Четыре правды, одна ложь - Эран Ким

Учительница медленно прочитала строчку за строчкой. Ее лицо озарила едва уловимая улыбка. Ей явственно вспомнилось, как полгода назад, в начале семестра, все знакомились и пытались отгадать, что в рассказах одноклассников неправда. Когда ложь, наконец, раскрывалась, аудитория наполнялась воодушевленным смехом. Какие-то высказывания с первого же слова казались правдой, а какие-то оставались загадочными и неясными. Помню, как Сори смеялась вместе с остальными, размышляя над тем, где же скрывается ложь. Классная руководительница в тот день подробно разбирала каждое предложение, позволяя ученикам лучше узнать автора.

– Правда? А сколько тебе тогда было?

– И как звали кошку?

Так вслед за каждым предложением следовали всевозможные намеки, догадки, объяснения и уточнения, что в итоге превращалось в естественный рассказ о себе.

– Понял?

Новенький покорно кивнул, и классная руководительница спустилась с кафедры, будто приглашая его занять ее место.

– Я единственный ребенок в семье, – неуверенно пробормотал он.

Классная руководительница одобрительно улыбнулась и взглядом велела ему продолжать.

– В прошлом году я повредил ногу и бросил футбол.

Взгляды двадцати пяти учеников разом устремились на его ноги. Однако их скрывала школьная форма новенького. Может, он действительно бросил футбол, но причиной могла быть вовсе не травма.

– И дальше? – классная руководительница призвала его продолжить.

Новенький рассеянно осмотрел аудиторию, внезапно его взгляд на чем-то задержался – и на лице появилось замешательство.

– Что еще? – сказала учительница чуть громче и настойчивее.

– Я не люблю свиные ребрышки… – вновь пробормотал он.

– Так, хорошо, и? – удовлетворенно кивнула классная руководительница.

– Я…

Сори почувствовала, как атмосфера в классе внезапно поменялась. Все произошедшее до этого момента казалось реальностью. Вдруг тем новеньким возле доски стала она сама. Но отчего-то ни классная руководительница, ни остальные ученики этому не удивились. Как будто там с самого начала стояла именно она. Сори сжала губы – они словно отказывались ее слушаться. Ей хотелось высказаться. Может, потому что она слишком долго несла в душе это тяжелое бремя. Ей хотелось рассказать, как все было на самом деле. И пусть даже все сочтут это за непроглядную ложь и посмеются над ней.

– В детстве я сильно поранила ногу гвоздем.

Взгляды учеников разом устремились на ее ноги, но гольфы скрывали от них правду.

– И дальше? – сухо сказала учительница, устав от одинаковых фраз.

– Я люблю рисовать.

– Так, хорошо, и?

– Иногда по утрам мне страшно открывать глаза.

Новенький украдкой взглянул на Сори. Остальные ученики зашумели от скуки. Но классная руководительница не спешила их приструнить.

– Что еще?

Сори во сне задумчиво посмотрела на свои руки.

– Как-то раз я держала человека за руку, а потом потеряла его.

Ученики стали галдеть. Никого уже не волновало, что из услышанного – правда, а что – нет. Даже во сне Сори ощутила, как ее охватывают тоска и тревога.

– И последнее?

Сори сделала глубокий вдох и спокойно сказала:

– Я могу видеть, кому суждено умереть.

Класс разом затих, словно всех присутствующих обдали холодной водой. Но буквально через несколько секунд ученики разразились громким смехом. Сори улыбнулась, последовав их примеру, и встретилась взглядом с единственным человеком, который не смеялся, – тем самым новеньким.

3

Чхэун почти на цыпочках прокрался в ванную и так же беззвучно вернулся в свою комнату. Или, если быть точнее, комнату двоюродной сестры Сонни, где он остановился до лучших времен. Сонно потерев глаза, он сел за стол и включил планшет. Черный прямоугольник экрана напомнил о недавней встрече с мамой в тюремной комнате для свиданий. Как ни в чем не бывало, будто они сидели в гостиной дома, она непринужденно сказала: «Если захочешь записаться на курсы, не стесняйся и скажи тете. Я потом все оплачу. Если не будешь успевать по каким-то предметам, ничего страшного. Главное – учи иностранный язык. Знаешь, в жизни так важно иметь выбор. Пусть и небольшой».

«Выбор. Глагольная форма – choose, существительное – choice, синонимы – pick и select...» Повторяя про себя эти английские слова, Чхэун открыл приложение «Английский с ветерком». Кто-то скажет, что у него самый начальный уровень, но ему пришлось приложить немало усилий, чтобы дойти до него. С раннего детства он целиком и полностью отдавался футболу – на учебу времени не оставалось.

Примерно в то же время его отец О Кичжун ввязался в авантюру с кофейным бизнесом, и это безрассудное начинание очень скоро прогорело. Отец стал ходить по знакомым и бывшим коллегам, жалуясь и прося помощи. Однажды, вернувшись домой сильно пьяным, он заявил: «Раньше эти мерзавцы видели во мне человека, относились как к равному, а теперь пытаются мной помыкать. В разговорах чувствуется какая-то неестественность, отвратные манипуляции и ухищрения». Кто-то из его окружения преуспел, но про таких он с досадой и недовольством говорил, что даже их взгляд стал другим: «Когда человек снова и снова идет на разные компромиссы и уловки – большие и маленькие, – его взгляд сразу меняется. С этими ублюдками случилось именно это». Чхэуну казалось, что отец, как никто другой, мечтал о таком взгляде, именно так он хотел смотреть на окружающих. Он никак не мог разобраться, как отец относится к деньгам – любит их или ненавидит. Может быть, и то и другое. Примерно так же он относился к маме.

На экране в шапочке бакалавра и роговых очках появился талисман приложения – Ветерок – и весело помахал лапой. Внешне он напоминал пушистую енотовидную собаку. Как любой хороший преподаватель, помощник в приложении был терпеливым и принципиальным – на уроках не позволял отвлекаться на посторонние вещи. Каждое занятие изучалась новая тема – «Какая сегодня погода?», «Как спросить дорогу». Ничего особенного. Но некоторые, казалось бы, легкие вопросы удивляли Чхэуна и поражали своей глубиной, заставая врасплох. Например, «Какое ваше первое воспоминание в жизни?» или «Доводилось ли вам подсматривать за кем-то?», «Что вам нравится в вашей семье, а что нет?». В такие моменты Чхэун неловко перебирал клавиши на клавиатуре, пытаясь сложить слова в предложения. Получались они, однако, обрывистыми и неидеальными. Если перевести дословно, выйдет что-то такое: «Мое первое воспоминание – падение. Я упал со стола. Когда был маленьким. В тот момент я понял, что в мире существует пространство – высота и глубина».

Чхэун точно не помнил, произошло ли это с ним на самом деле. Или, может, он где-то услышал об этом. Как-то на уроке окружающего мира, во время просмотра документального фильма о развитии человека, его сильно удивила фраза «Человек начинает бояться высоты и глубины тогда, когда учится ползать». Он привык думать, что такие простые чувства, как страх высоты или глубины, даны человеку с рождения. Но оказалось, что нам приходится день ото дня учиться буквально всему – сидеть, стоять и даже пить. В жизни есть то, что мы знаем, но не воплощаем или не можем воплотить.

По мере того как Чхэун вписывал ответы, появлялся Ветерок с указкой, делал замечания и предлагал различные варианты и новые слова. Когда его ученик ошибался, он поддерживал его такими фразами:

«учить язык всегда нелегко» или «в мире нет языков, которые можно выучить, не ошибаясь». Чхэун был благодарен своему виртуальному учителю, но все же куда больше по душе ему приходились индивидуальные онлайн-занятия с носителем языка. Сейчас такой формат пользовался большой популярностью – сам выбираешь преподавателя и составляешь расписание. Но все же после долгих раздумий он отказался от этой затеи, даже не начав. И дело было не только в стоимости. Он жил у тети Тхэчжу на птичьих правах, и поэтому заниматься английским по видеосвязи и доставлять окружающим неудобства казалось ему неуместным.