Я один вижу подсказки 19 (СИ) - "Son"

Я говорил много, но порой сам не понимал, что несу. Даже Рейм немного нахмурился, так как там были такие неопределённые вещи по типу: «Когда-то эти времена закончатся».

Что, если эти времена закончатся через сто лет? Через сто лет два племени, живущих вместе, уже сложно будет отличить — кто есть кто.

То есть такой результат можно было уже предвидеть сейчас — в начале пути. Но мне это как раз и нужно. Не искусственное объединение, а естественное.

Люди сами решат, с кем объединяться. Они будут создавать семьи, будут рождаться дети. Кто Кривичи, кто Ляхи — через пару поколений граница полностью сотрётся.

Я осторожно спросил:

— Ну как тебе?

— То, что нужно!

— Тогда завтра сначала скажем об этом Брану.

Неправильно было бы, если бы мы вдвоём решили всю судьбу двух племён. В этом тоже таилась опасность.

Нужно было аккуратно сообщить о союзе, подробно обсудить правила и составить договор.

Мы же пока просто договорились о направлении. Завтрашний день вообще покажет, что будет дальше. Люди могут высказаться, и их мнение может оказаться совершенно разным.

Среди племён не было монархии. Люди каждый раз решали важные вопросы коллективно. То, что мы сейчас обсуждали, ещё не было окончательным решением — это были лишь первые договорённости.

Как всё сложится, пока неизвестно. Но одно я уже знал точно: Рейм отнял у меня несколько часов сна.

Поэтому я сказал ему:

— Давай дообсудим завтра.

— Хорошо.

Он ушёл, а я наконец смог закрыть глаза и, несмотря на водоворот разных мыслей, уснуть.

Я проснулся на следующий день. Думал, что проснусь самым последним, но оказалось, что самым первым.

Ну ё-моё. Как же так?

Люди вокруг всё ещё спали глубоким сном. У меня полно энергии, чтобы начать новый день. За неё можно было «поблагодарить» закалённые кости, которые позволяли быстро восстанавливаться.

Я встал с кровати и взял напиток, приготовленный по рецепту Святы. Это было что-то вроде корня цикория: напиток, похожий на кофе, только сладкий.

Возле тотема стоял небольшой чан, откуда каждый мог налить себе немного. Я наполнил чашку и поднялся с ней на палубу, чтобы проверить обстановку. Караул, одновременно из двух племён, стоял на страже.

У них были две лампы, с помощью которых они освещали пространство вокруг корабля. Защитный купол держался, но вокруг всё было завалено снегом.

Создавалось ощущение, будто корабль находился не под снегом, а в огромной пещере. Здесь было так же темно и возникало такое же ощущение замкнутого пространства.

Не стоило обманываться этим спокойствием. Снаружи бушевала буря, просто её не было видно, потому что мы находились на самом дне.

Я тихо спросил:

— Всё хорошо?

— Да. Спокойно.

— Ну и отлично.

Немного поговорив с караулом, я задумался о том, что теперь делать. Снег рано или поздно закончится, растает, и тогда можно будет освободиться из плена.

А пока время как будто «остановилось». Столько дел было раньше, все они как будто замерли на паузе. Я определённо застрял.

Неужели остаётся только сидеть и ждать? Такой вариант мне совершенно не нравился.

Значит, нужно было придумать новые дела. К примеру, починить корабль.

Чинить его всё равно пришлось бы. Корабль крайне удобен, он мог бы позволить нашим племенам передвигаться с места на место и не зависеть от пещеры.

Кто же знал, что корабль Морозных Людей станет для нас таким спасением. Чем дольше думал, тем сильнее загорался идеей — уже в голове представил наше неуловимое племя.

НУЖНО ДЕЛАТЬ!

Допив свой «кофе», я открыл дверь в рулевую рубку. В данной комнате должна была быть полноценная рабочая комната.

Здесь находилось всё: штурвал, различные приборы и рычаги — элементы, без которых нельзя было нормально управлять судном.

Теперь же остались лишь обугленные остатки. Пол был покрыт толстым слоем пепла. Пол и стены почернели, на крыше огромная дыра, а где-то можно было увидеть искорёженные металлические детали.

От сидений остались лишь обугленные каркасы. Штурвал превратился в чёрное кольцо: дерево сгорело, а металл покрылся копотью.

Я осмотрел комнату, вздохнул и подумал: что ж… глаза боятся, руки делают.

…

Тем временем само племя просыпалось. Рейм и Бран собрали всех и сообщили, что два племени хотят создать временный союз.

Не просто помогать друг другу, а на время двигаться как единое целое. Вместе жить, вместе делить трудности, сражаться с противником, в худшем случае даже умереть.

Сама идея союза понравилась почти всем. Ведь особенно подчеркнули, что союз — это не слияние, а временное образование, которое должно помочь двум племенам выжить.

Обсуждений было много, Бран предлагал свои варианты сотрудничества:

— Предлагаю создать общее собрание под названием «Вече». На нём будут решаться различные вопросы: направление движения, места стоянки, все охотничьи и военные операции, распределение ресурсов, а также изменение условий союза. Всё будет решаться коллективно на Вече.

— А как будет это Вече функционировать? — Рейм сразу же спросил, так как его это волновало. — В нашем племени больше людей, общая численность, у вас же людей меньше, но больше воинов Тотема. Предлагаю сделать равное количество голосов. К примеру, у вашего племени три «голоса». У нашего три «голоса». Чтобы ни у одного из племён не было власти решать все вопросы.

Бран согласился:

— Хорошо. Такие вопросы, касающиеся двух племён, будут решаться на Вече. Всё остальное: семейные дела, традиции, внутренние споры внутри племени и прочее — каждое из племён будет решать самостоятельно.

Люди кивали, но Рейм заметил ещё одну проблему:

— Также хочу отметить, что у вашего племени есть свои вещи, у нашего племени есть свои. У многих людей есть личные вещи. Нужно сразу договориться о воровстве, а точнее, о наказании. Если кто-то из вашего или нашего племени украдёт вещь у человека другого племени: кто его будет судить? Ваше племя? Наше племя?

Вопрос был серьёзным. К воровству в племени относились не так уж серьёзно, так как раньше все жили одной большой семьёй. Сейчас же всё по-другому.

Бран задумался и ответил:

— Такие вопросы тоже предлагаю решать на Вече. Там будут рассматриваться все споры и конфликты между нашими людьми, а также назначаться наказания в зависимости от тяжести проступка. Чем тяжелее вина, тем суровее наказание.

— Хорошо. Перейдём к следующему вопросу…

Обсуждение продолжалось весь день. Требовалось решить десятки вопросов: кто отвечает за порядок? Как делить добычу? Кто принимает решение во время критической обстановки?

…

Я лично не участвовал в обсуждении, так как говорили они слишком много, иногда переходя на ненужное или даже личное.

Мне данное обсуждение было интересно, но не сильно. Я считал, что, когда они всё обсудят между собой, уже известят меня о готовом результате.

Если будет что-то действительно плохое, я поправлю. А так, как я уже говорил, важно именно делегировать задачи и не брать всё на себя. Мне нужны самостоятельные люди!

Поэтому, когда я спустился вниз, чуть-чуть послушал, а затем направился сначала к чану с едой, после чего — к кровати. Знаю, что нужно было немного потренироваться, но все ментальные силы ушли на ремонт, потому я лёг спать.

…

Стоило открыть глаза, как я увидел, что люди так и не ложились спать. Всё ещё что-то обсуждали.

Казалось бы — дикари: плюнули на ладони, ударили по рукам, и дело с концом. Но нет. Их щепетильность в какой-то мере даже восхищала.

Я взял свой «кофе» и поднялся наверх, где уже ковырялся Крон. Он тоже не участвовал в обсуждении, всегда крутился рядом, помогая и обучаясь новому.

Я снова принялся за ремонт, который занял ещё порядка четырнадцати часов. За вчера и за сегодня удалось сделать многое. В первую очередь восстановить основу: штурвал и рычаги.

Если с штурвалом всё ясно: он поворачивает корабль то влево, то вправо, то рычаги были разные. Один отвечал за движение вперёд, второй за скорость, третий отвечал за тормоз, четвёртый отвечал за движение назад, пятый — за то, чтобы включать и выключать формацию прямо из кабины.