Полиглот (СИ) - Симонов Денис

— А утра не подождете? — широко зевнул я, поднимая вверх руки. — Да и вообще, чего от меня нужно? Зачем с вами ехать?

— Вы подозреваетесь в убийстве, — ответил капитан.

Блин, несмотря ни на что, я хоть и ожидал, что ответит что-то такое, но все равно как-то не по себе стало.

— В убийстве кого? — вполне искренне удивился я.

— Людей.

— Спасибо за уточнение, прям очень понятно стало, — покачал я головой. — А можно поточнее?

— В участке все объяснят. Все, некогда говорить. Руки за спину и поехали.

Не став больше расспрашивать и нервировать этих не особо словоохотливых мужиков, а точнее, решив поберечь свое здоровье, я подчинился и уже через минуту сидел в машине с застегнутыми за спиной руками между двумя полицейскими. Хоть и неудобно, но наручники с меня даже не подумали снимать ради своей безопасности. Странно, конечно. Ведь не могли они не знать, что у меня нет магии боевой. Или могли и не знали?

Через десять минут машина въехала через ворота и припарковалась рядом со зданием с надписью «Полиция». Меня вывели и под конвоем провели внутрь, где, как я думал, заведут в кабинет следователя.

Да только куда там! Меня завели сначала в кабинет, где обыскали, составили опись изъятого, потом вывели из помещения, да завели в небольшую камеру, где оставили одного и закрыли снаружи на ключ!

— Эй, что такое? — не понял я. — Почему меня заперли?

— Ну как почему? — ответил полицейский с той стороны двери. — Ночь ведь на дворе. С утра приедет следователь, да допросит.

— И чего, мне тут всю ночь сидеть? — возмутился я.

— Ну ляг поспи. У тебя там лавка есть, — услышал я ответ.

— Да вы издеваетесь! — начал закипать я. — Не могли с утра меня задержать? Так бы выспались хоть все!

— Как приказ поступил, так и задержали, — ответил представитель закона, а затем протяжно зевнул. — И вообще, иди поспи, а? Ведь если будешь бузить — получишь лишние проблемы. Оно тебе надо? Не думаю. Так что давай, устраивайся поудобней и отдыхай. Про магию напоминать не буду — лучше не использовать, иначе тебе точно будет плохо.

Далее, ни слова не говоря, мужик развернулся и отошел к своему столу, стоявшему чуть в сторону от моей камеры и нескольких других. Я тоже не стал дальше возмущаться и пошел укладываться. Хотя, чего тут укладываться? Просто лег на обычную деревянную скамью, на которой особо удобно никак не расположиться. Блин, как тут спать-то? Ну все равно попробую, хотя бы для того, чтобы время быстрей прошло.

— Эй, подъем, — вырвал меня громкий голос из царства Морфея.

— Сейчас, — сдавленно ответил я, вставая. Угу, как же, прям как горный козлик вскочил и побежал. Тело все затекло от неудобной позы, так что только на попытки сесть у меня ушло полминуты, после чего еще столько же пытался справиться с затекшей ногой. Стоявший с той стороны полицейский все это время терпеливо меня ждал. Наконец, приняв вертикальное положение, я направился к выходу.

— Руки за спину, протяни их мне, — скомандовал полицейский, после чего, как я выполнил сказанное, защелкнул за спиной наручники.

Следом раздался шум отпирающегося замка, дверь открылась и меня повели полутемными коридорами. Далее завели в небольшой кабинет с решетками на окнах, да небольшим столом с компуктером, за которым сидел уже с утра уставший мужчина в погонах майора, если, конечно, звания в этом мире совпадают с нашими.

— Присаживайтесь, — кивнул он на табуретку напротив его стола. Я присел, думая, что мужик, приведший меня, расстегнет мне руки, но куда там, тот просто вышел.

— И вам доброе утро. Может наручники снимите? — предложил я.

— Доброе. Нет, не снимем, — также просто ответил сидящий напротив меня собеседник. — Пару минут подождите, сейчас начнем.

Пока он что-то продолжал медленно набивать на клавиатуре, я осматривал помещение. Хм, да ничего интересного тут не было. Стол, табуретка для меня, кресло для владельца кабинета, шкаф, тумбочка у шкафа, на котором на подносе стоял электрочайник и кружка, в которой виднелась веревочка от вчерашнего, видимо, пакетика чая. Над дверью у потолка висели часы, и зачем-то в углу у двери стояла мусорка.

— Ну, я закончил, — через несколько минут ответил мужчина, наконец обращая внимание на меня. — Я буду вести ваше дело, меня зовут Константин Александрович Соломин. Вы, как понимаю, Максим Викторович?

— Да, —кивнул я. — Может, для начала, объясните, почему меня задержали? Тем более ночью, да еще и оставили ночевать в камере. А у меня почки больные, я и все бока себе отлежал. Короче, Константин Александрович, какого хрена, а?

Майор даже опешил от такого наезда и с минуту удивленно на меня смотрел, будто впервые видел и не понимал, кто я такой, да чего тут делаю.

— А вам не объяснили? — по прошествии времени удивленно спросил он. — Должны ведь были.

— Ну что-то наподобие того, что в убийстве обвиняют.

— А, ну да, — кивнул он. — За это и задержали.

— И кого я убил? Какие ваши доказательства?

Вместо ответа он повернул в мою сторону камеру, которая стояла на столе и щелкнул что-то мышкой.

— Ведется запись, — предупредил он. И так, Максим Викторович, предлагаю вам сознаться в содеянном сразу же, не откладывая. Этим вы облегчите свою вину и будет считаться явкой с повинной, что снизит срок. Так что, будете признаваться?

— Буду, конечно буду, — закивал я.

— Отлично, давайте, — обрадовался как-то он и даже впервые улыбнулся.

— Я вчера выкинул фантик от шоколадки мимо урны, — покаялся я. — А потом перешел дорогу в неположенном месте.

Майор после моих слов нахмурился и, повторно щелкнул что-то в компе, видимо, отключая камеру.

— Чего ты добиваешься, Максим? — перешел он на «Ты».

— Я? — почти искренне удивился я. — Ничего не добиваюсь. Вы спросили, не хочу ли я сознаться, я ответил, что хочу и сознался.

— Понятно, — вздохнул он. — Не хочешь, значит, по-хорошему?

— Слушай, майор, — аналогично ему, вздохнул и я. — Меня вырвали из дома, поместили в холодную камеру, обвинили непонятно в чем, да еще и ты стараешься получить от меня признание непонятно в чем.

Я тоже в ответ решил ему тыкать, ибо нечего. Порой вежливость принимают за слабость.

— Я предложил правду рассказать, а ты стал делать вид, что не понимаешь, да еще и начал дурачиться.

— Ничего я не дурачусь. Ты объясни, для начала, в чем меня обвиняют, а там видно будет.

Тот посмотрел на меня еще несколько секунд, потом поморщился и, видимо, что-то решив для себя, начал говорить.

— Прошлой ночью было нападение на одну известную фирму, занимающуюся научными исследованиями.

Хех, известная фирма из нескольких человек, забавно.

— Ну и что? Я-то тут причем?

— Считаем, что ты виноват в случившемся. Поэтому, для облегчения вины, предлагаю сразу сознаться. Обещаю послабление и минимально возможный срок.

— Слушай, ну хватит уже пытаться запугать, — снова напоказ вздохнул я. — Есть доказательства? Предъявляй. Нет? Отпускай.

— Те, кто это сделал, являлись сотрудниками этой организации. И есть подозрения, что перед тем, как сделать это, они приезжали к тебе.

— Не знаю, никого вчера не было, — пожал я плечами. — Я всю ночь крепко проспал. Да даже если представить, что приезжали, то что? Как я мог что-то с ними сделать? Сказать, что они такие плохие и пристыдить?

— Не знаю, — наконец ответил майор, после очередной минуты тишины. — Но определенно, тебе стоит сознаться.

— Ясно, — кивнул я. — В общем, прошу либо предъявить мне обвинения и дать какую-нибудь официальную бумажку об этом, либо прошу отвезти меня домой.

— Мы имеем право задержать тебя на 48 часов!

— Только оформите это как следует, потом понадобится, когда будет прокурорская проверка.

Я не пугал, я реально планировал этим заняться в случае того, если меня и правда тут продержат еще какое-то продолжительное время.

Майор еще с минуту вдумчиво смотрел на меня, думая о чем-то своем, а далее, поднял трубку телефона и вызвал какого-то капитана Филипова.