Она на миг задумалась, а затем снова просияла.
— Да это же одно и то же!!
Я скорее вылетел, чем вышел из дальнего зова, тяжело дыша и утирая набежавший пот. А прямо передо мной, в самом центре тронного зала, от пола до потолка поднимался столб бледного пламени души Полуночи. Совсем как в те разы, когда я испепелил механика и литейщика — только раза в три толще и ярче. На него одновременно было совершенно невозможно смотреть, и невозможно оторвать взгляд.
— Ха! — раздался откуда-то слева от меня ликующий голосок Кулины. — Я знала, что Вик возьмёт её! Луна, с тебя монета!
— На что ты её вообще собираешься тратить?
— А это уже моя забота!
— Тише, — это уже была Кас. — В Полночь прибыла новая слуга. Встретим её с достоинством.
Торжественный момент, кто спорит? Знаковый. Теперь я в полной мере стал хозяином Полуночи, вершителем судеб — желал того или нет. Но совсем идеально было бы, если бы в этот миг я не потел как после десятикилометрового марафона и не тратил все силы, чтобы удержаться на троне прямо.
Наверное, со временем станет полегче.
Глава одиннадцатая
Посреди тронного зала стоял сундук.
Определённо, это был самый крупный из всех сундуков, что я когда-либо видел в Полуночи. Широкий и пузатый, вырезанный из благородного тёмного дерева, обитый кованым железом, с крышкой, щедро украшенной драгоценными камнями. Такой сундук можно было бы продать, даже не открывая, и выручить немалую сумму. Но невольно напрашивался вопрос: если сам сундук — это сокровище, то что за богатства хранятся внутри?
— Помогите! Помогите, прошу!
Молящий девичий голос, чистый, но с лёгким надрывом, мог заставить дрогнуть сердце каждого мужчины… и, возможно, некоторых женщин.
— Умоляю! Не проходите мимо! Злодеи заперли меня в этом сундуке, и я не могу выбраться!
Если немного прислушаться, то несложно было понять, что голос определённо раздаётся от сундука, а не из сундука. Слишком чистый, звонкий, совершенно не приглушённый толстой деревянной крышкой. Но незнакомка звала и стонала настолько убедительно, что вполне можно было упустить эту незначительную деталь.
— Спасите! У меня забрали всю одежду, и драгоценные камни врезаются в моё незащищённое обнажённое тело! А самый большой сапфир они запихнули мне прямо в…
— Гхм! — громко кашлянул я, и голос от сундука ненадолго умолк.
А затем — разразился хохотом и словно взорвался изнутри.
Миг спустя перед нами стояла зеленоглазая девица, с взъерошенными рыжими волосами и лыбой от уха до уха, гордо упирающая руки в боки. На её лице, плечах, руках и ногах остались следы, напоминающие текстуру тёмного дерева и кованого железа, но они смотрелись скорее как татуировки. Никаких шансов, что она могла свернуться, аки трансформер, и принять форму сундука — тут явно был замешан метаморфизм или магия превращения. Не считая этих следов, девица оказалась совершенно нагой, гордо выставив на всеобщее обозрение формы, не уступающие формам Кулины.
Зубы у неё во рту больше напоминали острые треугольники акулы, но это была не главная странность. Поперёк живота у девицы располагался второй рот, а если точнее — зубастая пасть, ухмыляющаяся в унисон со ртом на голове.
— Наконец-то! — возопила Хагга Длинный Зуб, патетично простирая руки вперёд и вверх. — Я не сплю! Я дышу! Я снова жива!!
При каждом её жесте всё, что могло колыхаться на её теле, колыхалось изо всех сил.
Кулина и Луна с трудом сдерживали хихиканье. Лицо Кас, которая только что хотела «встретить новую слугу с достоинством», не отражало абсолютно ничего. Она вышла вперёд, и склонилась перед новоприбывшей в изящном реверансе.
— Добро пожаловать, мастер-механик. Полночь приветствует тебя. Прими свою рабочую форму и облачись, как того требует этикет.
С этими словами Кас передала ей стопку чистой одежды, на первый взгляд идеально подходящей для мастерской. И откуда она её только взяла? Переносной карман для предметов вроде был только у меня.
— Спасибо!.. А это обязательно?
— Обязательно, — сказали в унисон Кас и я.
— Как вам моё выступление? Убедительно, а⁈
Путь до мастерской был не близок — через внутренний двор и сад, затем пройти насквозь «погреб», захваченный буйной растительностью и гигантской живностью, выбраться через колодец и какое-то время топать по загрязнённой территории. Я спрашивал Полночь, не могла ли она перетащить мастерскую поближе, и получил ответ — для этого требовалось очищение побочных комнат вокруг, плюс наличие слуги в самой мастерской. Второй пункт теперь был выполнен, а вот первый придётся отложить — я едва оклемался от ритуала призыва. Форсированное очищение любой комнаты, хоть бы и мелкой кладовки, вызовет перегрузку. Так что придётся новому механику какое-то время общаться только со мной, да Адель.
— Убедительно, — признал я. — Кроме последнего куска. Ладно какие-то бандиты связали и оставили в сундуке голую женщину, но чтобы при этом не забрали сокровища?
— Это же самый сок! У мужиков-мародёров слюнки начинают течь, когда они слышат голосок, а потом упомянешь драгоценности — и бум! Лезут как мухи на мёд, рты разинули, мозги отключены! Хотя мозги-то — это как раз самое вкусное.
— Напоминаю, людей мы тут не едим.
— Да помню, помню. Но, кстати, многое упускаете!
Хвоя встретила нас весьма доброжелательно, а вот существа из погреба — нет. То ли они заскучали, поедая друг друга, то ли аура девушки-мимика притягивала их сильнее, чем обычно, но от громадных личинок, змей и атакующих из засады жаб сегодня не было отбоя. Первые пять минут я рубил и кромсал без остановки, а моя спутница попросту перекусывала тварей на неравные части — то ртом на голове, то ртом на животе. Мясо поверженных амфибий и рептилий собиралось в переносной карман для материалов, чтобы потом отправиться на кухню. Полезная, в целом, затея, только времени на неё уходит многовато.
— Тебе нравится твоё имя?
— А? Вообще его у меня больше нет, можете звать меня как хотите!
Правила Полуночи касательно имён оставались в силе — даже если сперва у призванных слуг те отображались вместе с фамилиями и прозвищами. Но так как в какой-то мере все мои подчинённые выбирали себе имена, здесь я не планировал делать исключения.
— Хагга, — напомнил я. — Могу звать тебя так, могу иначе. Мне не сложно.
— Ооо, — сказала она, потирая руки. — Ну раз так, я всегда хотела имя поизысканней. Что-то, знаете, эдакое. Альвийское, например! Чтобы звучало так нежно-нежно, немножечко жалобно, как звон серебряных колокольчиков…
— Чтобы от одного звука приключенцы сами совали головы под крышку? — спросил я нейтральным тоном.
— Да, да, да!! А как вы догадались?..
— Неважно. Напоминаю в третий и последний раз — людей, равно как и прочих разумных, мы не едим. Ловушки мастери на здоровье, но питание — исключительно с кухни.
— Пфф, — фыркнула она, но затем покорно вздохнула и подняла руки в знак сдачи. — Раз так, Хагга вполне устраивает. Но я могу передумать!
— Замётано.
Я двинулся было вперёд, но она удержала меня, расплываясь в хитрющей зубастой улыбке.
— Постойте, лорд Виктор. Разве вы не хотите получить положенную вам силу?
Забавное дело — в последний раз мне передавала силу Лита, и это как будто происходило пару лет назад, хотя по факту — не более четырёх месяцев. Что там случилось с того времени? Хранительницу в сокровищнице пришлось испепелить, литейщика — тоже, Надзирателя и Арчибальда пока не удалось очистить. Честно говоря, я думал, что для передачи силы с момента назначения слуги должно пройти хоть сколько-то, но Полуночи и Хагге было виднее.
— Может, сперва доберёмся до мастерской?
— Нет, нет, здесь будет гораздо лучше. Просто поверьте мне!
Её хищная улыбка была готова выскочить за пределы лица. По традиции я не спрашивал у девушек о сути переданной силы, дарёному коню в зубы не смотрят, но сейчас впервые засомневался. Хагга тем временем протянула ко мне руки для объятия и приоткрыла рот, откуда тут же выскользнул очень длинный, влажный и совершенно нечеловеческий на вид язык.
