Барышня-бунтарка (СИ) - Епринцева Яна

– Доброе утро, Радимир! Какая неожиданная встреча! – женский голос, упомянувший имя моего спутника, мгновенно вывел меня из задумчивости.

Я обернулась в сторону звука и замерла в нерешительности. Сердце непонятно почему бешено заколотилось, а дышать стало трудно, хотя на первый взгляд причин для такого волнения не наблюдалось.

В нескольких метрах от нас стояла пара. Девушка с тёмными завитыми волосами, в элегантном платье из бирюзового атласа, и молодой человек в офицерском кителе. Они во все глаза разглядывали меня, даже не пытаясь скрыть своего любопытства.

Глава 34

Радимир моментально напрягся и отстранился от меня, хотя всего секунду назад нежно прижимал к своему телу. Почему-то это обстоятельство больно задело, вызвав неприятное чувство в груди.

– Приветствую, – отчеканил мой спутник.

Я взглянула в его лицо и непроизвольно отпрянула – глаза его превратились в ледяные озёра, в который плескались горечь и презрение.

– Какая неожиданная встреча! Как поживаете? Как ваше самочувствие? Восстановились ли вы после лечения в госпитале? – защебетала брюнетка и протянула Ярогорскому изящную ручку, затянутую в кружевную перчатку.

Радимир застыл как истукан, не делая попыток пожать или поцеловать руку девушки, также не подавал он руки и сопровождавшему её офицеру.

– Ах, вы ещё сердитесь на нас? Ну право, не стоит! Давайте же останемся добрыми друзьями! Богдан, ну скажи хоть ты! – защебетала черноволосая, пытаясь скрыть своё замешательство, ей явно стало неловко.

– Действительно, Радимир, Милана вся извелась, переживая о том, как ты там госпитале. Она даже хотела лично навестить тебя, но родители не позволили. Хотя они совершенно правы: негоже навещать молодых мужчин после официального объявления помолвки. Да и я мог начать ревновать, – рассеялся офицер и обнял свою спутницу.

Услышав имя девушки, я почувствовала себя так, как будто на меня вылили ушат ледяной воды. Милана! Это она писала любовное письмо, которое Ярогорский хранит до сих пор.

– Представишь нас своей спутнице? – продолжал незнакомец, не обращая внимания на молчание и ледяной взгляд Радимира.

Черноволосая девица с ехидством разглядывала меня. Я сразу же поняла, что ей отлично известно, с кем прогуливается сейчас бывший возлюбленный. Ещё бы! Не сомневаюсь, что в обществе не раз перемыли косточки нелюдимому богачу, купившему за деньги девушку из приличной семьи. Уверена, что наша связь уже обросла множеством подробностей и кривотолков.

Радимир вновь не ответил. Но когда речь зашла обо мне, он как будто смог собраться и взять себя в руки. Его лицо обратилось в мою сторону.

Я стояла красная и растерянная, чувствуя себя в высшей степени униженной и несчастной. Содержанка, бесправная любовница, игрушка в руках богатого мужчины.

 В ледяных глазах Ярогорского на мгновение промелькнуло участие. Он заставил себя выдавить улыбку и осторожно подхватил меня под локоток.

– Идёмте, дорогая. Дойдём до фонтана, а там посидим на скамейке, – проговорил Радимир, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Я с готовностью кивнула и устремилась вслед за ним, подальше от обескураженной такой невежливостью пары.

– Радимир, ради Перуна! К чему эти сцены? Найдите мужество признать, что Милана предпочла другого! И веди себя, как подобает воспитанному человеку, – закричал нам вслед Богдан.

Радимир вздрогнул, но не обернулся. Он лишь сильнее сжал мой локоть и зашагал быстрее.

Я семенила за ним, не смея ничего расспрашивать. Да и что тут неясного? Эта парочка успела выложить всё, что только было можно. Ну а письмо, прочитанное мною утром, было лишь ещё одним кусочком, дополняющим общую картину.

Радимир ухаживал за этой Миланой. Та вроде бы, судя по её посланию, отвечала ему взаимностью, но, в конце концов, выбрала другого ухажёра. Каких ещё объяснений можно требовать?

Я ощутила пустоту в груди и всепоглощающую боль, охватившую моё сознание. Ревность, злость и безумная зависть к этой самоуверенной красотке, все эти чувства закипели  во мне с такой силой, что я невольно ужаснулась.

Больше всего на свете я мечтала жить как она. Принимать ухаживания от благородных офицеров, блистать на балах, о которых она писала в своём послании, выбирать наряды и прогуливаться по парку с женихом, а не с любовником.

В это момент я чувствовала себя настолько плохой и ничтожной, что едва смогла сдержать слёзы горечи и разочарования. Мне никогда не быть такой, как Милана! Её жизнь, которую я живо нарисовала в своём воображении, прекрасна, наполнена весельем и развлечениями. А моя – беспросветна, тосклива, полна отчаяния и позора.

И больнее всего было оттого, что Радимир любит эту черноволосую, а вовсе не меня. Ей он готов был сделать предложение, иль, возможно, даже сделал, а мне готов выделить лишь жалкое место бесправной любовницы. Осознание этого жгло моё сердце огнём, заставляя колотиться с неистовой силой.

Я шагала по тенистой аллее рядом с Ярогорским, изо всех сил стараясь не разрыдаться от отчаяния и ревности. К счастью, он не замечал этого, потому что был занят собственными душевными переживаниями, которые всколыхнула в нём внезапная встреча.

Глава 35

– Присядем? – спросил он, когда мы подошли к ряду скамеек возле фонтана.

– Если хотите, – ответила я, с трудом прочистив горло.

Радимир внимательно посмотрел на меня. Взгляд его, ещё недавно ледяной, смягчился.

– Опять на «вы»? Ты расстроена, Искра? – спросил он и погладил меня по плечу кончиками пальцев.

Я вздрогнула и отвернулась, чувствуя, что если начну говорить, то непременно разрыдаюсь.

– Это из-за того, что мы не женаты? Тебе стыдно за наши отношения? Неловко быть у моей… – молодой человек запнулся, не зная, как назвать меня и что сказать дальше.

Я лишь кивнула. Ведь это тоже тревожило меня, и достаточно сильно. Но ещё больше убивало то, что уравновешенный и хладнокровный Радимир, тот, кто осыпал меня жаркими поцелуями, доводя до умопомрачения, когда-то любил другую.

Мы уселись на скамейку, и некоторое время молчали, наблюдая, как струи воды неспешно катятся из каменного кувшина, стоящего на украшенном малахитовыми цветами пьедестале, в  центре городского фонтана.

– Я не хочу жениться. И не буду, – твёрдо произнёс мужчина, не глядя на меня.

Моё молчание было ему ответом. Больно, но ожидаемо. Ничего другого я и не мечтала от него услышать, ведь всё было решено заранее. Тем более у Ярогорского не имелось никаких причин менять своё решение.

– Когда-то я был влюблён. Очень сильно, как мальчишка. Сходил с ума, не спал ночами… – начал он.

Я дёрнулась, как от удара. Слушать про его любовь было просто невыносимо.

– Сделал предложение, и она ответила согласием. Вот только мы не успели оформить помолвку по всем правилам. Как оказалось, к счастью… – Радимир замолчал.

На его красивом лице застыло выражение боли.

Я же с трудом сдерживала слёзы.

«Какая же дура! Ну и чего мне вздумалось ревновать этого напыщенного самодура? Сама же мечтала сбежать от него, куда глаза глядят, а теперь готова разрыдаться, лишь услышав о его прошлых похождениях!» – думала я, часто-часто моргая ресницами, чтобы не дать слезам пролиться.

Радимир повернулся ко мне и некоторое время задумчиво разглядывал, как будто пытаясь понять, что у меня на душе. А я же, не выдержав его взгляда, опустила голову, и предательские слёзы всё-таки покатились по щекам.

Молодой человек встрепенулся и порывисто обнял меня, прижав лицом к своей широкой груди. В тот же миг воздух заискрил между нами, но, взволнованные, мы не обращали на это внимания.

– Нет, ты не думай, Искра, я больше не влюблён в неё! Предательство выжгло все чувства. Все, кроме отвращения и ненависти, – воскликнул он. – Это было после того злополучного нападения. Я лежал в военном госпитале, полностью обессиленный и лишённый магии. Никто не мог дать гарантий, что я выживу. Весть об этом моментально разлеталась по княжеству, да и немудрено…