Будь ты проклят, мерзавец! Я найду способ отомстить!
3
Сырой, пропитанный морской солью воздух обжигал лёгкие.
— Села! — рявкнул наёмник, больно ухватив меня за локоть, когда мы взошли на небольшое торговое судно, которое промышляло незаконными перевозками.
Я вжалась в угол, стараясь стать как можно незаметнее, но холод пробирал до костей. Деревянные доски палубы были влажными от морской воды, а стены трюма источали запах плесени и гниения.
Так началось трёхдневное изнурительное плавание.
Тухлая рыба, казалось, пропитала здесь всё: стены, пол, даже воздух.
Желудок сводило спазмами, и я крепко обхватила колени руками, пытаясь сдержать подступающую тошноту. Живот болезненно сжимался, но я стиснула зубы, не позволяя себе показать слабость.
Корабль покачивался на волнах, но я не должна была терять сознания.
Малейшая слабость, и любой мужчина на корабле воспользуется этим. Хотя тут были и другие девушки. Их содержали в отдельных отсеках.
Слёзы навернулись на глаза, но я быстро вытерла их грязной ладонью. Нельзя сдаваться. Только не сейчас, когда от меня зависит жизнь моего ребёнка.
Где-то наверху слышались грубые голоса матросов и обрывки их фраз.
Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на дыхании, чтобы не думать о голоде, холоде и жажде.
Скрипнула дверца трюма, и в проёме вновь появился наёмник. Он ухмылялся, держа в руках бурдюк с водой.
— Ну что, красотка, — протянул он, медленно приближаясь ко мне. — Жажда замучила?
Я бы сейчас и душу продала за один лишь глоток воды…
Его глаза блестели недобрым огоньком, а пальцы крепко сжимали горлышко бурдюка. Он демонстративно помахал им перед моим лицом, словно дразня голодного пса.
— Может, поцелуешь меня, а? — прорычал он, придвигаясь ближе. — Тогда, может, и дам.
Я отпрянула, вжимаясь в сырую стену. Каждая клеточка тела кричала от отвращения, но жажда становилась невыносимой. Горло пересохло, а во рту появился металлический привкус.
Наемник заметил мою реакцию и громко расхохотался.
— Вижу, что хочешь. Но нет, так просто ты его не получишь. Сначала заслужи.
Он сделал шаг вперёд, и внутри меня всё заледенело от страха.
Его грубые и мозолистые пальцы потянулись к шнуркам на поясе.
Я замерла, чувствуя, как кровь отступает от лица, а сердце замирает в груди.
Наемник медленно наклонился ко мне, его дыхание стало тяжёлым и прерывистым, предвкушающим своё грязное преступление. В глазах читалось неприкрытое желание, от которого меня замутило еще сильнее.
Я вжалась в стену, пытаясь стать невидимой, но это было бесполезно.
Внезапно снаружи раздался резкий окрик:
— Эй, ты! Куда запропастился? Капитан хочет поговорить!
Наёмник замер. В его глазах промелькнуло раздражение, но приказ есть приказ. Он выругался сквозь зубы, бросив на меня голодный взгляд.
— Загляну попозже, — усмехнулся он и поправил орган в штанах.
— Только через мой труп, — процедила я сквозь зубы, сверля его взглядом.
Его лицо исказила гримаса злости.
— Посмотрим, как ты заговоришь через пару часов, — бросил он, разворачиваясь к выходу. — Жажда — она такая… Умеет размягчать самые твердые сердца.
Дверь захлопнулась, оставив меня наедине с тишиной, холодом и невыносимой жаждой.
4
Время тянулось бесконечно медленно. Каждый вздох давался с трудом, а жажда становилась всё невыносимее. Я уже начала терять надежду, когда услышала шаги на лестнице.
Раздался скрип. Ручка повернулась, а в дверном проёме появился мальчик лет шести, с испуганным взглядом и перепачканной рубашкой. Он огляделся по сторонам, словно боясь, что его кто-то увидит.
— Вот, — прошептал он, протягивая мне небольшое, чуть подпорченное яблоко. — Я… Я видел, как тот мужчина издевался над вами.
Я замерла, не веря своим глазам.
В этом царстве жестокости и бессердечия кто-то сохранил человечность.
— Возьми, — настаивал мальчик, делая шаг вперёд. — Пожалуйста.
Слёзы навернулись на глаза. Я осторожно приняла яблоко.
— Спасибо тебе, — прошептала я, с трудом сдерживая эмоции. — Спасибо большое.
Мальчик быстро отступил к двери.
— Только никому не говорите, что это я, — тихо произнёс он. — Они не должны узнать.
— Конечно, — кивнула я. — Спасибо тебе ещё раз.
Он исчез так же внезапно, как и появился, оставив меня вновь одну.
Яблоко было немного подгнившее с одного бока, но для меня сейчас это не имело никакого значения.
Я откусила маленький кусочек, стараясь растянуть удовольствие. Сок потек по подбородку, но я не обращала на это внимания.
Доев яблоко, я осторожно, стараясь не шуметь, закинула огрызок в одну из бочек с тухлой рыбой, чтобы никто не узнал об этом маленьком акте милосердия.
Не успела я перевести дух, как услышала знакомый скрип открывающейся двери. В проёме снова появился мальчик, на этот раз с небольшим бурдюком в руках.
— Я… Я принёс вам воды, — прошептал он, озираясь по сторонам. — Только очень тихо.
Я не могла поверить своему счастью.
— Спасибо, — прошептала я, едва сдерживая слёзы.
Мальчик быстро передал мне бурдюк и отступил назад.
— Пейте скорее, — торопливо проговорил он. — А то хватятся, и я отхвачу нагоняй от капитана… Вы не заслуживаете такого обращения.
Я припала к горлышку бурдюка, жадно глотая прохладную воду.
Казалось, я никогда не напьюсь, но всё же вернула бурдюк мальчику, едва сдерживая слезы облегчения.
Прежде чем я успела что-то сказать, он исчез, словно призрак.
Дрожа от холода, я свернулась калачиком в углу, пытаясь согреться. Мокрая одежда липла к телу, а сырость трюма пробирала до самых костей. Зубы выбивали дробь, но укрыться было абсолютно нечем — ни одеяла, ни даже куска ткани.
Внезапно дверь с громким скрипом распахнулась. Я уж было понадеялась, что мальчик принес мне что-то накинуть, но на пороге стоял наёмник. Его лицо исказила злорадная ухмылка. Он явно наслаждался моим положением.
— Ну что, красотка, — протянул он, медленно приближаясь. — Пить хочешь? Теперь пора отрабатывать.
Его глаза жадно скользили по моему телу, и я почувствовала, как страх сковывает движения. Он остановился в шаге от меня, наслаждаясь моим ужасом.
— Тебя никто не спасёт, — прошипел он, наклоняясь ближе. — Ты моя, и я сделаю с тобой всё, что захочу.
Я вжалась в стену, пытаясь отстраниться от его смрадного дыхания. Каждая клеточка тела кричала от отвращения и страха.
— Да пошёл ты, — процедила я, с трудом сдерживая дрожь.
Его лицо исказила гримаса ярости.
— О, ты ещё и дерзишь? — прорычал он, хватая меня за плечо. — Посмотрим, как ты заговоришь, когда я…
Он не успел закончить фразу. Внезапно снаружи раздался громкий крик:
— Тревога! К нам приближаются военные корабли! Всем по местам!
Наёмник замер, его рука всё ещё сжимала моё плечо.
— Проклятье, — выругался он, отпуская меня. — Не пытайся бежать.
Он вылетел из трюма, оставив меня одну.
Я тяжело дышала, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.
Военный корабль… Неужели Эйнар всё узнал и мчится ко мне?
5
Военный корабль!
Эйнар не мог бросить меня на растерзание. Он, конечно же, раскрыл заговор и теперь всеми силами старался спасти.
Мой герой…
Я знала, что он не мог бросить меня!
Оставалось только привлечь внимание. Я металась по трюму, как птица в клетке. Стучала кулаками в дверь, кричала, звала на помощь, но никто не откликался.
— Помогите! — вопила я, колотя в дверь изо всех сил. — Здесь пленница! На помощь!
Прижалась ухом к двери, пытаясь уловить хоть какие-то звуки борьбы, крики, шум сражения. Но ответом мне было лишь поскрипывание корабля, шум волн за бортом и далекие разговоры.
Никто не слышал моих призывов. Никто не спешил на помощь.
