Темный бог академии (СИ) - Руд София

— Что? — Совсем чокнутая? — Ты предупредил о западне?

— Я… я достаточно толсто намекнул. Она точно поняла, но как твое имя услышала, наотрез отказалась идти и убежала.

— Отказалась и убежала?

— Да. Туда! — указывает в окно, в сторону малого заброшенного сада, за четвертой башней, где лекари выращивали травы до строительства оранжереи.

Ну точно идиотка. Решила ринуться прямо в западню?

А я предлагал ей помощь, а она отказалась. Что за упрямая первогодка? И что с ней делать?

Хотя зачем суетиться — она сделала свой выбор. Мне остается только пойти и увидеть своими глазами, как непотопляемая Яра Шторм сегодня падет. Да, именно так.

— Куда ты? — Ник срывается следом, когда я выхожу из комнаты.

Времени осталось десять минут. Нужно торопиться, и я тороплюсь, но поздно. К саду уже стягиваются толпы, а вместе с ними — делегация ректора… Вот же… Яра Шторм!

Глава 28

Риск

Яра Шторм

В коридорах тихо. Толкаю заднюю дверь башни и выхожу в маленький сад. Сейчас он больше похож на заброшенный кусок земли с высокой травой и давно не стриженными кустами.

На занятиях по целительскому делу сказали, что раньше здесь выращивали травы, потом перешли в новую оранжерею, которую для академии построили Сэйхары. Заброшенное место показалось мне идеально подходящим для того, чтобы переводить дух и учиться в свободные минуты, чтобы не надоедать профессору Ривзу. Здесь я тренировалась тайком, чтобы взрастить силу, но кольцо по-прежнему одно.

Сегодня здесь пахнет так же, как и всегда — полынью, ромашкой. А еще примешивается запах приближающейся грозы.

Кидаю взгляд к небу — свинцовые тучи надвигаются с юга. Ветер крепчает, пробирается под униформу. Пора бы уже теплые мантии выдавать, но это случится лишь через неделю.

Тихонько выдыхаю и иду к старому, давно потрескавшемуся фонтану, напоминающему деву с лейкой. Возле него растет аконит. Едва наклоняюсь, чтобы собрать, как слышу топот и голоса.

Тихое, всеми забытое место быстро превращается в деревенскую площадь. Адепты, целая толпа с рыжей девицей во главе, заполняют почти весь двор. А я стою чуть ли не в оцепенении, пытаясь сосчитать, сколько же сюда стремится магов. Двадцать? Нет, сорок или того больше…

— Попалась, падшая! Вон она! Там! Ловите их! — кричит Рузанна с остервенением, летит со всех ног и осматривается, будто я тут еще кого-то успела то ли спрятать, то ли прикопать. Но я одна.

— Следите за речью, адепты! — раздается грозный мужской голос.

Адепты оборачиваются, вздрагивают и расступаются. К фонтану идет целая делегация профессоров, включая господина Ривза, госпожу и высокого мужчину с длинной белой бородой во главе. Ректора академии.

Он останавливается, окидывает взглядом толпу, а затем смотрит на Рузанну, которая спешила вырвать мне волосы.

А я замечаю несправедливо красивое, ненавистное лицо. Дэмиан Сэйхар, который прислал ко мне своего пажа, тоже здесь.

Ох, богиня, как же я надеялась, что он ушел вместе с принцессой на практику, но нет. Явился. Стоит в своей белоснежной рубашке. Суровый ветер треплет его темные волосы, но Дэмиан неподвижен. Смотрит пристально на меня, и его взгляд разрезает пространство и будто говорит: «Вот и настал твой конец. Тебе стоило сдаться раньше».

Нервно сглатываю. Может, он и прав. Но тогда я не получила бы целых две стипендии. Тогда у меня точно не было бы шансов хоть немного научиться магии. И не было бы шанса на спасение… Хотя разве пришлось бы спасаться, если бы не случилось стать врагом академии?

— Что здесь происходит? — строгий вопрос ректора приводит в чувства.

С трудом разрываю зрительный контакт и смотрю на делегацию профессоров и Рузанну, а по коже все еще идут мурашки от одной мысли, что он… этот проклятый Дэмиан здесь!

— Господин ректор! — восклицает Рыжая растерянно.

Она растеряна, но быстро приспосабливается.

— Мы ничего плохого не делаем. Эта девица встречается здесь со своим любовником! Она порочит честь и репутацию академии, всех учащихся и выпускников. Как мы можем стоять в стороне, когда происходит такое? — заявляет она с видом оскорбленной праведницы.

Ректор кидает грозный взгляд на меня.

— Речь о вас, адептка? — спрашивает он, а затем поднимает руку, в которой треплется от ветра листок. — До меня доходили слухи о неподобающем поведении, а сегодня даже анонимный донос прислали. Станете отрицать?

Взгляд у него такой, что ноги подкашиваются.

— Господин ректор, — с трудом выдавливаю слова.

Кидаю взгляд на Рузанну, а она вся в предвкушении моего краха. На все готова ради собственной выгоды! Ничего святого нет!

Делаю вдох поглубже, чтобы успокоиться, и заставляю голос звучать не нервно, а спокойно. Дается это с трудом.

— Мне жаль, и я прошу прощения за то, что вас потревожили, господин ректор. Но если у меня здесь с кем-то назначена встреча, то где же этот человек? — задаю логичный вопрос.

— Он прячется в кустах! Точно вам говорю! — выпаливает Рузанна.

Глаза горят, девица срывается с места, чтобы заглянуть всюду, но… никого не находит. Останавливается, запыхавшаяся, растерянная и… злая.

Ректор не многословен. Одним взглядом он велит двум стражникам, прибывшим с ним, проверить кусты. А я замечаю профессора Ривза среди свиты ректора.

Он прижимает сухие, покрытые морщинками пальцы к темно-сиреневой мантии в области сердца, а взгляд так и говорит: «Я же просил тебя быть осторожней».

«Простите», — хочу прошептать ему, но профессору мои сожаления не нужны. Он отворачивается, не в силах смотреть на то, во что превращается жизнь в академии. И от этого становится куда больнее, чем от всего творящегося безумия.

— Здесь никого нет, — докладывают стражники.

Ривз тут же оборачивается. В глазах вспыхивает надежда.

— Выходит, донос был ложным? — спрашивает он. — Адептка Шторм, если вы тут ни с кем не встречались, то самое время объясниться, что вы вообще тут делали?

Он дает мне шанс объясниться. Нет, буквально вырывает его, задавая этот вопрос, и от того к глазам подступают слезы. Слезы благодарности.

Хоть кто-то все еще желает слышать обе стороны.

— Кхм, — прочищаю горло, в котором ком застрял от всех этих презрительных взглядов. — Как всем известно, профессор, после того, как меня подставили в преступлении, которого я не совершала, находиться в толпе стало практически невозможно. Я прихожу сюда, чтобы спрятаться и перевести дух.

— Ложь! Может быть, этот адепт просто не пришел? Испугался! — выкрикивает Рузанна, позабыв о том, что при ректоре нельзя вести себя так нагло.

— Ложь? — злится профессор Ривз. — На каком основании вы такое заявляете⁈

Ректор вмешиваться не спешит. Дает всем высказаться, и Рузанна свою возможность не упускает.

— Все знают, что адептка Шторм пропадает по ночам. Кто-то подарил ей камертон. А это не дешевая вещь! А еще ее часто тошнит. Пару дней назад я лично видела, что у нее вырос живот! Это не может быть совпадением, профессор! — выкрикивает Рузанна. — И пусть ее любовник сюда не явился, факты остаются фактами! Эта девушка позорит честь академии!

Волосы на теле встают дыбом. Не от слов. Не от гневного взора ректора, от которого ноги вот-вот подкосятся. А от того, что весь воздух пропитывается удушающе злой аурой.

Кидаю взгляд в левый угол двора и вижу его. Дэмиан Сэйхар все еще здесь. Взгляд не просто пронзает, он разрезает на части. На скулах выступают желваки. Кажется, я сквозь гомон возмущающейся толпы слышу, как скрипят его зубы и хрустят кулаки.

— Все, что сейчас сказано, правда, адептка Шторм? — требует ответа ректор.

Его грозный тон спасает. Позволяет вздохнуть и сморгнуть. Я будто вырываюсь из какого-то страшного плена.

«Не отвлекайся, Яра. Твоя жизнь сейчас стоит на кону», — напоминаю себе. Делаю глубокий вдох и поднимаю решительный взгляд на главу академии.

— Меня правда тошнило, господин ректор. — вынуждена признать я. — Но, думаю, это из-за глины. Я часто ужинаю в гончарном цехе. Видимо, что-то попало в еду.