Замуж за врага. Лишняя в его доме (СИ) - Гераскина Екатерина

На мои плечи легли руки мужа. Я закаменела. Кайден чуть сильнее сжал пальцы, и я поняла, что он просит меня расслабиться. Только вот первая реакция учителя меня испугала.

— Это что ещё такое?! — выдал старик первое, едва на меня взглянув.

— Это ваш ученик, учитель, — ровно произнёс Кайден.

— Ты мне писал, что мой ученик будет неграмотный ребёнок, не владеющий азами жизни в магическом мире и не знающий ровным счётом ничего! — возмутился старик, грозно покачивая седой головой. — А это что вообще за… леди?!

— Я вам такого не писал, — ответил Кайден, но я почувствовала тепло в его голосе. — Это вы уже придумали сами, учитель. Я писал, что прошу вас заняться обучением близкого мне человека. И что только вы можете мне в этом помочь. — Учитель, — спокойно продолжил он, — я не говорил «малограмотный». Я сказал — «мало обученный». Разница есть.

— Да не было там никакой разницы! — фыркнул старик, отшвырнув свой блокнот на стол. Тот пролетел по деревянной столешнице и едва не упал. — Обучил на свою голову! Ты бы ещё больше витиеватых узоров написал в своей просьбе! Почему конкретно не указал, — продолжил он, возмущённо тыча пальцем в Кайдена, — что учитель тебе нужен для твоей жены? А то я там читал, как заклинание расшифровывал! Слово через слово — понять невозможно!

— Учитель, — повторил он, — всё поймёте сами.

Старик резко щёлкнул пальцами.

— Уже понял. — Он смерил меня взглядом сверху вниз. — Худа, бледна, перепугана. В клане Лунных совсем девиц не берегут и не обучают?

— Учитель! — возмущённо выдохнул Кайден, но как-то устало, словно это с его учителем обычное дело.

— А я без словесных кружев, — отмахнулся старик. — Ты меня знаешь: говорю, как есть. Зад тебе пусть облизывают другие твои подданные, мальчишка. А я говорю, как думаю. Не потому ли ты именно меня и позвал?

— Потому, учитель. Но прошу… она моя жена. Не забывайте этого.

— Так. Ладно. — Старик снова щёлкнул пальцами, а потом постучал ими по подлокотнику, — Давай иди решай свои невероятно важные дела. А мы тут сами побеседуем и решим, что нам делать. И прикажи там, чтобы твои нерасторопные и ленивые слуги уже принесли, наконец, мои книги.

— Я приказал отнести их в библиотеку.

— ЧТО?! — взвился старик так, что я дернулась. Но руки Кайдена на моих плечах удержали меня на месте. Старик затряс пальцем. — В какую ещё библиотеку? Никому не дозволено трогать мои написанные книги! Они должны храниться только в твоем кабинете, и ты будешь охранять их как свою личную сокровищницу. Иначе я умываю руки!

— Учитель…

— Я всё сказал!

— Хорошо. Я оставлю вас. Пойду распоряжусь по поводу книг.

— И чая, — добавил старик.

— И чая, — смиренно повторил муж.

— И булочек с корицей пусть Марта испечёт.

— И булочек.

— Но только чтобы Марта их испекла! — не уступал ворчливый старик.

— Учитель, какая разница кто будет печь вам булочки?

— У Марты они самые вкусные, — я почти физически почувствовала, как Кайден сдерживается, чтобы не возразить, но и не злится на строгого учителя. — Или Марта у тебя не работает? — старик подозрительно прищурился.

— Я уточню про Марту.

— Ты должен знать, что творится у тебя в особняке! Если ты о поварихах не в курсе, кто тебя кормит, то что уж говорить про вороватого казначея и старого толстозадый безопасника, м?

Кайден простонал в голос.

— Откуда вам известно о казначее и безопаснике? Тем более что лорд Ториан младше вас и вовсе не старый.

— Потому что уверен: раз ты не в курсе о моей Марте, то и этих лизоблюдов прозевал.

— Каллиста, — Кайден скосил на меня взгляд, — прошу, будь терпелива к моему старому учителю. Он бывает… немного зануден и ворчлив. Требователен, груб и прямолинеен.

— ЧТО?! — взревел старик.

И Кайден впервые за всё время громко рассмеялся и вышел, прикрыв за собой дверь. От этого смеха по моей коже побежали мурашки.

А мои глаза… стали как золотые монеты.

Старик возмущённо замычал и потряс кулаком на закрытую дверь.

Потом резко повернулся ко мне. Я поспешно отступила на шаг назад.

— Что?! Смеха мужа никогда не слышала?

— Как… как вы догадались?

— Знаю я, каким он стал, — поморщился старик. — А был когда-то таким любознательным и открытым мальчиком. Но место наследника изменило его, а потом и смерть его истинной выжгла остатки человеческого из него.

Закрылся он от других, от чувств. Считает, что эмоции могут помешать. Боится потерять контроль над ситуацией.

Я впитывала его слова, как губка.

Учитель покачал головой, затем начал обходить меня кругами, внимательно рассматривая. Потом он громко цокнул языком, задумчиво почесал бороду и тяжело вздохнул.

— Так что, в клане совсем дела плохи, если наследницу морят голодом и обучением не занимаются? Читать, писать хоть можешь?

Я густо покраснела.

Бесцеремонность старика пугала… но почему-то не задевала. Тут чувствовалась скорее раздражающая прямота, чем желание унизить.

Я опустила взгляд.

— Читать и писать могу.

— А ну, тогда остальное дело поправимое, — хмыкнул старик и поднял мой подбородок своими узловатыми пальцами. — С этих самых пор я не хочу видеть, как ты опускаешь глаза. Даже если ты не права. Даже если говоришь глупость или несёшь ахинею. Ты — супруга главы клана, а значит, даже если ты не права — ты права. Если брякнула чепуху, всё равно держи голову прямо и взгляд тренируй. Кстати, вот так, — он чуть развернул моё лицо к свету. — Все должны думать, что это они безмерно тупы, раз не поняли твою мудрую мысль. Уяснила, девочка?

Глава 28

Я ответила согласием. Даже если для меня было трудно всегда держать спину прямо и смотреть в глаза, я собиралась этому научиться.

— Ну а что ж этот мальчишка мне голову морочил-то, — проворчал старик. — А ты всё знаешь, милая. И читать и писать умеешь. И тебе, поверь, этого более чем достаточно. Я уж такую жизнь прожил, что могу ответственно заявить: умение читать и писать — лучшее для женщины. Остальное всё вполне… необязательно.

Я с сомнением посмотрела на учителя. Тот довольно щурился, оглаживал свою нечёсаную бороду, звенел кольцами, вплетёнными в неё. Я даже видела, как горели его глаза. Ждал от меня взрыва негодования.

А я просто улыбнулась ему.

— Я не могу с вами согласиться, — сказала я, смотря ему прямо в глаза. — Всё-таки я бы хотела знать гораздо больше, чем знаю сейчас.

— Ну раз та-а-к, — протянул хитрый учитель — Сейчас мы всё и проверим. Ох, не завидую я этому мальчишке Айсхарну… вздумал старика обманывать! Ну ничего, ничего… А знаешь, как мы поступим? Вот уж я отучу тебя как следует, чтоб он сам пожалел.

И тут открылась дверь и вошла вереница нагруженных слуг. По ту сторону двери стоял муж, сложив руки на груди, наблюдал как слуги тащили высокие стопки книг к нам в комнату. Старик охал и ахал над каждой книгой, проверял на повреждения.

Стопки были такие высокие, что к стенам было уже не подойти.

Слуги ушли, а Кайден произнес:

— Я оставляю вас. Герда принесёт вам чай.

И уже уходя, добавил:

— Каллиста, учитель — лучший в своей сфере. Учись у него. Не бойся задавать вопросы.

Старик хмыкнул:

— Так! Мы тут сами разберемся, без таких важных советчиков.

Глаза Кайдена едва заметно смягчились, и он прикрыл дверь, оставив меня наедине с горами книг… и человеком, который уже собирался перевернуть мою жизнь с ног на голову.

— Вы привезли так много книг? — спросила я, ошарашенно осматриваясь.

— А это то, что ты должна будешь освоить, — важно произнёс старик. — Но моё предложение о том, что тебе всё это совершенно не нужно, по-прежнему в силе.

— Нет. Я готова.

— Ну тогда приступим, — хлопнул он в ладоши.

Он отошел к стене и принялся что-то активно искать. Я следила за ним.

— А знаешь, — между делом начал он, — мне вот интересно: как так получилось, что в жёны Кайдену досталась такая молодая девчонка и такая необразованная?