Сказано — сделано.
Еще до того, как комок перестал дрожать, родители создали нужное. Одаренная душой сущь поспешила спрятаться в теле, как в убежище. То недолго пролежало на полу, а после, получив разум, открыло глаза.
— Похож на тебя в период ученичества, — едва слышно прошептала Эрслоу.
— Надеюсь, он будет таким же молодцом. У нас даже с балансом вышло неплохо, — ответил мужчина.
Они оба с теплотой посмотрели на усевшееся на полу создание и приветствовали хором:
— Здравствуй, сын!
— Называйте меня Лартугом, — заметил он и попытался встать на ноги. Получилось неловко, но мило.
— Хорошо, — пообещал Черлинд, протягивая ему руку, чтобы помочь.
Эрслоу рассмеялась. У них все получилось как надо. На душе стало удивительно хорошо. Поцеловала своего ненаглядного в висок и потерлась о его шею носом. Не помнила родителей, но страшно радовалась, что у нее теперь есть ребенок.
Черлинд отвлекся от сына, вернул поцелуй и нежно обнял ее за плечи. Похоже, угадывал каждую ее мысль и тоже был счастлив.
В пещере у пестрого полотна, карауливший неподалеку дух проводил взглядом новую темно-зеленую толстую нить, усмехнулся, покачал головой и направился в зал со Столом Предназначений. Собрался накинуть пыли на два кресла во главе, чтобы отбить желание у молодняка беспокоить Эрслоу и Черлинда зря. Эти двое заслужили покоя еще на пару поколений. У полотна на этот счет не было никаких сомнений.
