Путь Строителя. Книга 3-8 (СИ) - Ковтунов Алексей

Перехватили бревно поудобнее и двинулись, Кейн по‑прежнему катил тачку позади и молчал, переваривая увиденное. Гундар с охотниками ушли обратно к воротам, коротко бросив что‑то вроде «вы тут сами, нас позовете если что», и по их лицам было видно, что звать их по такому поводу лучше не надо.

Дорога через деревню заняла от силы минут десять, но за это время мимо нас прошло человек пять, и каждый считал своим долгом остановиться, принюхаться и уйти подальше, ничего не спрашивая. Вонь от волосянки работала надежнее любого оповещения, народ держался на расстоянии и предпочитал не вникать.

Думал уже вот‑вот сяду и начну разматывать, изучать волоски, отделять один от другого и просто тихо радоваться добыче, когда из‑за угла ближайшего дома показался Тобас.

– Слышь, Рей! – окликнул он, и по голосу было непонятно, то ли обрадовался, то ли просто хотел к кому‑нибудь прицепиться.

– О, вовремя пришел! На! – Вельт среагировал мгновенно, опустил свой конец бревна на подставленное плечо опешившего Тобаса и отряхнул ладони. – Все, бывайте! Если будет еще рыбалка такая, зови! – коротко махнул мне на прощание и развернулся к Кейну. – Кейн, баню топи давай, я в этой дрисне по уши изгваздался!

– Да я тебя нанюхался так, что сам вонять начал, – Кейн бросил тачку и пошел следом. – Сейчас затоплю.

И ушли даже не обернувшись, будто волосянка на бревне, Тобас и я были не более чем мелким бытовым недоразумением, которое уже не требует внимания.

Остались вдвоем с Тобасом и вонючим бревном. Тобас стоял, держал свой конец и выглядел так, будто ему только что подсунули мешок навоза и ушли. Собственно, примерно это и произошло.

Перехватил свою сторону покрепче, дотянулся до тачки, правда получилось совершенно неудобно. Но увы, помощники кончились, Тоас тоже занят. Шли молча, и тишина между нами давила на виски, но разрушать ее первым не хотелось ни мне, ни ему. Тобас то и дело косился назад, на бревно, и морщился, причем не только от запаха.

– А это что за гадость вообще? – не выдержал наконец.

– Волосянка, – ответил спокойно, и Тобас дернулся так, что чуть не выронил свой конец.

– В смысле? Которая в болото утаскивает?

– Ну не переживай ты так, видишь же, намотана плотно, никуда не денется. – пожал я плечами, – Тем более до болота далеко, туда точно не дотянет.

Он вроде бы успокоился, но продолжал через каждые несколько шагов оглядываться на бревно за своей спиной, и шея у него при этом поворачивалась рывками, будто он ожидал увидеть присоску на собственном затылке.

– Не бойся, не тронет.

– Да я не боюсь, – буркнул он. – Здравая предосторожность.

– Ага, как скажешь…

– Чего «как скажешь»? – Тобас побагровел и остановился, отчего бревно дернулось и я едва удержал равновесие. – Ты тут вообще, пока шляешься, у тебя дом обносят! Рог этот твой сперли, а я догнал вора, набуцкал ему хорошенько и рог твой вернул!

– Ага, конечно, Тобас‑спаситель, гроза воров, – махнул рукой и перехватил бревно, а то скатываться начало. – Тобас, ну я же тебя знаю не первый год. Ты бы не полез заниматься такой ерундой, ты ведь сам сын старосты, практик, а мы все грязь и чернь.

Он замер и некоторое время стоял, шумно втягивая воздух через нос, а еще я заметил, как побелели костяшки пальцев на бревне. Несколько секунд тишины, потом он просто развернулся и молча потащил бревно вперед, да так, что мне пришлось ускориться, чтобы не отстать.

– Оставь, сам дотащу. Я же практик, – процедил он и перехватил бревно в опасной близости от присосок. – Отпусти, донесу. Хоть это ведь мне можно доверить?

– Да неси, пожалуйста…

Даже растерялся на секунду, а Тобас уже перехватил бревно целиком и потащил прочь в сторону моего дома. Надеюсь, действительно донесет и не заблудится…

И чего его так расстроило? Я ведь просто факт озвучил, он действительно всегда ко всем относился через губу и уж точно воров никогда не ловил, а мало того, сам меня подначивал при любом удобном случае. Хотя если узнаю, что с рогом это действительно так и было, обязательно извинюсь. Вот только как узнать наверняка – это уже совсем другой вопрос.

Поплелся следом и стал думать о более насущных вещах. Волосянку надо аккуратно размотать, но не сейчас, а когда будут условия и время, потому что там обязательно что‑нибудь спутается, вот уверен. Ну и Эдвину пиявку показать не помешает, вдруг старый хрыч что‑нибудь полезное скажет, хотя скорее обругает за то, что притащил в деревню болотную дрянь.

Кстати, вон он, из лазарета высунулся и зовет следующего пациента, а очередь мнется у входа и заходить не торопится. Один мужик привалился к стене и негромко объяснял соседу, что внутри, конечно, лечат хорошо, но лучше тут постоять, подышать, потому что на воздухе тоже неплохо и торопиться некуда.

– Следующий! – рявкнул Эдвин из дверного проема, и мужик у стены вздрогнул, но с места не сдвинулся.

А я перевел взгляд на само здание и замер… Ну что, система, кажется я начинаю понимать, что значит это твое углубленное восприятие структуры материалов. Потому что раньше лазарет выглядел просто как крепкая добротная постройка, а сейчас…

Сейчас я вижу, насколько он на самом деле кривой. Нет, стены стоят ровно, фундамент не поплыл, это все в порядке. Но вот внутри, в толще стен и в некоторых местах кладки там столько огрехов, что хочется сесть на землю и тихо повыть. Раньше я этого не замечал, и, возможно, лучше бы и дальше не замечал, потому что незнание в данном случае было куда комфортнее.

Глава 10

Стоял у лазарета, пялился на стену, и оторвать взгляд не получалось, хоть бери и отворачивай голову руками. Раньше это здание казалось мне чуть ли не шедевром, а сейчас хочется закрыть лицо ладонями и тихо уволиться из строителей, желательно навсегда.

Ну, это я преувеличиваю, конечно, не настолько все ужасно, но ощущение такое, будто написал контрольную на отлично, а потом учитель вернул тетрадку с красными пометками на каждой строчке.

Ладно, берем кладку. На первый взгляд ровная, швы одинаковые, придраться особо не к чему. А вот на второй взгляд уже не так радужно. Новая ступень открыла возможности, о которых я раньше только мечтал, и теперь без анализа и без траты Основы вижу структуру почти изнутри. Потоки Основы текут по кирпичной кладке, и вижу как они искажаются, как драгоценная энергия утекает, теряется, как ей приходится идти совсем не тем путем, каким следовало бы.

Вон шов между кирпичами лег криво, и потоку от одного накопителя к другому приходится проделывать путь втрое длиннее, потому что именно в этом месте искажение вынуждает его петлять. А рядом, чуть выше, раствора положили маловато, и кирпич прилег неплотно, тоже не очень красиво и тоже потери.

Ладно, допустим, с кладкой понятно, мы торопились, ночью строили, при факелах и лампах, какая там ровность. А вот кирпичи? Даже не приглядываясь вижу, что часть пережжена, часть наоборот недожжена, где‑то уже появились микротрещины, и по ним Основа расходится в стороны, и всё теряется и теряется, аж смотреть больно. Тут капелька, там еще крохи, здесь подтекает, а по итогу бедные сердца големов работают на износ. Но на самом деле результат вполне ожидаемый, обжиговые ямы дают неравномерный жар, это я и раньше подозревал, но теперь вижу результат воочию, и результат этот далек от идеала.

Впрочем, в любой постройке при желании можно найти огрехи, а при наличии таких возможностей их можно искать бесконечно и каждый раз находить новые. Так что стоит относиться к этому чуть проще, запоминать и в следующий раз стараться учитывать, на каком этапе что‑то пошло не так. И обязательно исправлять, ведь Основа она как бы тоже не по пустоте течет, ей надо чтобы среда была благодатная.

Обошел лазарет, остановился у фундамента и присел на корточки. Снаружи он выглядит монолитом, все прочно и внушительно, трогаешь рукой и чувствуешь камень. А внутри структура слишком пористая, полно мелких каверн и воздушных пузырей, которые при заливке никто не выгнал. Рога зубра тогда еще не было, а без вибрации бетон схватывается как получится, и получилось, прямо скажем, не лучшим образом.