Что самое удивительное, у девчонки не было ни груди, ни задницы, а Джойс любил, чтобы было и то, и другое, и, желательно, покруглее и поаппетитнее. Он смотрел на узкие плечики, длинную, изящную шейку, заостренный овал лица, похожий на сердечко, белозубую улыбку, и приятное тепло разливалось по телу. Он млел.
Он впервые заметил ее, когда рано утром возвращался в общежитие из города от очередной подружки.
Уже рассвело, парк утопал в густой влажной дымке утреннего тумана. День начинался пасмурно, серо. Было безветренно, но зябко, и каждая былинка прогибалась под россыпью прозрачных камушков росы, и лежала густым пышным ковром дымка. Он шел, позевывая, не глядя по сторонам, кутаясь в плащ, когда случайно, мельком, заметил движение сбоку и повернул голову в его сторону.
Джойс застыл на месте от увиденной дивной картины, в мгновение ока забыв про сонливость и вялость.
Она что-то высматривала в траве. Ведьмин цветок? Усницу для зелья или мятлик? Да какая разница…
Юная ведьма величаво плыла над стелящимся туманом, высоко приподняв, чтобы не замочить в росе, юбку с ослепительно белым кружевным подъюбником. Было в ней что-то чистое, возвышенно-прекрасное… Воодушевленное от таинства личико, распущенные волнистые волосы, смуглые обнаженные ключицы и плечи над глубоким воротом, собранным на завязках, красный тугой поясок вокруг талии и… коленочки. Хортовы коленочки!.. Аккуратные, словно вылепленные умелой рукой, четкие, гладкие и такие восхитительные, что у Джойса голова закружилась.
Он только в этот момент осознал, что никогда раньше не обращал внимание на женские колени. Слепец!.. Какое непростительное упущение! Сколько же в них крылось смысла и красоты. Кто придумал эти длинные юбки? Под ними прячут настоящие сокровища! Хотя нет… Джойс не хотел, чтобы ими любовались другие парни. Он не собирался ни с кем делить это тайное знание.
И теперь эти коленки так и стояли у него перед глазами. Хуже того! Они не отпускали его даже во сне. Они затмили собой целый мир, им хотелось поклоняться, их хотелось целовать, прижиматься к ним щекой, скользить по ним пальцами, трогать, и…
– Любуешься?
Джойс вздрогнул, неохотно отлип от стены и развернулся на звук знакомого голоса.
Перед ним стояла Вивьен.
– А, это ты… Привет! Одна? – он с наигранным удивлением осмотрелся по сторонам. – Без Лангранжа и своей бессменной свиты? Где Орис и леди Хаос?
– Ты так сильно соскучился по Лангранжу? – не осталась в долгу Вивьен. – Тогда лучше прижиматься к стене у ректорского корпуса, он там чаще бывает.
– Тебе видней…
– Ведьму себе выбираешь? – кивнула Вивьен в сторону весело хохочущей компании.
– Не угадала, приглядываю за Элис.
– Ну-ну. – не особо поверила Вивьен. – У меня к тебе предложение. Деловое.
– Может, не надо? У меня после каждого твоего «делового предложения» глаз седмицу дергается.
– Да, зато потом ты входишь во вкус и тебе начинает нравится.
– Ладно… – обреченно вздохнул Джойс. – Выкладывай, что на сей раз?.. Тренировки возобновляем?
– Нет, Лангранж команды пока не давал.
– Тогда в чем дело?
– В тебе. Понимаешь, опыта у меня в этом пока маловато, и я сначала думала, что это огонь… Все-таки рыжий цвет, – она кивнула на его густую шевелюру, – и всё такое… а потом поняла, точнее, почувствовала, – нет, это земля. Ты просто за лето выгорел на солнце и…
Джойс изменился в лице, дернулся, подхватил Вивьен под руку и повел подальше от посторонних глаз и ушей, и, чуя подвох, на всякий случай понизил голос:
– Я сейчас из твоей речи ни слова не понял. Ты можешь изъясняться нормально, а не загадками?
– Да я про стихию говорю… Твою.
– Да тише ты! Не ори! – одернул ее Джойс, озираясь. – Услышит кто-нибудь. – и, понизив голос еще на полтона, добавил: – Мы же договаривались, что ты не будешь никому об этом рассказывать.
– Так я и не рассказывала…
– Почему тебе есть до этого дело? Даже не так… Почему ты в этом разбираешься? Ты же темный маг, а не ведьма!
– Есть вещи, которых я, в отличие от тебя, не стыжусь… Но если у тебя, неженка, в голове такое не укладывается, и чтобы ты не свалился в обморок, как впечатлительная девица, можешь считать, что я маг со стихийными силами… Так подойдет?
– Чего? – оторопел Джойс и тут же недоверчиво рассмеялся. – Шутишь, да? Дурака из меня делаешь?.. Так не бывает, это противоречит самой сути магической природы…
– Очень может быть. Но от этого лично для меня ничего не меняется… – и добавила шепотом: – Я могу научить тебя управлять стихией. Тебе это может здорово пригодиться, потому что делать вид, что у тебя ничего нет намного опаснее, поверь мне, и для тебя, и для окружающих.
– Нет у меня никаких стихий…
– Есть, и весьма неслабая.
– И как только я раньше-то без тебя обходился, а?! – взъелся парень громким шепотом. – Мне это ни на хорта не нужно! Я не хочу ничем управлять, просто забудь об этом. Я темный маг, понимаешь? И никакого отношения к ведьминским стихиям не имею, ясно?
– Ясно.
Вивьен высвободила локоть из руки Джойса и сочувственно посмотрела на парня:
– Смотри не пожалей.
Развернулась и ушла, ни разу не оглянувшись.
Джойс постоял в размышлениях.
Стихией управлять… И пришло же этой сумасбродке такое в голову! Чокнутая, честное слово… Он свою любовно взращиваемую в течение нескольких лет репутацию до конца жизни не отмоет после такого. Его же засмеют все парни на курсе.
Едва заметная дрожь земли под ногами слегка удивила Джойса, но он не предал этому значения. Подумал, что показалось.
Он повертел головой по сторонам. Юных ведьмочек, весело болтавших у столовки, и след простыл.
Джойс расстроился и одновременно разозлился на себя. Да что он ведет себя как маленький? Ходит за ней, подглядывает. Это обычная похоть, плотское желание. Надо его утолить, не откладывая, и успокоиться, забыть девчонку.
Решение виделось ему вполне разумным и логичным.
И, насвистывая фривольную песенку, он двинулся в город.
Глава 29
– Нет.
Прозвучало вполне категорично.
Вивьен всегда восхищали люди, способные твердо и четко говорить это слово. Отец утверждал, что сказать «нет» способен только внутренне свободный, зрелый, уверенный в себе человек. У нее получалось не всегда, но она старалась работать над собой.
– Нет. – повторил Орис.
– Будь любезен, поясни, почему? – невозмутимо попросил Корвел.
– Потому что есть шанс остаться без магии. А я не хочу. Я уже выбрал путь темного мага и буду жить с тем, что получил при рождении.
– Согласен с твоими опасениями, – не стал давить оборотень, – но это позволит почти на четверть увеличить силу магического потенциала. Я прав, Вивьен?
Кроме Ориса, Корвела и Вивьен на полигоне не было никого. Когда декан Лангранж отменил их тренировки, сюда редко кто заглядывал после занятий.
– Отчасти… – откликнулась Вивьен. – Четверть – это при самом хорошем раскладе.
– Вот именно, – подхватил Орис, – а как велика вероятность, что мне повезет с раскладом? И потом, если это так безопасно и здорово, почему все маги так не делают?
Вивьен поморщилась, вспоминая, как болезненно выплеснулся ее источник прошлым летом в ковене Семи Лун.
– Любому, даже средней руки магу это не особо прибавит возможностей. Сила размажется по заклинаниям и заметна не будет.
– А мне тогда зачем, если разницу незаметно?
– Не подумай, что я тебя уговариваю, решение ты должен принять сам, но именно в твоем случае это сработает весьма ощутимо.
– А как быстро магия восстановится?
– Может, за день, а может, за месяц. – пожала печами Вивьен. – Тут как пойдет, не угадаешь.
– А может, и вовсе не восстановится?
– Не исключено.
Орис опустил плечи и сник, потом поднял голову и негромко сказал:
– Я не хочу, чтобы стало хуже. Больше нечего обсуждать.
