Вихрь войны (СИ) - "Джек из тени"

Я смотрел на мои войска, которые покидали предместья столицы. С другой стороны подходили первые отряды, шедшие за нами из Долины. Вместо трёх дней задержаться пришлось на шесть. Всё-таки меня слегка затянуло в эти долбанные политические игры. Тем более отказаться было невозможно, ведь на приглашении посетить бал стояла золотая печать канцелярии, можно сказать сам Верховный расписался.

Из меня любитель балов, как из балерины штурмовик. Я с остальными мужиками, двумя баронами и ещё пять старших офицеров, собирался как на смертельную схватку, все, не сговариваясь, напялили хоть и чистую но полевую форму, разве что без брони.

Мои жёны, увидев нас в таком виде, дружно словили фейспалм, после чего погнали нас переодеваться. Мы дружно капризничали, как дети в яслях, не желающие жрать кашу с комочками, за что меня огрели по спине каким-то черпаком, не пойми откуда взявшийся. После такой демонстрации силы мы сдались, в надежде, что особо в нашем виде ничего не изменится. Но хрен там плавал.

Мери жестом фокусника достала две здоровенные дорожные сумки, где были заботливо уложены наши парадные мундиры для всего командного состава. Затем мы в ужасе смотрели на ещё шесть таких же, только с платьями, а я то всё думал, чего так наш передвижной дом тяжко идёт…

От моих дам знатно пригорело у местных модниц, ибо таких нарядов здесь не было по понятной только мне и моим парням причине. Так же как и у зализанных щеглов, привыкших к вниманию молоденьких аристократок.

Своих парней чётко проинструктировал: никакого жеманства и компромиссов, смотреть только сверху вниз, ибо не хер. Мы за них воевать едем. Кто рискнёт вызвать на дуэль, туда и дорога. Венок на могилку за мой счёт.

Брутальный вид накаченных мужиков в непривычных для столицы мундирах вызвал неподдельный интерес у местных дам, особенно трое наших хвостатых офицеров во главе с Феликсом. Кошак и два лиса были окружены особо плотным кольцом, в том числе такими же хвостатыми дамами, которых в столице нашлось довольно много среди аристократов. А когда те прознали, что Феликс мало того один из старших офицеров, так ещё и барон… В общем с трудом, но отбили парня.

Но вечер не мог быть всё время томным, батареи пустых бутылок всё же дали о себе знать. Пошли разговоры за честь, отвагу и навыки, переросшие в откровенные понты. Ворон, которого явно поставили на ограждение нашей компании от разного рода идиотов, старался как мог. Но родословная и крепки алкоголь не давали некоторым личностям успокоиться. А беда пришла откуда не ждали.

Мидори надоело слушать очередной бред, и предложила спарринг прямо здесь и сейчас, на что ей в лицо рассмеялся какой-то франт, довольно грубо описав, в какой части кухни должна находиться лиса. Очнулся дурачок минут через пять на диване. Визгов было много, подтянулась семейка этого хворого на голову. К Мидори подвалил старший брать кричащего недоразумения в попытке выяснить отношения. Слово за слово, брат прилёг на тот же диван. Всё это сопровождалось с одной стороны немым ужасом и диким ржачем с другой, что откровенно показывало кто за кого болеет в этой эстафете идиотизма.

Ворон был бледен и не знал, что делать дальше. Выгнать взашей зачинщиков он не мог, так же как и повлиять на них словами. Когда в зал зашёл патриарх рода и увидел двух побитых как уличных собак своих сыновей, резво подкатил уже ко мне с требованием извинений и компенсации, за что уже послан мною лично. У Ворона задёргался левый глаз.

И вот уже счастливая толпа дворян смотрит на групповую дуэль, предвкушая поистине шикарное зрелище.

Под барьером стоит две группы по тридцать человек с каждой стороны. Со стороны обиженок те самые двое из ларца в сопровождении личной охраны патриарха рода.

С нашей стороны с радостью пошли все офицеры, приглашённые на бал. А когда под купол вошли Мидори и Мирра, охренели все присутствующие. Обе успели переодеться, писец какой-то. На них смотрят с удивлением и непониманием.

Чтобы сильно никого не покалечить я, как принявший вызов, выбрал бой без оружия, но с магическим усилением. Когда мои условия услышал наш оппонент, тот снисходительно улыбнулся, приняв условия.

Улыбался патриарх недолго, зато его людей и в особенности сыновей били долго и со вкусом. Всё сопровождалось едкими комментариями его «друзей» из других союзов, а также ахами и вздохами барышень, когда очередной боец нашего противника отлетал в царство Морфея. В это время Мирра держала на всей группе усиление, чем знатно удивила следивших за рубиловом магов.

За длинные для некоторых индивидов минуты мои офицеры обрели ещё больше фанаток, а чуть позже толстых намёков насчёт женитьбы. К моим жёнам из мужиков рискнули подойти только пятеро. Трое в армейских мундирах с серьёзными рожами высоко оценили стиль рукопашного боя и, о майн гот, попросили нас провести несколько уроков для армейских инструкторов, когда будем возвращаться в Долину. За ними подтянулись два мага, которые начали буквально засыпать кошку вопросами насчёт её дара. Ворон смог отогнать этих магических стервятников только минут через десять, и то после знатного пинка под зад более молодому, который в итоге начал подкатывать к Мирре, слегка забывшись.

Весь оставшийся вечер прошёл в нормальной, можно сказать, дружеской атмосфере. Все лишние свалили в течение получаса после этой дурацкой дуэли. Дамы восхищались новыми платьями, в которые по-быстрому переоделись жёны, через Мидори оперативно заказали нашу волшебную ткань примерно на десять тысяч золотых. Кадровые офицеры королевской армии общались с моими парнями, слушая историю похода в лес за мятежными эльфами. Причём красочно описывал сие событие не кто иной, как Авелор, командир эльфийских стрелков. Наверное, поэтому все слушали внимательно, ведь остроухий не стал бы особо приукрашивать, как в труху перемалывали его сородичей.

Я рассеяно смотрел на удаляющийся от нас Эмберлиф. Под боком был натуральный мешок с письмами, в которых были от простых приглашений на ужин, до прямых предложений о наведении родственных связей. Но сейчас всё это неважно. Главное вернуться домой, всё остальное подождёт.

Час назад был сеанс дальней связи со Стреклиндом. Как мы и предполагали, нас решили попробовать на зуб. Среди наёмников желающих давно уже не было, как только речь заходила о моих вассалах или тем более о Морозовых напрямую. Поэтому к нам в гости заявились чьи-то дружинники, без опознавательных знаков, разумеется.

С учётом того, что службу наши бойцы несли в режиме «паранойя», дальше первых рубежей охраны на предприятии пошива обмундирования никто не прошёл. Двоих специально выпустили, чтобы выяснить, кто нами так интересуется. Но маг вычислил слежку и самолично завалил второго бойца, а после принял яд. Ну и леший с ним. После такой концовки контроль за нашими территориями снова усилился, из-за чего желающих попытать счастье выкрасть наши секреты сократился до нуля.

В Эрамтеле в экономических войнах бушевала София, не давая шансов продыхнуть местным финансовым семьям, считающим свой авторитет и положением незыблемыми. Из-за чего случилась пара конфликтов, но рыжая что на официальных встречах, что на ночных блатных стрелках смотрела на всех как на удобрение, не выказывая страха ни на грамм. Плюс суровые дядьки во главе с Мраком не давали местным забыть, кто перед ними, единожды демонстративно сломав очередному борзому переговорщику нос. Короче, всё как я люблю, делегируй полномочия и наслаждайся любимым делом. За нашу малую Родину Стреклинд говорить было особо нечего, рыжая бестия обещала, что через год весь город будет наш, так или иначе.

Браслет стражи после привязки на главный судейский артефакт королевства стал отдавать призрачной синевой, что для местных аристо означало принадлежность к канцелярским как минимум.

Наши цели и задачи были скорректированы с учётом вхождения моих формирований в состав новой армии под началом генерала Анжери. Сказать, что штабные радовались возвращению старика на службу, это ничего не сказать, настолько был велик его авторитет. Хотя по перекошенным лицам было видно, старый вояка снова ломает чьи-то планы и шкурные интересы. Ведь тот не признаёт компромиссов и косяков не прощал никому. А с учётом того, что Корона вновь даровал ему возможность повесить провинившихся, идти под его руку желающих много не нашлось, зато все идейные.