Я один вижу подсказки 19 (СИ) - "Son"

Я уверенно заверил:

— Не спешите, вы всё узнаете, когда придёт время. Просто сейчас не самое подходящее время, чтобы тратить его на болтовню.

— …

— Давайте лучше поднимемся на палубу.

Сказав это, я направился к кораблю, колонна людей двинулась следом за мной. С борта корабля свисала канатная лестница.

По ней можно было понять, что она рассчитана не на таких людей, как мы. Ступени располагались слишком далеко друг от друга. Смотря на неё, чувствуешь себя маленьким.

Когда я подошёл к лестнице, то сказал:

— Вы пока забирайтесь наверх и собирайтесь на палубе. Помните: ничего не трогайте и не разбредайтесь. Корабль ещё не «убран». Там могут находиться опасные предметы.

Бран серьёзно кивнул:

— Хорошо.

Я же оглянулся по сторонам, никак не мог понять:

— А где Крон?

Сзади раздался голос:

— Я тут, учитель.

Он стоял за спиной.

— А вот ты где? Идём за мной, мы поднимемся первыми.

— Слушаюсь.

Я ухватился за канат рукой и рывком поднялся вверх. Лестница для Морозных Людей не стала для меня серьёзной проблемой.

Я почти не задерживался на ступенях, быстро поднимаясь. Вскоре я добрался до верхнего края и приземлился на палубе.

Почти сразу же я услышал жёсткий стук, который означал, что Крон практически одновременно приземлился рядом.

Палуба выглядела обычно: широкие доски, между ними толстые металлические полосы, а по краям — массивные перила.

Повсюду виднелись крепления и канаты. Часть из них была повреждена — сгорела, но в целом всё выглядело нормально.

Также там был вход внутрь корабля, но нам пока было не до него. Сейчас важно было починить формацию, а потом уже её исследовать.

Сама формация, точнее, диск формации, находилась на палубе. Для него здесь был установлен особый металлический постамент. Мы подошли к нему ближе.

Формационный диск был похож на канализационный люк: только это был не просто кусок металла, а настоящее произведение искусства, сделанное то ли из золота, то ли из похожего драгоценного металла.

Обычным зрением этого было не видно, но внутри него находились тонкие каналы, которые образовывали защитную систему. Различные символы Морозных Людей соединялись, образовывая магию.

Конечно, сейчас данная красота была изуродована. На диске видны были вмятины, посередине от края до края проходила трещина. Внутри тоже было множество повреждений.

Складывалось впечатление, что данный формационный диск легче выкинуть и купить новый. Я посмотрел на него задумчиво, думая над тем, как же его починить.

Я обратился к Крону. Всё же я взял его не просто так, а чтобы он наблюдал за процессом и учился:

— Что ты думаешь?

— Сложная задача.

— Может быть, есть какие-то предположения?

Я посмотрел на его лицо, и там была полная растерянность. Вообще никаких. С другой стороны, такое нормально.

Я сказал:

— Тогда смотри внимательно и запоминай!

Из пространственного куба я достал краски из Морозного Быка и кисть. Главная сложность заключалась в том, что формацию нельзя было просто взять и отремонтировать.

Я объяснил ему суть проблемы:

— У Пути Ремесла есть язык рун, у Пути Формаций тоже есть свой язык. Эти языки часто бывают схожи, всё же они пытаются описать одни и те же законы, но принципы взаимодействия у них разные.

— …

— Я не могу просто один язык рун нанести на другой, так как один язык определённо повлияет на другой. Это влияние может быть минимальным: например, диск восстановится, но немного не так, как нужно. Либо же влияние будет максимальным: диск не только не восстановится, но и разрушится.

Крон задал логичный вопрос:

— Так что же делать?

— Проблема не в том, как нанести руны на формационный диск — этого нельзя делать. Нужно смотреть под другим углом. Всё, что нам нужно, — чтобы диск был восстановлен.

— …

— Мы начертим руны на бумаге. Затем с помощью метода Переноса Свойств перенесём силу восстановления на формационный диск. Тогда в нём будут чистые законы восстановления. Понимаешь?

Удивительно то, что Крон действительно понимал. Само озарение я видел в его глазах.

Чтобы это озарение не угасло, я сразу же приступил к работе. Достал обычный пергамент и нанёс на него схему руны восстановления.

Хоть и говорится «руна восстановления», но на самом деле таких рун существует множество — сотни различных вариантов. Я нанёс ту, которая подходила нам.

Дал Крону на неё посмотреть, и озарение в его глазах расширилось. Я даже был в шоке: какой же он был монстр в понимании!

Язык Ремесленников — это на самом деле про сложное, про концепции и понимание. Порог входа в него довольно высок.

Сначала кажется: только рисуй руны — свойства сами появятся. Чем дальше, тем меньше такое правило работает. Если ты не понимаешь свойства и концепции, заложенные в данной руне, то ничего не выйдет.

Крон же был чудовищем в понимании этих рун. Даже у меня не было такого уровня.

Если кто-то каким-то образом заблокирует навык «Создание Божественных Артефактов», то и мои знания внезапно заблокируются.

Потому что понимание рун исходит не из собственного понимания и постижения, а из навыка. Всегда нужно помнить: навыки, дарованные другими, не являются собственностью человека. Их можно дать, можно и забрать.

Я активировал руну восстановления. Та на пергаменте засветилась нежно-розовым светом. Слабое свечение стало ярче.

На кончиках моих пальцев появилось пламя, оно перекинулось на пергамент. Бумагу объяло пламя, которое вскоре погасло, и только пепел упал вниз.

При этом руна не исчезла. Та парила в воздухе, будучи эфемерной, в ней можно было увидеть множество бесчисленных тонких линий. Метод Переноса Свойств — работал.

Крон открыл рот, чтобы что-то спросить, но я прервал его рукой, призывая замолчать.

Момент был слишком важным. Я набрал больше воздуха в лёгкие и осторожно подул на руну. Она дрогнула и поплыла вперёд, после чего устремилась вниз, прямо в формационный диск.

Я выдохнул:

— Вроде как должно сработать.

Почти сразу же можно было увидеть результат. Трещина, проходившая через середину диска, срослась. Вмятины также разгладились и выпрямились.

Внутри повреждённые энергетические каналы восстанавливались. Разорванные участки соединялись, возвращаясь на свои места.

Даже больше: Закон Восстановления уже под свойствами самой формации распространился на все «флаги», которые были размещены по всему кораблю.

Сложно было поверить, что за считанные мгновения защитная формация корабля, которая была разрушена до такого состояния, что ничем не отличалась от хлама, — была восстановлена.

Крон широко открыл глаза, а я улыбнулся:

— Отлично. Теперь можно активировать её.

Пока шла работа, все люди уже поднялись на палубу. Они не заходили внутрь, не разбредались по палубе, а держались вместе, стараясь ничего не трогать, только смотреть.

Хотя корабль был огромным, когда на него забралось почти триста пятьдесят человек, свободного места на палубе почти не осталось.

Больше внимания уделялось приближающимся тучам. С одной стороны, небо было чёрным, с другой — ярко-голубым.

Плотная масса туч уже повисла над головами. Подул ветер, и с минуты на минуту должен был пойти снег.

Тем временем формация засветилась, от неё будто пошёл импульс, который превратился в тонкую линию, пробежавшую по корпусу.

В какой-то момент вокруг корабля возник почти невидимый защитный барьер, который охватывал десяток метров вокруг корабля.

Купол готов!

Сразу пошёл снег. Первые снежинки не стали проблемой, а вот когда пошёл крупный снег, то хорошо видны были массивные куски снега, летящие с неба. Они с бешеной скоростью ударялись о защитный купол.

Бах! Бах! Бах!

Тот рассыпался при столкновении, налипал на поверхности или сыпался вниз. Через несколько минут вокруг корабля образовалась снежная стена.