Дети дракона - моя тайна. Мастерская тортов 2 (СИ) - Риш Мартиша

- Спасибо вам, - я действительно искренне поблагодарила старика.

- И тебе тоже. Не забудь табличку подписать, нужно ее с самого утра повесить над входом в мою лавочку.

- Хорошо, не забуду.

- По кусочку торта для деток я прибрал в шкаф стазиса. И еще один отложил, ты хотела его отнести какой-то девочке.

- Спасибо, и вправду.

Маг ушел, сквозь окно я увидела, как он обернулся лохматой собакой, перемахнул через забор и бодро побежал по дорожке в сторону своего дома.

Я огляделась и принялась за работу. До рассвета нужно успеть сделать еще столько всего. Заштопать рубашку, которую принес сосед, зашить платье его дочери. Сердце кольнуло неприятное воспоминание. Фабиан ведь сделал мне предложение, теперь нужно найти слова, чтобы ему отказать. И сделать это нужно не обидно, хотя бы ради его маленькой дочки. Еще неплохо было бы немного поспать, хоть пару часов. Только б не проспать в школу!

Я на цыпочках прокралась в комнату деток. Малыши сладко спят каждый в своей постельке. Марек раскрылся, сбросил в сторону одеяло. Я заново укрыла своего сына, поправила сбившуюся простыню, погладила его по пухлой щечке. На лбу сына проступила морщинка, того и гляди он проснется. Дочка спит сладким сном, она, наоборот, натянула на голову одеяло, пришлось чуть стянуть его вниз. Девочка моя даже не пошевелилась во сне.

Я заметила повешенные над окном комплекты школьной одежды. Оборотень вычистил мантии и разгладил их. Какой чудесный старик, за какие добрые дела нам послали его боги? Я прикрыла на ночь створы окна и вышла из комнаты. Пожалуй, рубашку соседа зашить я уже не успею. Придется наложить на ткань заклятие метаморфозы. И на платье его дочери тоже, надеюсь, дырка на нем не слишком велика, и мое колдовство посчитают просто-напросто аккуратной работой хорошей хозяйки. Вот как же ему отказать? Как объясниться, чтоб не обидеть?

Первый том выложен на Литнет полностью бесплатно,

его можно найти в моем профиле.

С любовью, ваша Мартиша.

Глава 2

Адриан

Картина мира напоминает разобранный пазл. Точнее, целых два пазла, смешанных вместе. Безопасная научная экспедиция в параллельную Вселенную почти сразу превратилась в невероятную авантюру, приключение.

Аппаратура в первые же сутки вышла из строя, я даже не сразу испугался, дурак! Связь-то с Землей осталась! Зато все остальное пошло наперекосяк. Схватки, долгие пешие переходы, нищие, сидящие вдоль дороги. Первый меч, тот, что выдали в институте, я благополучно обменял на миску похлебки в таверне - стыдно кому рассказать. Не представляю, что подумали на Земле, когда получали мои первые отчеты. Связь тогда еще почти не барахлила. Это потом разрядился аккумулятор в телефоне - земные солнечные батареи отказались "жрать" энергию местного солнца – выкручивайся, как хочешь, Андрюша! И я как-то исхитрился выкрутиться.

Нет, я тогда правильно сделал, что сплавил клинок. Иначе бы не смог стать Адрианом. Так бы и остался безродным драконом, или и вовсе погиб. По эфесу меча меня бы и разоблачили после первого боя. Я не сразу догадался об этом. Мы на Земле, если положить руку на сердце, до самого начала эксперимента почти ничего не знали об этой параллельной Вселенной. Столько меня ждало здесь сюрпризов! Их не то что теорией не предугадать, они и во сне не приснятся.

Андрюша, ты только не подведи!" - хрипел первые месяцы начальник в трубку по жалкой ниточке межмировой связи. Я тогда ночевал, помнится, по оврагам. И до одури завидовал тем, кто может позволить себе макароны с котлетой в институтской столовой и хоть какой-нибудь кров над головой.

Мой внезапный оборот, прямо в небе, точнее на краю обрыва с которого я рухнул. Потянулся за редким камушком, немного не рассчитал и ку-ку! Ох и хлебнул я эмоций! Приземление было жестким, мой зверь почти отбил хвост о камни. Ворчал потом очень долго. Как я шалел первое время от голоса в груди, от мыслей и чувств своего дракона, словами не передать. Порой казалось, что натурально схожу с ума. Пытался научиться оборачиваться из одной ипостаси в другую по своей воле, а не случайно.

Потом была охота в предгорьях за дичью в полной темноте, ночами, чтобы никто из местных меня не заметил. Вечный голод, не прожаренное толком на костре жёсткое мясо. Помню, как я пробовал готовить первое время на собственном пламени. Жуткая жуть! Мясо горело, отдавало жженой резиной, бензином и серой, а я дико мечтал хотя бы о корочке хлеба. О горбушке дарницкого черного. Мне она тогда казалась лучшим деликатесом, пищей богов. И не важно, что на деревьях в лесу растут орехи и фрукты, собирай – не хочу. Исхитрился менять подранные шкуры животных на кашу у местных. Вырезал проколы от собственных когтей тупым ножом и прикидывался отшельником согласно изначальному институтскому плану, который катился к чертям.

Зато какие это были полёты под звездным небом! Мощь крыльев, ловкость, я казался себе выпущенной из лука стрелой!

А потом был мой первый бой с орками. Решающий. Как я только влез в эту схватку и выжил? Спасибо подготовке перед экспедицией, урокам в зале. Мой преподаватель по фехтованию был действительно гениален. Я победил. Потом и кровью выдрал свою жизнь из орочьих лап. До сих пор помню это удивительное чувство в груди – полное ликование! Сам дышал через раз от усталости, был легко ранен в руку. Обошлось, зеленка у меня еще оставалась.

Адриану и его свите повезло куда меньше. Я нашел их всех рядом, в кустах, когда искал, чем можно поживиться в лагере разбитых врагов. Мечтал раздобыть сухари себе на еду или меховой плащ – предел мечтаний. Никакая синтетика никогда не заменит мех.

Я до сих пор не знаю, почему дракон не совершил оборот, почему не разбил врагов в обличии дракона. Мог же. Это я не успел обернуться. Ему-то времени и умения хватило бы. Парень уже умирал, когда я подошел. Странное дело, убитых орков мне было не жаль. А его? Я словно в зеркало посмотрел. Легко представил себя на его месте. Подложил под голову парня какой-то плащ и говорил. Мы успели многое обсудить. Да, можно сказать, и так. Он поведал о своей судьбе, о надеждах, которые на него возложили, о чести и долге, о друзьях и врагах. Собственно, друзей у него не осталось – те, что были - его свита - погибли.

Адриан сам по своей доброй воле отдал мне доспех, родовой меч, имя, золото из карманов... Я в обмен дал слово прожить за этого парня его судьбу, пройти его путь, вернутся в столицу с победой, оправдать надежды его матери. Он очень любил ее, благоговел перед нею и своим родом.

Не знаю, что мной тогда руководило. Честно, не знаю. Жажда богатства здесь, в этом мире? Жажда славы? Надежда успешно завершить свою собственную экспедицию? Думаю, я тогда просто очень сильно пожалел этого паренька, вот и пообещал ему исполнить его долг, пройти его жизнь до конца. Мне это было выгодно. Со славным именем жить стало куда легче.

В столицу я не спешил, чтобы не быть разоблаченным родней и знакомыми Адриана. Нанял новую свиту на постоялом дворе. Ребята попались дерзкие, чуть меня самого не зарезали на следующий день. Весело было, но обошлось. Дальше командировка пошла на, так скажем, привилегированных условиях, насколько это возможно в местных реалиях.

Мой начальник в институте чуть не помер от счастья, когда узнал, что именно я провернул. Никто не ожидал, что я вообще смогу обрести зверя, вторую ипостась. На Земле не знали, как этот оборот происходит впервые, откуда у дракона возникает его зверь. Где его ищут и как получают. С меня даже выговор за потерю казенного меча благополучно списали. К награде представили. Ее мать за меня получала, сам ректор вручал. Я так счастлив был, словами не передать.

Это потом начали всплывать некоторые подробности из жизни паренька и длинный-длинный перечень его долгов: помолвка с магичкой, уважение к роду, необходимость соблюдать традиции и тэдэ, и тэпэ.

Полное погружение в реалии, отчеты, которые я набирал на телефоне в укромных уголках, чтоб только никто не увидел, для каких целей я использую свой колдовской оберег, черное зеркало в оправе из слоновой кости. Где я только не сидел с телефоном, чтобы успеть набрать текст. И на дереве, и в кустах, и ... стыдно вспомнить. Ничего, обвыкся, даже нравиться стали приключения. Освоил магию, научился ворожить худо-бедно.