок, но все же теперь мы строим свое.

— Боже! Все как-то очень запутанно. Жаль, что я не читала книги про попаданок, может, теперь бы немного лучше понимала, что происходит.