Крылья Паргорона (СИ) - Рудазов Александр

На лица легли тени. Апостолы с беспокойством переглядывались — и Такил наконец-то решил подать голос.

— Дересса пока держится! — крикнул он. — Они отбили атаку гохерримов, а потом пришли ларитры, и все наши заперлись в яслях!

— Такил! — выдохнул Рокил.

Тьянгерия дернулась и почти дотянулась до Дзимвела. Бичеватель на секунду утратил сосредоточение, и Ветцион аж присел, принимая на себя всю тяжесть воли демолорда.

— Держите себя в руках, — ровным голосом сказал Дзимвел, когда в двух шагах от него клацнули кошмарные жвала. На пол пролилась лужа едкой слюны. — Такил, я рад, что ты жив. Спасибо тебе.

— Не за что, — немного вымученно ответил Такил. — Привет, брат.

Он помахал рукой. Все, кроме Агипа, Лахджи и Дегатти невольно переводили взгляды с близнеца на близнеца.

— Отличный номер! — хлопнула в ладоши Ао.

— Все продумал, да, Пресвитер? — ядовито осведомилась Тьянгерия. — Но с чего ты решил, что демолордство тебе поможет? Хотя тебе-то поможет. Но кто сказал, что позволят жить всем остальным? Ты просто станешь новым Фар’Дуватхимом! Вы все — разменные монеты, вы приговорены, и ваш якобы лидер об этом прекрасно знает! Никто за вас не заступится!

— Не тяни время, оно дорого нам, — произнес Дзимвел. — Соглашайся на мое предложение, иначе мы прибегнем к другому способу. Всесторонне более неприятному.

Тьянгерия тревожно заскрежетала. Он не врет, она чувствовала. Гнусный ублюдок что-то может… или, по крайней мере, думает так.

— Хорошо, я принесу клятву, — обманчиво спокойно произнесла Принцесса Тьмы. — Я передам тебе ровно один процент душезапаса. У меня останется всего пять сотых… но этого хватит, чтобы не умереть, ты прав.

Дзимвел мысленно отметил, что двенадцать лет назад у Тьянгерии было восемь сотых сверх заветного процента, а значит, три из них она истратила.

Это… очень много. Около четырех миллионов условок. Даже больше, ведь ей должны были достаться души Яноя, Ильтиры и Мауры… хотя Маура, возможно, ушла Клюзерштатену. Похоже, что это тело не способно к восстановлению, рана Тьянгерии не заживает и постоянно оттягивает ее силы.

Правда, еще она глобально перестроила Башню Боли. Это должно было обойтись дорого.

— Пусть будет так, — кивнул Дзимвел. — Я, в свою очередь, клянусь, и все мы клянемся, что как только ты передашь оговоренную сумму, тебя отпустят и не будут иметь к тебе никаких претензий.

Апостолы сумрачно кивнули. Даже Агип, хотя у него все это и вызывало отвращение. Один из Дзимвелов шагнул вперед и положил ладонь на жесткий, холодный хитин Принцессы Тьмы.

Та содрогнулась, словно он ее ударил. Дзимвел ощутил пульсацию. Тело гигантской сколопендры чуть изогнулось…

— Убери руку! — завопил Загак. — Рокил, берегись!

— ХАТ!

Секундой спустя Тьянгерия отхватила руку отшатнувшемуся Дзимвелу… и скорчилась от боли, сама теряя лапу по воле Кюрдиги. А в Рокила ударил ослепительный луч… но на его пути возник Агип. Вспышка расплескалась по золотой броне, и Кардаш издал бешеный вопль. Рокил резко повернулся, в Тавматурга ударила молния — но тот закрылся силовым щитом и метнулся в сторону, хватая за руку Такила.

В подбородок тому ткнулся Ключ Сквернодержца.

Ветцион снова присел под двойной тяжестью. Тьянгерия забилась, выпутываясь из ментальных силков. Рокил отчаянно скрипнул зубами, но повернулся к ней, снова обратил все внимание на демолорда… насколько уж смог.

— Это она его призвала! — быстро сказал Загак. — Позвала сюда своей… тенью. Обещала жизнь и богатство, если он поможет!

— Какой Яной щедрый… — процедил Кардаш, сразу все поняв. — Мазга, надо было тебя все-таки убить… ничтожество.

— Это глупо, Кардаш, — холодно произнес Дзимвел. — Ты проиграл, но ты свободен. Тебе стоило переждать и уйти. Как можно дальше — чтобы мы не смогли тебя отыскать.

Кардаш ничего не ответил. Он сжимал Такила локтем за шею, и все понимали, что уж его-то он убить может. Но и Кардаш понимал, что после этого на него сразу набросятся все, кто не занят Тьянгерией. А это Каладон, Ао, Лахджа, волшебник Дегатти…

Эти четверо уже медленно заходили с флангов. Волшебник ухватился за рукоять меча, а из рукава другой руки высунулась змеиная голова. Отшельница трансформировалась, у нее отрастали длинные щупальца-корни. Мастер целился в Тавматурга из огромной мерцающей пушки. Чародейка поднималась в воздух, сжимая какую-то ветку… что у нее могут быть за свойства?..

Кардаш дернулся влево, потом вправо — и сильнее прижал жезл к подбородку Такила.

— Не двигайтесь! — прорычал он. — Или вам плевать на вашего друга⁈

— Ну мне он не особо-то и друг, — заметил волшебник. — А на твой жезл мне плевать. Я его себе заберу.

Кардашу эти слова не понравились. Он попятился, удерживая Такила и злобно косясь на Дегатти. Дыхание Тавматурга стало хриплым, рана в груди снова раскрылась.

Тьянгерия заволновалась. Жвалы разомкнулись, и она отчаянно, панически выкрикнула:

— Стой, помоги мне! Уговор!

— А что я могу⁈ — затравленно спросил Кардаш. — Был шанс только на внезапность! Но Загак… кстати, а почему он вас заранее не предупредил? А, Загак?..

— Хороший вопрос, — сухо произнесла Кассакиджа, заходя Загаку за спину.

Загак нервно облизнул губы. Ме Яноя… ох, какое оно оказалось мощное и в то же время сложное в использовании. Теперь он понял, почему Анахорет избегал скоплений народа. Загак слышал сразу всех апостолов, да еще и Тьянгерию, и все это звучало такой кашей, мешаниной, какофонией…

С непривычки у него трещала голова.

— Я просто… вас вокруг слишком много… — забормотал он. — Я только получил это Ме… я еще толком не…

— О, значит, твои делишки с Лиу Тайн ни при чем? — хмыкнул Кардаш. — А я-то уж подумал…

— С Лиу Тайн? — тихо спросил Агип.

— Ну Дзимвел-то знал! — воскликнул Загак.

— Да, я знал, — подтвердил Дзимвел. — Он делал это по моему заданию.

— Не обо всем ты знал, — произнес Кардаш. — Ты слишком в себя поверил, Дзимвел. И в Загака… не дергайся!..

Он с силой надавил локтем, и Такил захрипел от боли. Рокил снова на миг утратил концентрацию, и Тьянгерия едва не высвободилась, тараном ударив по разуму Ветциона. Но Пастырь и в этот раз удержался.

— Прекрати отвлекаться! — процедил он.

— Ребят, да не переживайте вы за меня! — подал голос Такил. — Я все равно труп! Меня сожрет дракон!

— Какой еще дракон? — изумленно спросила Кюрдига.

— Большой! Из снов! Он усыпил Тьянгерию, но за это он заберет меня! Мне все равно жить только до того, как усну, так что убейте Кардаша!

Все переменились в лицах. Даже Дзимвел опешил. А Тьянгерия… она как будто немного уменьшилась.

— Царь Гадов!.. — произнесла она с отчаянием. — Это все он⁈ Он хочет меня сгубить⁈

— Да не, он просто чуть-чуть помог! — ответил Такил. — Это я хочу тебя сгубить! С первой встречи!

В глазах Кардаша замелькала паника. Он и без того не смел убить Такила, поскольку понимал, что остальные его тут же прикончат, но теперь выходило, что у него в руках жертва бога. Тот не обрадуется, если его ее лишить.

Тавматург прекрасно знал, как ревностно боги к этому относятся.

Но у него все еще оставалась слабая надежда…

— Загак, а ты что, тоже решил принести себя в жертву? — спросил он. — Призови его! Давай!

Загак на мгновение заколебался. Суть Древнейшего, что же делать? Печать Лиу Тайн… если ее не использовать, она убьет Загака. А если использовать… может, она сдержит слово?..

Мысли пришли в хаос, и чужие мысли стали путать его еще сильнее.

— Я не… я не… я не хочу… — забормотал он, отводя взгляд. — Я не буду!

— О чем речь? — осведомилась Кассакиджа, все еще стоя позади него.

— О, вы, конечно, не знали, — расплылся в улыбке Кардаш. — У вашего нового друга в руке печать. Он договорился с Лиу Тайн, что призовет здесь Глем Божана, и тот всех вас убьет.

— Не лучшая новость, — заметила Кюрдига. — Ты собирался нас предать, Загак?