Врачеватель Его Высочества (СИ) - Эллисон Юлия

Авриэль посмотрел на меня, как на умалишенную. Я хмыкнула.

— Ситуация тоже не так давно смешная была. Ребенку поставили в школе Манту, велели, как обычно, не мочить. А мальчик в секции плавания занимался и, естественно, совсем забыл про рекомендацию. А оказывается, он где-то еще до этого ветрянку словил, просто симптомов не было, вот врачи и не заметили. Вечером вся семья сидела у нас в приемнике: родители в истерике, ребенок в ужасе чешется — от воды у него все тело быстро волдырями покрыло, — и родители эти орут, что ребенок намочил манту, а она взяла и размножилась. Еле убедили, что с Манту все нормально, это просто ветрянка у бедняги. Полбольницы ржало от «манту размножилось».

Авриэль ничего не сказал, но глянул на меня слегка диковато.

Я мечтательно посмотрела на потолок, продолжая топать к столовой. Дворец у них большой, коридоров много… пока идешь, пару километров намотаешь точно, никакой спортзал не нужен.

Так приятно было вспоминать мою привычную жизнь в родном мире. Пусть даже в скучной провинциальной больнице. Все равно вот, оказывается, даже есть что вспомнить. А ведь пока работала там, все страдала от того, что ничего толком занимательного не происходит. Да уж… Имея — не ценим, а потерявши — плачем.

Интересно, как там мои коллеги поживают… Как без меня справляются? Как наш заведующий, кому мои смены поставил? Женился ли наконец Вовчик, как там его нога?..

Вздохнула. Скучаю я по дому, чего уж.

У них тут, конечно, интересно. Необычно. Но дома как-то все привычно было. Легко. И народ понимающий.

Глава 20

— Ну как вы тут? — уточнила я, входя к пациенту уже после обеда. Точнее, даже можно сказать, что после ужина — время-то позднее. Вот даже за окном темно, хотя темнеет у них точно позже нашего. Вообще, это весьма странный мир. Судя по их книгам, одновременно похожий и нет на наш. Флора и фауна с нашей определенно весьма схожа, за редким исключением. Некоторых цветов и деревьев у нас не встретишь, но это все мелочи, хотя, надо признаться, я уже с нетерпением ждала местного лета, которое должно наступить буквально через пару месяцев, сменив этот собачий холод, который тут обзывался зимой.

Пару дней назад я все же рискнула выбраться на улицу. Даже шубу надела местного пошива из какого-то пушного белого зверя. И моментально, как ужаленная в попу, заскочила обратно во дворец. Пяти минут прогулки мне хватило, чтобы лицо залепило снегом основательно, ресницы смерзлись, пальцы на руках чуть не отвалились, а шубу продуло едва не насквозь.

Как мне потом объяснили, сейчас лютует самый сложный зимний период, который всегда проходит вот так вот, и психов, кроме меня, нет, чтобы гулять выходить. Все в это время дома сидят. Зато сразу после лютой мерзлоты наступает оттепель — на уровне наших минус трех градусов, — и держится такая погода целый месяц, чтобы плавно потом перейти в короткую весну и жаркое длинное лето почти в девять месяцев.

— Все хорошо. — Спящий красавец лежал на своем привычном месте, глядя на меня испытующе.

За время моего отсутствия он явно не раз обдумал собственное предложение и мой отказ, так что, надеюсь, более ничего подобного больше не стоит ждать. Мужчины вообще не любят, когда им отказываешь, так что можно считать, его гордость я убила и раздавила. Хотя конкретно этот сейчас вовсе не выглядел раздавленным. Обычное лицо. Впрочем, он же принц, наверняка это маска, а внутри обида или еще что.

— Температура, давление, пульс? — усмехнулся он, явно помня весь ритуал.

Вот как так получилось, что он вроде бы был в коме, а по итогу помнит все происходившее? Странно это. Впрочем, не страннее того, что он не человек. Так что спишем все на это.

— Да. Как самочувствие? — поинтересовалась, доставая из его тумбочки тонометр и градусник и присаживаясь на край постели.

— По-прежнему сильная слабость. — Голос спокойный, я бы даже сказала доброжелательный. — Чувствую себя… странно.

Заинтересовалась.

— Этот как, странно?

— Не знаю, — усмехнулся принц. — Наверное, человеком. Хотя не знаю, как должен себя чувствовать человек.

Пожала плечами, слегка разочаровываясь. Я-то уже надумала… Ну, тут от меня помощи не будет. Я привыкла чувствовать себя человеком и разницы точно не знаю.

Бесцеремонно откинула вновь лежавшее на мужчине покрывало с каменьями.

— Чего вы так любите эти самоцветы? — проворчала себе под нос. — Тело должно дышать, а не потеть под этим парником.

Спящий красавец покорно позволил себе поставить градусник. И даже померить давление. Показатели были нормальные человеческие. Хм…

— Я мерзну. Попросил слугу укрыть.

— Мерзнете? — сразу же сделала стойку, вытаскивая запищавший градусник. — Температура нормальная.

— Угу. Для человека. Но я не человек, а дракон. Я вообще никогда не замерзал, — хмыкнул наследник престола. — Впрочем, и не болел тоже до этого.

— Никогда? — глупо переспросила.

— Даже когда летал на снежные скалы в горах. Драконий огонь греет нас.

Любопытно… Я никакого огня не заметила в нем. Хотя, может, это та светящаяся серединка у клеток драко? Надо будет позже провести исследование на данную тему. Или это просто идиома такая? Вот у нас есть огонь любви, а у них там огонь драконий, согревающий.

— Пошевелите руками, — попросила, внимательно наблюдая за его действиями, бесцеремонно откидывая одеяло еще чуть в сторону. — Каждым пальцем отдельно. Теперь ногами. Пальцами на ногах. Поднимите правую руку. Теперь левую. Дотроньтесь кончиком пальца до носа.

Показатели вроде в норме. Что ж. Это радует.

— Я пощупаю мышцы и внутренние органы, — предупредила, задирая ему пижамную рубашку. Ранее у него была сильный мышечный спазм. Надо убедиться, что сейчас подобного нет.

Старалась не смотреть на кубики его пресса. Вот что за несправедливость?! Мужик несколько месяцев в коме, а все так же прекрасен! А мне в этом их средневековье даже бальзамчика для волос не предложили. Правда, и их мыло вроде ничего так, справляется. Волосы, кажется, даже мягче стали. Но все равно!

— Так говорите, у меня одни минусы, чтобы выходить за меня замуж? — неожиданно выдал этот… чешуйчатый, когда я едва закончила тактильный осмотр.

Сердце внутри замерло на мгновение, а затем забилось сильнее. Волнение невольно поднялось к горлу, хотя еще секунду назад его не было. Чего это я, спрашивается? Совсем недавно ведь сумела ему отказать, откажу еще разок, если предложит. Возможно, он по жизни псих.

— Назовите плюсы, которыми должен обладать мужчина, чтобы вы согласились?

— Зачем это вам? — прищурилась, украдкой вытирая невольно выступившие пару капелек пота со лба от волнения, маскируя этот жест под поправление волос.

— Любопытно, что в вашем мире считает эталоном.

Хм… Ну, может быть, это и в самом деле всего лишь невинный интерес. У них же тут, как я уже поняла, красивый, богатый, знатный…

— Ну, у нас красота мужчины не всегда играет ключевую роль, — начала было, но меня перебили.

— Да, это я понял. Мне любопытно начать с плюсов. Именно для вас.

Ну если он так просит…

— Мужчина должен быть надежным. Чтобы в любой момент ощущать себя как за каменной стеной. Добрым. Он должен любить детей и животных, природу. Не люблю рыболовов и охотников. Обязательно вежливым. Я несколько старомодна и считаю, что пунктуальность и вежливость — это удел самых лучших мужчин. Он не должен врать. Быть верным, если уж дело дошло до брака. Хотелось бы любви, конечно, но в современном мире с ней иногда не случается. А, и еще, я не люблю, когда на меня давят и пытаются заставить бросить работу, аргументируя тем, что женщина должна быть беременная, босая и на кухне. Я этого не люблю, ребенка, может, и родила бы, но в декрет не собираюсь, так что мужчина должен заранее быть готов к этому пеленочно-распашоночному периоду.

Похоже, меня уже куда-то совсем понесло. Я описывала мужчину, которого в природе вовсе не существует. Но раз уж начала, то стоит до конца показать этому сероглазому красавцу, что я хоть и человек, но существо не второго сорта и на красивый фантик бросаться не собираюсь. Пусть лучше думает, что у нас в мире каждый второй мужик под мое определение подходит.