Оттуда доносилась приглушённая ругань.
На полу валялись щепки разбитой деревянной двери, у стены — потрёпанный магический прибор, напоминавший калейдоскоп.
А на досках пола — рубиновые капли.
Кайран, окружённый магическими символами, сжимал в руках чёрный фолиант, от которого исходила зловещая энергия. Вот же поганец! Решил, пользуясь суматохой, взять штурмом самый неприступный угол дома.
Я резко обернулась к другим участницам погрома.
— Кикиморы?.. — выдохнула я. — Что вы творите?
Боясь, что маг крови меня услышит, я скользнула к существам и опустилась на колени, помогая одной из них перевязать рану тряпицей. Отметила про себя, что эта маленькая модница предусмотрительно закатала рукава своей-моей блузы, чтобы ненароком не испачкать её.
Кикимора бросила на меня обеспокоенный взгляд — такой искренний, что невольно растаяла.
Да что ж с ними делать-то…
Присмотревшись, я поняла: существа не хотели быть здесь. Их заставили.
Пятеро маленьких, лохматых кикимор замерли с виноватыми мордашками под лестницей. Острое чувство несправедливости вспыхнуло во мне и, будто красная нить всего моего попадания в этот мир, замелькало перед глазами.
— Почему вы помогаете магу? Ведь ещё недавно защищали поместье — даже от меня! — мне нужно было убедиться в своих догадках.
На фоне нашего шёпота колдовство Кайрана звучало особенно громко и неприятно. Он так рвался в кабинет, будто был готов на всё. Магия крови дрожала в воздухе, словно зловонный пар, и больно отзывалась во мне.
— Нам не оставили выбора, водница. Это древний ритуал, которому мы обязаны подчиняться, — прохрипела самая старшая из них.
Её глаза горели, как факелы в сыром подвале. От гнева и бессилия кикимору начинало трясти.
Под заклинаниями Кайрана даже рубиновая жидкость и та менялась — густела, превращаясь в чёрную смолу, что пыталась просочиться сквозь дерево вглубь кабинета.
— Что он ищет? — я окинула взглядом помещение в поисках чего-нибудь тяжёлого, но, как назло, ничего подходящего — только мелкие осколки.
— Так известно что! — фыркнула зелёноволосая и зелёноглазая любительница ракушек и моих блузок.
Она осеклась и, вздохнув, быстро заговорила — наверняка опасаясь, что сёстры помешают:
— Кубок. Он пытается достать Кубок! Не ясно, что ли? Ты же сама его хотела — только силёнок не хватило…
Я кивнула. Всё ясно. Всё хуже, чем я думала.
— Как ему можно помешать? — вот что действительно волновало меня сейчас, а не их беззубые подколки.
Раз особняк ещё не выбрал того, кому вручить Кубок, значит, вырывать его силой попросту нельзя.
— Помешать?! — надсадный мужской голос раздался сверху.
Я медленно подняла голову — и встретилась взглядом с двумя багровыми озёрами вместо глаз.
Господи… Как я могла забыть этот нечеловеческий взгляд?
Мгновенно вспомнилась моя первая ночь в этом мире. Но в отличие от тогдашнего страха, теперь по венам текла магия воды.
Визг кикимор приглушил шум воды.
Поглощённая желанием выжить, я вскинула руку одновременно с Кайраном. Мужчина замахнулся, сжимая окровавленный кинжал. Похоже, ему понадобилась ещё порция крови для своей магии.
Старый кабинет по-прежнему оставался неприступным — что и манило безумца. А может, вовсе не безумца. По моему желанию острие стали поглотила вода.
Стихия оказалась сильнее разъярённого мага крови — с бульканьем поглотила не только оружие, но и его руку до локтя, открыв мне пространство для манёвра.
Плавно поднялась на ноги и, не отводя взгляда от искажённого лица Кайрана, вскинула вторую руку. Всем нутром пожелала, чтобы вода прочла мои мысли, стала единым со мной целым и подчинилась. Как ни странно — это произошло.
Минуя главную лестницу, ко мне стремилась та самая вода из источника. Она ластилась, как кошка, огибая мою талию и стремясь исполнить всё, что я ей мысленно прикажу.
Всего через несколько секунд Кайран стал напоминать водяной пирожок с несъедобной начинкой. Стихия обвила его, оставив лишь возможность дышать.
Водные жгуты то сжимались, то отпускали, и в этом движении было что-то завораживающее. Мы будто на мгновение обрели друг друга в огромном и пустом мире. Нечто невообразимое.
Моё единение со стихией сначала повергло кикимор в шок, а затем вызвало на их маленьких зеленоватых мордочках настоящее счастье.
Поганки обступили меня со всех сторон, стараясь дотянуться до проявленной мной водной магии.
— Так вот зачем вас ко мне так тянуло! — воскликнула я.
Да, полное принятие магии открыло мне истину, которой, как выяснилось, никто и не собирался со мной делиться. Даже Каталина — прежняя хозяйка этого тела — может, не знала, а может, просто не верила в это.
Счастливая, я подмигнула зелёной моднице. Та тут же насупилась.
— В моём мире только ведьмы имели фамильяров, а тут… — протянула я, довольная собственным открытием.
— Пф-ф-ф! Ошибаешься! Мы — всего лишь усилители. И, если честно, нам и без тебя жилось прекрасно! — хорохорилась самая худенькая из них.
— Ну конечно, — не удержалась от иронии. — Именно поэтому вы у меня на глазах преображаетесь и становитесь такими красавицами?
Воодушевлённые, кикиморы радостно завертелись и, смеясь, умчались наверх. Что-то мне подсказывает — опять без спросу в мою комнату пошли…
Но мы уже были не одни. Мои новые работники наблюдали за происходящим какое-то время. Хорошо, что добрый Гор успел всех разогнать, а сам поспешил ко мне.
— Гор, нам нужна охрана. Или ещё лучше — позови Хранителя, — только теперь, немного отошедшая от эйфории, я начала мыслить трезво и по делу.
— Леди Каталина, я и сам справлюсь, не беспокойтесь, — хмуро отозвался он, нависнув над магом и каким-то образом вытянув его из водяного кокона.
— Нет, Гор! Это слишком опасно! — крикнула я, но опоздала всего на долю секунды.
Кайран только и ждал этой заминки. Он всё-таки довёл начатое до конца — только не со мной.
Взмах. Блеск стали — и вот уже Гор, мой верный и честный друг, рухнул на пол.
— Не-е-ет! — дрожащей рукой я попыталась остановить кровь, но она лишь упрямо лилась. — Н-н-нет, Горошка, держись!
Голос звучал как чужой. Я судорожно пыталась остановить кровотечение — напрасно.
В груди, вместо недавней радости, разлился холод. С каждым вдохом румянец медленно исчезал с лица моего друга. Мир померк, превратившись в уродливую чёрно-белую картину.
Глава 25
«Имей в виду, внученька: у добра нет границ, но всегда найдутся люди, которые захотят переписать его на свой лад», — часто повторяла мне бабушка. Она очень верила в людское добро — просто говорила, что случаются осечки и изредка попадается злой человек.
Когда я попала в этот мир, то в первые дни думала, что всё вокруг — злое и меркантильное, судя по опыту с ректором Академии Стихий — Кайраном Мордраксом.
Но потом мне повезло встретить Гора — парня с нежной душой и храбрым сердцем, который снова вселил надежду в меня.
Мои попытки спасти Гора увенчались успехом — я успела остановить кровь.
Вот только сам парень оставался без сознания.
Тем временем Кайран успел скрыть кабинет и исчезнуть с кубком, но я уже поняла, что и кинжал был не простым. Так почему же кикиморам ничего не сделалось, а мой помощник угасает?
Люди, стоявшие на улице, не остались в стороне — и меньше чем за минуту соорудили носилки, сами повезли парня в город к лекарю. Я шла поодаль, но даже не успела толком поговорить с врачом, как за моей спиной появился Данте вместе с дознавателем.
Оказывается, когда в город прибывает Хранитель, вся власть автоматически переходит к нему.
Что ж… выходит, меня всё это время ловко водили за нос.
Обижаться или вообще что-либо чувствовать уже не оставалось сил. Я холодно смерила мрачного мужчину взглядом и молча последовала в кабинет дознавателя.
