Возрождение (СИ) - Гущина Яна

— Интересно, почему горожане ужаснулись, подумав, что мы «Бездарные»? — задумчиво протянула Наташа, осмотрительно оглядываясь по сторонам.

— Да они едва в обморок не попадали от страха! — хохотнул парень, вспоминая вытянувшиеся лица коренных жителей. — Я аж кожей почувствовал, как они сторонятся нас словно прокажённых!

— Так ты, оказывается, чувствительный! — рассмеялась девушка. — «Почувствовал» он! Я вот вообще ничего не чувствовала кроме желания смыться от них как можно скорее. Мне кажется, ещё чуть-чуть и они пробрались бы в наши мысли.

— У меня тоже было такое предположение. Раз уж та женщина с помощью одного только желания сумела сотворить нам одежду, то ей, скорее всего, ничего не стоит залезть к нам в головы.

Тут Наташа вспомнила о том, что говорила змея, и немедленно поделилась соображениями:

— Арджун, в нашем мире мы могли с помощью мысли достичь желаемого. По крайней мере, в этом нас уверяла Кобра, и у меня есть основания верить ей. И вот сейчас я не понимаю почему у меня здесь эта способность пропала. Сколько бы я чего не пробовала, у меня не получается осуществить мечту. А ведь вначале я настолько свято верила в исполнение своих желаний, что они просто не имели права не исполниться!

От бессилия Наташа топнула.

Арджун внимательно слушал её, но последняя по-детски наивная фраза девушки заставила его улыбнуться. Быстро совладав с мимикой, он рассудительно заметил:

— Видимо, в этой реальности твой Дар способен проявляться лишь во сне. А наяву ты — обычная девушка.

Наташа промолчала, соглашаясь.

Парк заканчивался и меж деревьями стали проглядывать дома. Они имели странную форму: либо конусообразную, либо пирамидальную. Архитектурный замысел был един и сводился к тому, чтобы дом имел цельную форму широкую книзу и без перепадов сужающуюся кверху, завершаясь острым шпилем. Наташа и Арджун словно попали в мир фараонов, где у каждого была личная пирамида, только крохотная и вытянутая к небу.

Чтобы как-то отделить жилую часть дома от «крыши», верхушки белоснежных домов были выложены голубыми мраморными пластинами. Сами дома были из белого мрамора, отчего блестели на солнце. Ну что ж, каждому городу свойствен свой архитектурный стиль, так почему бы не такой? Только где они нашли такой яркий голубой мрамор?

Возле домов играла детвора и прохаживались взрослые. Наташа подумала, что, в отличие от российских домов, где за каждым палисадником можно было увидеть согнутую спину, принадлежащую кропотливой хозяйке, копошащейся в земле, здесь на такое зрелище можно было не рассчитывать. Судя по всему, в местных наделах труд был не в чести.

Хотя, если всего можно достичь усилием мысли, то для чего работать? Но, если не работать, то такая праздность жизни приведёт к распаду личности. Наташа поморщилась, запутавшись в собственных размышлениях. Ну какое ей дело до местных обычаев и деградации расы? Ей бы поскорее найти Чёрного Принца, спасти Виджу, и можно отправляться домой!

Здесь водились удивительные животные, о которых прежде не доводилось даже слышать. Крылатые носороги и толстобрюхие ползающие ласточки. Вот мышь погнала в кусты кошку, а чуть дальше на травке зебра резвилась с гепардом.

Люди куда-то спешили по делам, либо гуляли. Атмосфера была наполнена смехом, говором, суетой. Наташа и Арджун сразу затерялись среди местных.

Город утопал в зелени платанов с густыми раскидистыми кронами. Везде чисто, красиво. Хоть дома похожи друг на друга и архитектурой не полюбуешься, зато скверов и парков было столько, что стало казаться, будто они вместо улиц. Тенистые дорожки со скамеечками уводили вглубь города, петляя меж аккуратно стриженных газонов и цветочных клумб. То здесь, то там шумели фонтаны. Среди зелени скверов дома казались жилищами сказочных гномов.

Роштамстуссер не походил ни на один город нашего мира и казался футуристическим.

На дорогах творился транспортный беспредел: то летающая машина пролетит, обгоняя неторопливую карету, запряжённую четвёркой лошадей, то самоходный дом остановится, чтобы разминуться с громадным катящимся шаром, а то и вовсе стая енотов протянет повозку!

— И как мы найдём центр города, если нет ни одного указателя? — Наташа оглянулась.

— Я пытаюсь ориентироваться по солнцу, — заявил Арджун, поглядывая на светило. — Если мы продолжим идти в ту строну, — он неопределённо махнул вперёд, — то должны будем выйти к реке.

Ну, должны, так должны. И правда, вскоре Наташа с Арджуном ощутили неуловимое дыхание реки, смешанное с прохладой и лёгким запахом свежести, а через несколько минут вынырнули из тенистой улицы на набережную и пошли по ней.

Река, одетая в беломраморные берега, горделиво несла свои хрустальные искрящиеся воды. Она разделяла город на две части и наполняла его умиротворением. Наташа чувствовала, как от реки исходит спокойствие. Глядя на её течение казалось, что все мысли покидают голову и, сливаясь с потоком, уносятся вдаль. Настроение становилось радостным, лёгким, как блики солнца на поверхности воды.

Оторвавшись от завораживающего зрелища, девушка спросила:

— Арджун, а зачем мы решили претвориться местными? Логичнее было явиться к местным властям и попросить помощи.

— Помощи в чём? — горько усмехнулся парень. — Найти Чёрный Тадж? Вернуться назад? Или обосноваться здесь? Не думаю, что в первых двух вариантах нам бы помогли. А третий меня не прельщает. Так что давай действовать самостоятельно. Присмотримся к здешним обычаям, чтобы по незнанию не вляпаться во что-то опасное. А дальше видно будет, что делать.

Наташа молчаливо согласилась. Раз уж они сумели раздобыть надлежащую одежду, чтобы не выделяться из толпы, то сейчас уже не стоит что-то менять. Действительно, вначале надо присмотреться к городу и его жителям. Раскрыть своё происхождение они успеют в любой момент.

День пролетел незаметно и теперь солнце постепенно садилось, уступая своё место на луне и звёздам. Город зажёг свои таинственные огни и теперь казался ещё более фантастическим, чем прежде.

Арджун и Наташа неспешно шли вдоль реки, а прохожие не обращали на них внимания. Арджун нежно сжал Наташины пальцы в своей ладони, а она не отдёрнула руку, наслаждаясь моментом. В этот миг ей почудилось, что звёзды, появляющиеся на небе, со звоном зажигаются в её сердце и серебряными искрами окропляют душу. Наташе казалось, что в её жизни не было более прекрасного вечера, чем сегодняшний: луна, звёзды, река, и красивый парень, трепетно держащий её за руку. В этом хрупком безмолвии счастья был слышен перестук сердец, бьющихся в унисон.

Арджун остановился и развернул Наташу к себе лицом. Когда их глаза встретились, она чуть не задохнулась от нахлынувших чувств. Он, еле касаясь кончиками пальцев, провёл по её щеке и пропустил золотые локоны подруги сквозь пальцы, зарывшись в её волосах. Он нежно держал её голову в ладонях и неотрывно смотрел в бездонные глаза. Наташа ощутила неизбежность поцелуя, и чувство эйфории искрящимся счастьем разлилось по её телу. Она замерла, затаив дыхание…

И, как назло, в этот момент со стороны небольшого проулка послышался конский топот, и мимо Наташи с Арджуном пронеслись всадники на гнедых лошадях, нарушив очарование момента. Парень выпустил свою прекрасную спутницу и досадливо стиснул зубы. Ну почему наездники появились в столь неподходящий момент? Наташа и вовсе чуть не заплакала от обиды. Ей так хотелось ощутить тепло его губ, а вместо этого услышала лошадиное ржание и крики:

— Посторонись!

Пропустив конную группу, молодые люди вновь вышли на середину мостовой. Арджун взял Наташу за руку и опять повёл в ту же сторону, куда они шли.

Несмотря на поздний час на набережной становилось многолюдней. Горожане устремились в едином направлении, откуда доносились знойные звуки праздника. Наташа и Арджун последовали туда же.

Музыка становилась всё громче, а народа всё больше.

Каждый подтанцовывал на свой манер, но при этом старался не отставать от шествия.